NGS24
Погода

Сейчас+10°C

Сейчас в Красноярске

Погода+10°

переменная облачность, без осадков

ощущается как +10

0 м/c,

штиль.

735мм 88%
Подробнее
0 Пробки
USD 89,70
EUR 97,10
Город фоторепортаж «Погранвойска — элита. Остальные — шурупы крученные»: армейские истории красноярских пограничников

«Погранвойска — элита. Остальные — шурупы крученные»: армейские истории красноярских пограничников

В России отмечают День пограничных войск — мы записали воспоминания 12 бойцов из Красноярска

Петр Кузеро со своей дочерью Дашей

Петр Кузеро:

— Служил на Камчатке в 2003-м. Ну историй-то много. Вот, к примеру, трое ребят, отбывающих арест на гауптвахте, попросили на Новый год телевизор посмотреть. Ну и начальник караула выдал им мел — нарисовали они себе телевизор, смотрели всю ночь. А на утро получили еще три дня ареста — за то, что телевизор не выключили. В самоволку тоже, бывало, ходили в Петропавловск — накинешь белый маскхалат и ползком по снегу, никто не увидел. Погулять удавалось пару часиков, иначе хватятся, летом-то в самоволку проще было уйти. Вот еще история: нас постоянно заставляли набирать пожарную бочку, которую тут же выливали, ну и один товарищ решил схитрить. Он перевернул ее и на дно воды два литра налил — со стороны кажется, что бочка полная. Начальник штаба говорит: любуюсь я вашими воробьями — вон один по воде как шагает!

Николай Иванов

Николай Иванов:

— Служил на Дальнем Востоке осень 82–84-го. На заставе свои законы и порядки — плац не подметают и траву не стригут. Это ответственность. После школы сержантского состава пошел служить на границу в должности командира отделения, отвечал за сигнализацию и связь. Красноармейцы рассказывают, кто как напился, кто как в самоволку сбежал, но у нас такого нет. Я за всю службу один раз был в увольнении, и то пошел на партбилет сфотографироваться. На Амуре хорошо было, там была застава прям на берегу — возьмем удочки и пойдем рыбачить. Единственная радость была. Дедовщины у нас тоже не было — ни духов, ни запахов. Командир у нас очень строгий был: пограничник должен бегать как собака, вот он нас каждый день и гонял по 20 километров.

Иван Диженко

Иван Диженко:

— Служил в 29-м погранотряде, призывался весной 2004 года, весело служили — рассказывать особо ничего не будем, потому что все мы ведомство ФСБ. Ребята все классные; плохо, что больше срочников не призывают, только контрактники сейчас — с каждым годом все меньше и меньше. Что тут говорить: пограничные войска — это элита, остальные — шурупы крученные. (Смеется.) Армейскую жизнь по рассказам-то не понять — надо в нее окунуться. Ну вот история: ушли мы в самоволку, сидим в кафе, по плечу стучит командир и спрашивает: «Ты сам обратно доберешься или тебя подвезти?».

Павел Кунаков

Павел Кунаков:

— В 1993 году мы призывались на Камчатку, последний призыв был на полтора года. Работал водителем, возил командиров. Вот вспоминается, как вез полковника с округа, из Владивостока, на заставу, все пацаны крестились, чтобы он к нам не приехал. И ведь сработало — у меня на грунтовой дороге бензобак пробило, поэтому отвез я его сразу в комендатуру, а пацаны тогда без смотра обошлись. Ну и что за армия без дедовщины — по ней жить лучше, чем по уставу. Деды-то развлекались, но все в пределах нормы. Вот «вертолетики» — ночью по казарме полотенцами комаров убивали, чтобы дедушек не кусали. В самоволку нам ходить смысла не было: мы базировались у поселка, где все друг друга в лицо знали, новое лицо — сразу докладывали начальнику. Командир у нас был серьезный, с особым двусмысленным юмором, — Александр Иванович. Едем с ним по бездорожью, он говорит: «Тише едешь — дело мастера боится». Вот и думаешь, то ли быстрее ехать, то ли медленнее, чтобы командира на кочках не растрясти.

Максим Трубинов

Максим Трубинов:

— Проходил службу сначала на Дальнем Востоке, 2012–2013 год, потом на границе с Китаем, на Красной речке. Граница, конечно, запоминается сильнее всего — когда первый раз встаешь на пост. Гордость берет. Страшно не было — было весело. Пограничники — это одна большая семья, командиры у нас были хорошие, парни все молодые. В самоволку, конечно, бегали через дырку в заборе, но редко. Там ближайший город был Биробиджан, но до него еще 300 километров, поэтому ходили в село Бабстово, до него всего 5 километров. Ходили в основном за вкусняшками, сладкого в армии нам очень не хватало. Ну из армейских историй: похороны Бычка — парень покурил в неположенном месте, его сержант заставил копать могилу для окурка. Он выкопал яму метр на метр, захоронил бычок, мы все построились — поскорбели.

Анатолий Михайлович Сухачев, каждый год он приходит в сквер Дзержинского в надежде найти сослуживцев, с которыми давно потерял связь

Анатолий Михайлович Сухачев:

— Я родился в 40-м году, был призван в 59-м на Тихоокеанский пограничный округ, служил в 14-м погранотряде на острове Уруп. Служба у меня прошла нормально — я был неизбалованный, из сельской местности, вырос в поселке в Шарыповском районе. Гражданского населения у нас на острове не было, только застава. Увольнений не было, на выходных можно было только отдыхать. На втором году службы у нас история случилась. У нас там была морская граница, во время приливов были так называемые непропуски. И прибыл к нам новый командир, старший лейтенант. Он скомандовал нам идти через непропуск, мы ему пытались объяснить, что туда нельзя, но ни в какую. Был октябрь, кругом отвесные скалы, камни, и мы идем по горло в ледяной воде. А лейтенант был на голову меньше нас — ему вообще плыть пришлось. Низ уже не чувствуем. 200 метров прошли, все обмундирование мокрое. В итоге расстояние в 12 километров мы прошли только за 6 часов, на заставе нас потеряли тогда.

Братья Николай (справа) и Игорь Новиковы

Николай Новиков:

— У нас с Игорем разница в четыре года, вот он тоже в военкомате в погранвойска попросился, но служили в разных частях. Историй куча. Вот стою я на заставе часовым, ночь, темно, боевой расчет готовится к наряду — пограничные сутки начинаются в 8 вечера. Выходит старший лейтенант на крыльцо, дверь открыл — свет, зима, я в валенках. Перепутал его, значит, со своим другом и, представляете, залепил ему под зад своим валенком — в темноте перепутал. Он поворачивается: «Новиков, а ты не обнаглел ли?». Я ему тут же объяснил, что его бы ни в коем разе, но перепутал. Дедовщина у нас была, но чисто символическая — для поддержания традиции. Вот приходят на заставу молодые, все, кто отслужил, отдают мясо, масло, чтоб отъедались. Поддерживали молодых!

Федор Николаевич Карпов вместе с сослуживцем Владимиром. Признались, что форму давно растащили внуки

Федор Николаевич Карпов:

— Я служил в 59–62 году на границе с Турцией, тогда на границе хозяйничали американцы. Нам тогда одним из первых выдали автоматы Калашникова вместо семизарядных карабинов, в армии АК тогда еще не было. Турки вот границы не охраняли: если с нашей стороны было 17 застав по 50 человек, а с турецкой — 1 застава на 7 человек. Служили на фоне малого и большого Арарата, виноградники кругом, персики — пограничникам никто не отказывал. Настоящий шпион нам попался только один раз. Американец попал из Калининграда на границу с Турцией. Он перепутал реку Аракс и Раздан, последняя по Армении течет. Переплыл он в Турцию в стоге сена, видим, встает, разминается, — мы его под шкирку и особистам сдали. Он возмущался, что находится на территории Турции.

Валерий Павлович Таран

Валерий Павлович Таран:

— Начал службу в Волжском пограничном отряде, призван был в 1969 году, потом был Афганистан. Непосредственно охраняли границу от моджахедов. Моя служба с события на Даманском — они показали, что пограничники должны не только охранять границы, но и обороняться. Я был командиром взвода разведки. Наша задача была — засекать цели, готовить данные для стрельбы в случае нападения китайцев, мы огонь по ним вели. Первая стычка была в 70-м году в Алайской долине в Киргизии. Взвод китайцев прорвался ночью, нам пришлось их огнем выгонять, накрыл наблюдательный пункт артиллерией.

Потом как офицер я пошел на армейские сборы и попал в Афганистан. 15 октября 1983 года наша группа в составе 6 человек попала в окружение — 200 человек. Четыре магазина на каждого, расстреляли быстро, себе немного оставили — чтоб застрелиться. В плен сдаваться было бесполезно, там голову отрежут вместе с яйцами. По координатам рассчитал, что наша батарея нас достанет. Передал данные на батарею и вызвал огонь на себя. У нас было 45 секунд с момента подачи команды — это очень много, особенно когда хочешь жить. Мы спрятались в пещеру. Хоть и контуженные были, кровь из ушей, но все выжили — за это мне дали Красную звезду.

Валерий Павлович потомственный военный. Его отец также служил пограничником, дядя — герой Советского Союза, сын воевал в Югославии, а потом в Чечне.

Олег Иванович Михалев

Олег Иванович Михалев:

— Проходил службу в 1983 году в Таджикистане, в горах, в маломаневренной группе — разведгруппа получала информацию с вертолетов и на БМП проводили боевую разведку. И под обстрелы попадали, первый раз было страшно, а потом привычно. В первый год ехали в ГАЗ-66, начались выстрелы — я испугался, залез головой под бардачок, тут же по каске получил от ребят постарше, хотя лейтенантом был. Потом уже все по барабану было.

Раз в месяц мы отмечали дни рождения. То есть у тебя, у меня день рождения в мае — отмечаем в один день раз в месяц. И мы готовили торты, красивые — с розочками из крема. Чтобы цветочек был красный, добавляли свеклу, чтобы листочки зеленые были — зеленку. Сами делали майонез — на банку пастеризованного молока добавляли ложку уксуса.

Алексей Шалавин

Алексей Шалавин:

— Проходил службу в Уссурийском районе, призыв 91–93 года, весна. Служил на китайско-российской границе. Северный Китай тогда очень бедный был — китайцы ходили к нам за женьшенем, папоротником, лягушками, так себе на жизнь зарабатывали. На границе с собаками служили — Друза, Чана, Бинг, вот он за раз выследил группу шестерых китайцев, там три парня и три девушки было. Интересные моменты в дозоре — это звери! Застава находилась в уссурийской тайге: видели два раза тигра, снежного барса, медведь российский на китайскую границу перешел. (Смеется.) Тогда, в девяностые, со снабжениями было не очень, поэтому нам разрешили охотится на оленей — ели оленину.

Денис Шабалин

Денис Шабалин:

— В 98-м году призвался в Анапу, в войсковую часть 23–33, прошел учебку и по распределению попал в Высоцк Ленинградской области — служил на корабле на границе с Финляндией. Корабль — это, как и автомобиль, объект повышенной опасности. Все, с кем служил, — это настоящее братство. Полтора года простоял на границе, в увольнение, и уж тем более в самоход уйти — это для моряка неприемлемо, мы же элита, не каждого возьмут в Морфлот служить. Нарушения границ, конечно, были, но это не пираты, как сейчас, — обычные рыбаки, которые нарушали нейтральные воды. Брали под сопровождение, потом задержание.

Яков Калинин
ПО ТЕМЕ
Лайк
LIKE0
Смех
HAPPY0
Удивление
SURPRISED0
Гнев
ANGRY0
Печаль
SAD0
Увидели опечатку? Выделите фрагмент и нажмите Ctrl+Enter
ТОП 5
Рекомендуем
Знакомства