Сужайте улицы и ждите КРТ: семь бед Красноярска, справиться с которыми могут архитекторы и урбанисты

Сегодня в Красноярске многие планы «подгоняют» под 2028 год — дата 400-летнего юбилея. Фактически город превратился в одну большую стройку и если представить карту нашего мегаполиса как пазл, то значительная часть деталей на начало 2026 в нем окажутся вырванными.

Но даже если в 2028 мы будем «резать ленточки» на объектах круглый год, решит ли это реальные проблемы города? Корреспондент NGS24.RU Дмитрий Мамаев изучил планы властей и узнал, что думают эксперты о самых наболевших проблемах Красноярска.

Обсуждая общественный транспорт, многие красноярцы, конечно, вспоминают метро. К слову, недавно в Госдуме вновь предлагали вернуться к советским планам «каждому городу-миллионнику по подземке».

В советское время метро в Красноярске и начинали планировать, пытались построить уже в 90-х, второй раз пытаются в 20-х, в наши дни. На современный лад это уже не метро, а метротрам — другие вагоны, линии подземного и наземного заложения.

Первая линия все же будет полностью подземной и протянется от Молокова до Высотной, в ее составе будет шесть станций.

Планировалось, что сдадут первую ветку уже в 2026 году. Однако положительное заключение Главгостехэкспертизы на все этапы работ, несмотря на старт тоннелепроходческих комплексов, получили только в конце 2025. График пришлось корректировать, из-за чего сроки сдачи сдвинулись на 2028.

Но пока в обществе сохраняется скептическое настроение по поводу того, что в этот раз подземку достроят. Представим — мы оказались в 2028 году, первую ветку все же запустили и вопрос «когда» уже не стоит. Появляется следующий вопрос «зачем», и он возникает уже не только у скептиков.

Как отмечал ранее в разговоре с NGS24.RU урбанист и автор проекта «Город для людей» Аркадий Гершман, «в таком виде условное метро смысла не имеет» по своему охвату.

— Оно не охватывает нужные точки. То есть нужно наращивать сеть, и для этого как раз была создана система метротрама. И логично, что если кусок метро построили, то надо уже доделывать часть с трамваем для охвата, чтобы как раз во всех районах города можно было уехать до другого места, — рассказывал он.

Сами красноярцы не оценили недавние слова губернатора Михаила Котюкова о том, что в составе поездов метротрама будет только три вагона, назвав такое решение «очередными автиками, забитыми под завязку».

При этом в планах у властей продлить линию метротрама по Молокова. Там пути уже будут наземными.

— Напомню, что наш метротрамвай состоит из нескольких этапов. На первом этапе выполняется подземная часть от улицы Высотной до улицы Шахтеров. <…> Далее мы уже сейчас с коллегами обсуждаем возможное продление линии метротрамвая, что называется, в спальные районы Красноярска. Думаю, что в ближайшее время завершим проектирование первого этапа и сможем уже предметно, профессионально приступить к обсуждению будущей трассировки второго этапа, — говорил Котюков в сентябре 2025.

В Красноярске аж с 2024 года работает речное такси. Пятиместный катер — отходит от ресторана «Буян» на острове Отдыха — может увезти клиентов по нескольким маршрутам: до ТЦ «Красноярье», до Коммунального моста, Свято-Успенского монастыря и поселка «Сосны» (правда этот маршрут доступен только для жителей поселка, так как причал там частный).

Стоимость поездок на лето 2025 варьировалась от 2500 рублей, до 10 тысяч, что почти исключает вариант быстрого перемещения по городу в одиночку, даже если брать во внимание средние зарплаты по региону.

Между тем, именно речной транспорт — одно из преимуществ города, которое стоит развивать, считает Александр Суздалев, главный архитектор «Творческой мастерской архитектора Суздалева Ю.Н.» [создавали жилые кварталы «Озеро-парк», ТРК в Солнечном].

— Сейчас начинают восстанавливать эксплуатацию общественного речного транспорта по Енисею — это чуть ли не самая быстрая связь правого и левого берега. Например в Самаре вдоль Волги такой транспорт действует с времен СССР и сейчас сильно развивается, с учетом того что зимой Волга замерзает. <…> Енисей не замерзает круглый год, только неделю идет ледоход с Маны. Можно круглый год эксплуатировать [речной транспорт]. Видятся большее количество мини-причалов и пристаней и микро-инфраструктуры для таких узлов речного транспорта, — рассказывает он.

Наземный общественный транспорт Красноярска, по обещаниям властей, вновь ждет перезагрузка. Предыдущую делали к Универсиаде 2019 — тогда на автобусы нанесли логотипы и что более важно — появилась возможность безналичной оплаты.

Говоря о новых преобразованиях «образца 20-х», основным трендом, пожалуй, является экологичность: закупка троллейбусов, электробусов и, конечно, — новых газовых автобусов, которые, правда, не пришлись по вкусу части красноярцев — пассажиры отмечали резкий запах газа, некоторым приходилось даже выходить раньше своей остановки.

До 2029 года в городе планируют поставить на маршруты 900 аналогичных машин. Первая партия в 150 единиц обошлась в 3,5 миллиарда. Переход на газовые автобусы, в том числе, объяснялось «порогом целесообразности» для будущей газификации города.

Помимо обновления автопарка обновлять придется и городские маршруты. Так, после присоединения к Красноярску части соседних территорий в 2025, в Емельяново, «ориентируясь на пассажиропоток», запустили маршрут № 221 — дважды в неделю. Но сейчас это «временная капля в море».

Уже в сентябре 2026 должна появиться новая схема работы общественного транспорта, учитывающая все его разновидности — автобусы, троллейбусы, трамваи — и расширенные границы города [по новому — округа].

Разрабатывают схему в московской Высшей школе экономики. Потратили на нее 20 миллионов рублей.

А жители «большого Красноярска» уже предлагают варианты маршрутов, которые им нужны. В конце концов изменения границ города коснулись их обычной жизни:

«Дрокино — Покровка, а то: „Дайте детские сады детям проживающим в Дрокино в микрорайоне Покровка“, так как теперь это Центральный район Красноярска», — писала наша читательница с ником Валентина Михайловна.

Одна из острых тем при обсуждении пробок на дорогах Красноярска — их расширение. По мнению некоторых читателей, это поможет избавить город от заторов. Частично с этим согласен Александр Суздалев.

— Любой город должен иметь жилые зоны, производственные, рекреационные и хорошие связи этих всех зон. Чем крупнее город, тем больше и зоны, их количество и самое главное жителей, а значит и дороги трансформируются приобретая большую ширину — вместимость, развязки — ускорение связей.

То же можно сказать и про торговые центры, школы, больницы, и другие социальные объекты они должны становиться крупнее и их количество увеличиваться. Самый простой пример: когда мы едем из аэропорта по освещенной трассе до Красноярска, въезжаем в город и видим широкие дороги, развязки, крупные здания, то сразу видно, что это крупный город, — рассказывает NGS24.RU Суздалев.

Губернатор Михаил Котюков считает, что многоуровневые развязки — не выход для Красноярска.

— Человечество еще не изобрело инструментов полного избавления от пробок в мегаполисах. Многоуровневые развязки, как правило, лишь сдвигают заторы из одного городского квартала в другой. Также нельзя игнорировать их оборотную сторону — эстетический и архитектурный вид. Представьте себе эстакады и бетонные основания на той же Предмостной площади Красноярска, — заявлял он осенью 2025.

В свою очередь Аркадий Гершман указывает, что некоторые улицы даже в крупных городах можно напротив — сужать.

— Привычка — страшная штука, а когда она накладывается на бытовую логику и десятилетние рассказы по телевизору о пользе расширения дорог, иначе быть и не может. Но не надо путать страхи и реальность — со страхами нужно работать просвещением и вовлечением, а не строить на них транспортную политику города. <…> Сужать улицы до одной полосы можно, причём даже в больших городах. Пропускная способность определяется не шириной улицы, а светофорами, поэтому достаточно небольших уширений перед перекрёстками. Зато можно убрать лишние светофоры между ними и повысить безопасность, — пишет он в своем телеграм-канале.

Повышение безопасности он объясняет снижением числа перестроений и конфликтных точек на дороге и как следствие — аварий.

Также урбанист настаивает, что можно делать выделенные автобусные полосы даже на улицах, где полосы всего две. Именно об этом нам уже ранее говорил Гершман — чтобы общественным транспортом пользовались, он должен ездить, а не стоять в пробках.

К слову, недавно выделенку как раз взяли и отменили на Николаевском мосту в сторону левого берега. По словам властей, это позволило сократить утренние пробки в районе. Важно заметить, что сейчас у части автомобилистов попросту нет альтернативы — через Николаевский мост, если верить данным сервиса «Яндекс Карты», пассажиров перевозят только два маршрута — № 31 и № 64.

А помимо комфорта горожан — выделенки напрямую влияют на городской бюджет, также отмечает Гершман.

— Даже без московских бюджетов можно делать хорошие вещи. Разметку все равно обновляют каждый год — значит, можно нанести выделенку: автобусы перестают стоять в пробках, интервалы сокращаются, экономятся десятки миллионов на топливе, технике и работе водителей. То же самое с «мелочами» — убрать лежачие полицейские, вернуть прямые проезды и повороты — пассажиры экономят время, а бюджет — миллионы, пуская их на развитие, — высказывался он.

К теме строительства. «Со скрипом» в Красноярске реализуют комплексное развитие территории. Программа подразумевает снос старого и ветхого жилья, промзон и возведение на их месте новых жилых районов в связке с социальной инфраструктурой — детские сады, школы, больницы и другие объекты.

Но даже такие позитивные планы сталкиваются с проблемами. Из самый яркий пример на сегодня, пожалуй, КРТ в Николаевке — районе города, основанном первыми железнодорожниками.

Помимо культурных препятствий — исторические здания, которые в отдельных случаях обещают сохранить, но позже сносят, — основной остается переселение жителей из одноэтажных частных или многоквартирных домов.

NGS24.RU подробно рассказывал о том, как проходит КРТ и с какими проблемами сталкиваются жители. Самая громкая из них — людям, по их словам, предлагают маленькую компенсацию за выкуп собственности, при том что рыночная цена земли гораздо выше оценок застройщиков. На заборах многих домовладений можно увидеть лозунг «Хороший КРТ — мертвый КРТ».

Но снос старых строений в том виде, в каком они находятся сейчас, неизбежен, считает Александр Суздалев.

— Сейчас в Красноярске комплексное развитие территории выстраивается в правильном направлении. <…> Что касается одноэтажной застройки, как, например в Николаевке и Покровке, конечно в таком виде ее быть не должно. Город развивается, мы пытаемся сделать его более привлекательным и комфортным. Единственный вариант ее приведения в достойный вид — снос. Заново запроектировать и построить. С точки зрения экономики [существование района] возможно только если на их [старых одноэтажных домов] месте появятся хотя бы малоэтажная застройка, а не ИЖС, — рассказывает архитектор.

При этом строить многоэтажки на всей площади города не стоит, как и придерживаться другого единого типа застройки.

— Для Красноярска, как и для любого крупного города, нужна и высотная, и малоэтажная застройка. Город — это прежде всего люди, и задача наша сделать так, чтобы была возможность большого выбора типа жилья, инфраструктуры, быстрых и удобных связей. Не забывая о том что у Красноярска есть свой ландшафт, есть свои доминантные площадки, виды, Енисей.

Темы, о которых мало говорят, но они важны. К тому же о них думают и в семье действующего мэра. Первая — крематорий, а точнее его отсутствие. Супруга градоначальника Ирина Верещагина считает это одной из главных проблем Красноярска. На его строительстве настаивают и сами горожане.

— Отношение к рождению и к смерти — это две темы, по которым можно судить, насколько общество цивилизованно. Красноярск — большой город-миллионник, но мне кажется, мы не умеем встречать жизнь и не умеем проводить человека в последний путь, — рассказывала она в большом интервью NGS24.RU.

Вторая неочевидная тема — платные родильные отделения, где женщина сможет выбирать врача, с которым будет рожать, а после матери позволят видеться с семьей.

— У нас в городе этого нет. Допустим, к маме, которая готовится родить ребенка, но при этом еще кормит предыдущего, нельзя приводить покормить старшего, хотя бы даже раз в сутки. У нас нет возможности, чтобы к женщине после родов в палату приехал муж, мама, старшие дети, хотя бы просто навестить, не говорю уже про переночевать. Отцу было бы полезно в первые дни побыть в этом пространстве вместе с мамой, — добавила Верещагина.

Также жена мэра рассказывала, что просила Верещагина решить вопрос с озеленением на кольцах дорог и «поработать с ландшафтом», чтобы это не было полем, «заросшим одуванчиками».

К слову про озеленение: недавно стало известно, что на поперечных улицах центра при благоустройстве снесут часть деревьев. Вместо них обещают высадить крупномеры.

Ранее NGS24.RU уже рассказывал в коротком формате «тостов» о самых значимых объектах, которые власти обещают построить или «реанимировать» к юбилею Красноярска. В их числе Центральный парк, поперечные улицы центра, Предмостная площадь — о ней мы делали отдельный материал.

Расскажите в комментариях, каким вы видите Красноярск мечты?