21 октября четверг
СЕЙЧАС +1°С

Пыточная или спасение: репортаж из центра помощи зависимым, куда нагрянули силовики

Мы поговорили с директором, постояльцами центра, пострадавшим по уголовному делу и экспертами

Поделиться

Слева — чурка с цепью и наручниками, найденная полицией в реабилитационном центре. Справа — спортзал там же

Слева — чурка с цепью и наручниками, найденная полицией в реабилитационном центре. Справа — спортзал там же

Поделиться

СКР атаковал центр реабилитации под Красноярском за удержание зависимых

Реабилитационный центр для зависимых людей «Вектор» открылся в Солонцах два года назад. А теперь против его хозяина и одного из работников возбудили уголовное дело за незаконное лишение свободы двух человек. Мы смогли связаться с одним из потерпевших. Съездили в сам центр, где поговорили с директором, постояльцами и местными жителями. Наконец, мы пообщались с экспертами в области наркологии — они считают, что посадить в России можно почти любого, кто пытается помогать зависимым.

Версия следствия

По предварительной версии следствия, хозяин центра «Вектор» и один из его работников в разные периоды времени с 2018 года по октябрь 2020-го удерживали двух зависимых в жесткой изоляции от общества под предлогом оказания им помощи.

Кадры, снятые силовиками при обыске в центре. Слева — наручники, в которые, предположительно, заковывали людей, справа — подвал, в котором якобы их запирали

Кадры, снятые силовиками при обыске в центре. Слева — наручники, в которые, предположительно, заковывали людей, справа — подвал, в котором якобы их запирали

Поделиться

Подозревают, что мужчины наносили своим постояльцам побои, обливали их холодной водой, принуждали к физическому труду, приковывали наручниками к деревянным чуркам и запирали в холодном подвале высотой полтора метра на срок от нескольких суток до нескольких недель. В настоящее время хозяин и сотрудник «Вектора» арестованы. Дело возбуждено по пунктам «а, ж» части 2 статьи 127 УК РФ «Незаконное лишение свободы двух лиц, не связанное с их похищением, совершенное группой лиц по предварительному сговору». Максимальный срок — 5 лет.

В органах нам рассказали, что кто-то из зависимых приходил в центр сам, кого-то отправляли родственники. Средняя стоимость пребывания в месяц составляла 25 тысяч рублей. Плата оформлялась как добровольное пожертвование.

История «Вектора»

Слева — Андрей Махов, хозяин центра социальной и психологической помощи «Вектор», в данный момент арестован. Справа — директор центра и мама Андрея

Слева — Андрей Махов, хозяин центра социальной и психологической помощи «Вектор», в данный момент арестован. Справа — директор центра и мама Андрея

Поделиться

Мы съездили в центр «Вектор» и поговорили с его директором — Натальей Маховой. Она рассказала, что центр открыл ее сын Андрей, который сейчас арестован. Он когда-то вышел из мест лишения свободы и не смог найти работу. Так появилась идея — снять дом с подворьем, где могли бы жить и вести хозяйство бывшие зэки, которым некуда податься, и где смогут побороть зависимость алкоголики и наркоманы. Дом в Солонцах им сдали бесплатно, потому что изнутри здание тогда было в очень плохом состоянии, хотя снаружи выглядело добротно.

Здание центра «Вектор». Справа внизу — груда картонных коробок. Сортировка и сдача картона — один из видов заработка реабилитантов

Здание центра «Вектор». Справа внизу — груда картонных коробок. Сортировка и сдача картона — один из видов заработка реабилитантов

Поделиться

Вышку поставили, потому что раньше тут была плохая сотовая связь

Вышку поставили, потому что раньше тут была плохая сотовая связь

Поделиться

При регистрации фирмы указали основной вид деятельности — помощь на дому лицам с ограниченными возможностями развития, душевнобольным и наркозависимым. Медицинскую лицензию не получали, так как врачебных услуг не оказывали. Для реабилитации клиентов применяли метод изоляции и программу «12 шагов».

Постояльцы работают на грядках в огороде, содержат скотину, мясо которой едят сами и продают, сортируют коробки, которые им сдают продуктовые магазины.

Нынешний житель «Вектора» работает в стайке — тут сейчас держат <nobr class="_">80 свиней</nobr>

Нынешний житель «Вектора» работает в стайке — тут сейчас держат 80 свиней

Поделиться

Махов находился в центре почти постоянно, а Наталья приезжала туда раз в неделю и вела постояльцев в качестве психолога. Она много лет проработала в Красноярском психоневрологическом диспансере № 1, а последние годы работает в другом бюджетном учреждении — Краевом центре психолого-медико-социального сопровождения. Также в центре помогали бывшие зависимые, которые уже прошли реабилитацию.

Спортзал на втором этаже здания

Спортзал на втором этаже здания

Поделиться

Силовики пришли в центр в конце сентября. К тому времени два человека, ставшие потерпевшими по делу, Николай и Сергей, уже покинули «Вектор». Полицейские обыскали здание, изъяли документы и увезли с собой оставшихся реабилитантов — в тот момент их было 9 человек. Опросив всех, полицейские развезли их по домам. Один из клиентов вернулся в центр. В центре он рассказал, что его заставили написать заявление на Андрея Махова, — он вначале написал, но через несколько дней приехал обратно в полицию и забрал заявление.

Наталья подчеркивает, что центр не закрыли, никто не выдал предписание остановить деятельность. До сих пор в нем продолжают жить постояльцы. Четыре месяца с момента обыска Андрей оставался на свободе и спокойно работал в «Векторе», с него даже не брали подписку о невыезде. Задержали его только 25 января. В следкоме нам объяснили, что по делу шла долгая проверка.

В первую очередь мы задали Наталье вопросы про насильное удержание и издевательства над людьми.

История про подвал вызывает у нее изумление, говорит — кроме как для хранения овощей никак его не использовали. Наручниками, по ее словам, клиентов сковывали только по их собственной просьбе, когда они признавались, что готовы сорваться и навредить себе. Вновь прибывших иногда привязывали за руку к руке сотрудника, чтобы не сбежали.

С принудительным обливанием водой было не всё так однозначно.

— Когда поступает человек в состоянии наркотического опьянения, то с ним рядом будет либо один, либо другой поддерживающий человек 24 часа в сутки. С ним будут разговаривать, его будут поддерживать. С ним будут делиться своим опытом. Когда совсем трудно, то у ребят есть такой опыт и навык — они обливаются водой. Бывало такое, что [принудительно] обливали! Но потом ребята это делают регулярно сами! Он понимает, что ему плохо, — он берет полотенце и пошел. И обливается, — объясняет Наталья.

Добровольные пожертвования, по словам Натальи, вносили только те, кто мог себе это позволить. Люди без денег, бывало, платили мешком картошки.

Анастасия, живет в «Векторе» четыре месяца

Анастасия, живет в «Векторе» четыре месяца

Поделиться

Сейчас в «Векторе» остались только те, кто живет в центре бесплатно.

— Дома я сильно увлекалась алкоголем. Как освободилась — сильно запила. А здесь я не пью и не хочу. Но если мне надо, если езжу домой на какие-то праздники, то там сижу, выпиваю, а так не пью. А у себя в общежитии я сильно пила, у меня границ не было, я каждый день пила, — рассказала нам Анастасия.

Другой постоялец — Руслан — попросил не показывать его лицо, потому что сейчас он устраивается на работу. В начале лета он ушел в запой, и его друзья, бывшие реабилитанты «Вектора», позвонили Андрею. Тот приехал и забрал Руслана к себе. Мы попросили мужчину рассказать о Сергее и Николае — потерпевших по уголовному делу.

— Наркоманы, что о них рассказать? Так же реабилитацию проходили, как и все.

— Они могли работать?

— Конечно, тут все работают.

— Может, им плохо было, ломка?

— Когда я приехал, они здесь уже были, никаких ломок у них не было уже. Вот этот Коля, он вообще за рулем на машине ездил. И второй — то же самое, на машине ездил. Вот знаете, я скажу, если бы меня били, водой обливали, к чурке прицепляли, да я еще езжу за рулем, то я, наверное, уехал и ушел домой бы, правильно? Бросил бы эту машину где-нибудь и всё. Ну так, если логично подумать. Да что тут рассказывать — некоторые реабилитанты сами приезжают сюда, бывшие, просто в гости. Приедут, поговорят, чаю попьют да уедут, — недоумевает Руслан.

Ближайшие соседи «Вектора»

Поделиться

Мы опросили людей, живущих практически вплотную к реабилитационному центру. Жалоб у них на такое соседство или не было, или они не отличались от жалоб на любых других соседей. Иногда громко включали музыку. Иногда жгли мусор во дворе, дым летел к соседям. Бывало, телята, которых держали в центре, ходили по улице без присмотра. Одному жителю телята сломали недавно посаженное деревце. Он ходил в «Вектор» жаловаться и свободно зашел на территорию — ворота оказались незаперты.

Жилые дома стоят вплотную к зданию «Вектора»

Жилые дома стоят вплотную к зданию «Вектора»

Поделиться

Летом многие видели, как реабилитанты совершали пробежки трусцой по поселку. Кто-то отдавал им ботву с огородов для свиней, кто-то нанимал их на мелкую подработку. Одна пожилая женщина сказала:

— Хорошие мальчишки, работают, спокойно там у них, никаких криков мы не слышали. Если бы с ними что-то было не так, они бы могли покричать, позвать, мы же их через забор видим.

Потерпевшие по делу


Потерпевшими по делу проходят бывшие постояльцы центра — Сергей и Николай, обоим в районе 40 лет.

Сергея в начале 2018 года в центр привезла сестра — Марина Ч. Во время реабилитации брата она познакомилась с Андреем Маховым. Через год, когда ее брат уже не жил в центре, у нее с Андреем начались отношения, которые длятся до сих пор.

— Изначально Сергей сам узнал про «Вектор» и при свидетелях просил меня оплатить ему пребывание — 25 тысяч в месяц. Я согласилась. Просто он не знал, что там будет режим, что надо будет правила соблюдать. Думал, что будет делать, что захочет. Он провел там 9 месяцев, ушел, пробовал работать, но в основном всё равно я его содержала. Потом он опять сорвался, снова реабилитировался в центре у Андрея. В июне 2020 года он съехал оттуда последний раз. Сейчас то работает, то нет, колется, разводит на деньги нашу тетку. А главное, он требует у меня 3 миллиона рублей. Говорит, если заплачу, то уголовное дело против Андрея закроется, — объяснила нам Марина.

Марина и Наталья Махова уверены, что написать заявление Сергея уговорил еще один бывший реабилитант — Дмитрий В. Когда-то Дмитрия в «Вектор» отправила жена, сам он в тот момент находился в невменяемом состоянии. Забирая его, Андрей отдал супруге клиента смартфон Дмитрия. Пока муж был в центре, супруга вскрыла гаджет и обнаружила там доказательства измен — она бросила мужа. Узнав об этом, Дмитрий пообещал Андрею посадить его. По словам Марины и Натальи, у него для этого достаточно и денег, и связей.

Мы позвонили Сергею. На нашу просьбу рассказать, что с ним делали в центре «Вектор», он ответил коротко:

— Заливали водой, удерживали против моей воли.

Далее мужчина сказал, что не хочет вспоминать это, и бросил трубку.

Со слов Марины, второй потерпевший, Николай, ушел из центра вскоре после того, как в доме пропал дорогой инструмент. По мнению Марины, вывезти его вряд ли мог кто-то, кроме Николая. Связаться с ним для комментария нам не удалось — его актуального номера у центра нет.

«Посадить могут всех в любой момент»

Лекция для реабилитантов в «Векторе» год назад

Лекция для реабилитантов в «Векторе» год назад

Поделиться

Психиатр-нарколог с 40-летним стажем, бывший сотрудник института имени Сербского и Московского НИИ психиатрии Виктор Ханыков поделился с редакцией NGS24.RU своим мнением. По его словам, в стране десятилетиями существует проблема: у государства нет ресурсов для реабилитации зависимых, а у частных центров нет юридических прав удерживать кого-то без его согласия. Приведем его слова полностью:

Виктор Ханыков

Виктор Ханыков

Поделиться

— В таких центрах почти всегда работают бывшие наркозависимые. Они, как правило, используют систему «12 шагов» и изоляции. Это очень распространенная в мире, рабочая методика. Но насколько это приемлемо? Ведь, по сути, человека лишают свободы без решения суда. Я считаю, тут проблема только в одном: наше государство не удосужилось создать правовую основу для недобровольного лечения зависимостей. Хотя во многих цивилизованных странах такая есть.

Теоретически у нас можно добиться принудительного лечения человека через суд. Но на практике это лечение всё равно будет негде проводить. В государственных диспансерах пациента держат очень недолго, пока у него не пройдет первое тяжелое состояние. А потом нужно еще хотя бы полгода реабилитации — и она должна проходить вдали от привычного круга общения человека.

Надо понимать, что зависимые люди часто создают криминальную ситуацию в своих семьях, опасность насилия, ограбления, атмосферу абсолютной безнадежности. И сделать с этим ничего нельзя, пока человек не совершит преступление. Тогда его посадят в тюрьму, прописав обязательное лечение. Но лечить его, конечно, никто не будет, потому что в тюрьме нет условий и ресурсов. Так что, выйдя на свободу, он возьмется за старое.

Вот так и получается, что частные центры берут на себя смелость принудительно помещать людей на реабилитацию по просьбе родственников. И если бы государство узаконило этот процесс, то его было бы проще контролировать. И в эти центры могли бы приходить работать настоящие врачи. А пока медики избегают официально устраиваться в такие места, чтобы не стать соучастником незаконных действий.

Не оправдывая никакое нарушение закона, скажу: я знаю семьи, в которых дело бы кончилось смертью наркомана или убийством его близких, если бы не центры, куда помещают зависимых. И если взвесить пользу и вред от них, то пользы все-таки больше.

Евгений Ройзман

Евгений Ройзман

Поделиться

Комментарий о ситуации с реабилитационными центрами редакции NGS24.RU дал и Евгений Ройзман — создатель фонда «Город без наркотиков» и проекта «Страна без наркотиков», бывший депутат Госдумы и мэр Екатеринбурга:

— Самый страшный враг любого наркомана — это человек, лишивший его доступа к наркотикам. В такой ситуации наркоман напишет заявление на кого угодно, хоть на родную мать. И нет более лживых людей, чем наркоманы, они сочинят всё, что угодно. Сотрудники полиции про это знают и пользуются этим.

При этом в России нет сети государственных клиник для наркоманов, а частные центры работают на грани закона. Для избавления от зависимости поначалу всегда необходима изоляция. А когда уже какая-то осмысленность у человека появилась, тогда возможна и социальная реабилитация. Но в первую очередь — изоляция. Это во всем мире так.

Но в России нет закона о принудительном лечении, и, по сути, действия таких центров — нелегальны. Поэтому любой частный центр, какой бы он ни был эффективный, в любой момент могут закрыть, а всех сотрудников посадить, что много раз в России и случалось.

Автор

оцените материал

  • ЛАЙК33
  • СМЕХ2
  • УДИВЛЕНИЕ0
  • ГНЕВ6
  • ПЕЧАЛЬ1

Поделиться

Поделиться

Увидели опечатку? Выделите фрагмент и нажмите Ctrl+Enter
Хочешь быть в курсе событий, которые происходят в Красноярске? Подпишись на нашу почтовую рассылку
Loading...
Loading...