«Фамилия мэра Еремина упоминалась?»: как в Красноярске подрядчиков на взятки подсадили

Фамилия депутата Госдумы и экс-мэра Красноярска Сергея Еремина впервые прозвучала в контексте уголовного дела Владислава Логинова, а один из взяткодателей рассказал, когда и как городских подрядчиков заставили отчислять по 10% с каждого госконтракта. Подробности в репортаже корреспондента NGS24.RU Дмитрия Мамаева.

Судом запрещено снимать фото и видео во время процесса — до оглашения приговора. В материале будут использоваться архивные фотографии, в том числе с предыдущего заседания.

28 июля в Центральном районном суде Красноярска, как (уже) обычно, приветливо встречали на входе. Услышав, что контроль проходит СМИ, вежливо подсказали нужный кабинет, как бы понимая, что более интересных событий, чем разбирательство в деле Владислава Логинова, в этих стенах сегодня не проходит.

Но в отличие от первого заседания, где Логинова вживую видели спустя год «вынужденного отсутствия», сейчас в суд приехало гораздо меньшее число журналистов. Гостелеканалы своих сотрудников почему-то не отправили. Ну и без них было не скучно. Не считая долгого ожидания начала процесса: на время, когда поставили слушание по экс-мэру, в зале организовали другое заседание — пришлось дожидаться его окончания.

Логинова и Давыдова завели в зал уже после журналистов и других слушателей, как положено, в наручниках. Держались они, как мне показалось, гораздо бодрее, чем в прошлый раз (и позже мы в этом убедимся).

Я занял место в первом ряду — в двух метрах от решетки, в которую завели чиновников, и в считаных сантиметрах от другого фигуранта дела — «посредника» Татьяны Суховой. Видимо, ей такое соседство показалось неприятным, и через секунду она пододвинула к себе свой пиджак, кинутый на скамейку, а после и вовсе отсела подальше.

Впрочем, долго соседствовать не удалось: пришлось переместиться ближе к судье, где выступал первый свидетель по делу — директор «СПК Сфера» Абилфаз Аллахяров. Приставы не разрешили положить телефон с диктофоном возле него и попросили отойти в сторону прокурора.

Речь пошла о двузначных числах, а именно о 10% денег от суммы господрядов, которые заключались с 2018 года. Как ранее уже сообщала сторона обвинения, столько платили строители чиновникам, чтобы выиграть тендер. Аллахяров раскрыл эту схему немного подробнее.

По его словам, подобную «стратегию» впервые озвучили весной-летом 2018 года. Тогда руководитель УДИБ Евгений Жвакин собрал нескольких подрядчиков на автомойке у рынка «Енисейский привоз» и рассказал, что таким образом от коммерсантов ждут помощи при подготовке города к универсиаде 2019 года. Деньги якобы пойдут в определенный фонд.

— Нас всех, кто в городе работал, всех собрали туда. Вот позвонили, собрали, — запинаясь и заметно нервничая, рассказывал Аллахяров. — Там начался разговор: «Впереди универсиада — надо городу помочь». Как бы мы три-четыре компании, вот, будете работать, и городу надо помочь. 10% будет [перечисляться от суммы контракта на указанный счет]. Мы послушали, потом вышел я, <…> сказал, что я не соглашусь на это.

Кто из подрядчиков присутствовал на встрече, помимо упоминаемого в контексте дела Логинова печально известного «Промстроя», директор «Сферы» не указал, сославшись на то, что забыл.

— Дальше просто сказали, что потом Жвакин позвонит, вас пригласят, они скажут, [на] какой контракт [кто] выйдет, кто где будет работать, — продолжил Аллахяров. — Потом Жвакин звонил, позвали нас, отдали флешку.

На флешке, со слов подрядчика, были указаны контракты, на которые должна была заявляться «СПК Сфера», при этом игнорируя другие. В части тендеров, добавляет он, был всего один участник.

— Я сказал [своим подчиненным], посмотрите, как там, какие объекты — [выходить] туда, больше никуда не стоит выходить, потому что город решил.

По версии следствия, всего в рамках этой договоренности между «СПК Сфера» и городом заключили контрактов на сумму в 376,2 миллиона рублей, но из оговоренных 10% подрядчик выплатил только 6,8 миллиона, отказавшись перечислять оставшуюся сумму, так как понял, что деньги, по его словам, идут не в фонд.

Требовать деньги якобы пришла Татьяна Сухова — партнер вице-мэра Алексея Давыдова. Когда она услышала, что Аллахяров не будет платить, попросила у него деньги «на ремонт кабинета» — на счет организации «Глобал Трейд» подрядчик перечислил около трех миллионов. После этого у «Сферы» начались проблемы.

— Потом у меня [была] встреча со Жвакиным, он меня позвал, сказал: «А почему не хочешь платить?» Я говорю: «У меня нет возможности». Он говорит: «Мы не дадим тебе работать — сверху поручения». Я не знаю, «сверху» — откуда поручение было.

Аллахяров, повысив тон и говоря с какой-то долей возмущения в голосе, будто наконец может отомстить за свои невзгоды обидчикам, начал рассказывать, как после отказа платить его организацию якобы пытались отстранить от дорожного ремонта и внести в список недобросовестных подрядчиков.

— Я вышел, выиграл несколько контрактов, и они реально начинают создавать мне проблемы. Я все контракты <…> получил через судебное дело. Мне как-то даже хотели вот один контракт… вот я выиграл [контракт на] кладбище, они хотели даже [внести в черный список подрядчиков]. Они мне дали заявку [таким объемом, что] это невозможно было сделать.

Позже директор «Сферы» перечислил через Сухову еще 3,8 миллиона рублей. К нему, сообщал он на суде, обратились, так как было «нечем платить строителям». Суммарно — 6,8 миллиона рублей, о которых сообщалось ранее.

После вопросов прокурора судья предоставила возможность обратиться к свидетелю самим обвиняемым. Первым вопросы задавал Владислав Логинов, который перед заседанием получил от адвокатов внушительную стопку листов рукописного текста.

— С 2021 года я когда-нибудь обращался, чтобы вы мне давали деньги, взятки? — Логинов был спокоен и сдержан, не играя на публику, четко ставил вопросы, глядя в глаза собеседнику сквозь решетку.

— Никогда, — отвечал Аллахяров.

— Была ли до встречи на Шахтеров [улица, где расположена указанная автомойка. — Прим. ред.] у нас официальная встреча со всеми подрядчиками в кабинете?

— Честно, не помню. [Были совещания] постоянно.

— Хорошо, когда я говорил о социальной ответственности подрядчиков в объеме 10%, я говорил о какой-то организации, поставщике асфальта, цемента, бетона, щебня? Я говорил о социальном фонде, который будет распоряжаться?

— Помню, что разговор был, что перед универсиадой надо помочь городу. Вот это я точно помню.

— Ну про фонд вы же сами говорили сейчас?

— Да, вот разговор был, что да, будет фонд. Потом я понял, что это не фонд.

— Как я влиял на получение вами контрактов, на то, чтобы вы выигрывали на электронной площадке на наиболее выгодных условиях? Я как влиял? — продолжал задавать точечные вопросы экс-мэр.

— Там разговор был, и мы с помощью УДИБа [получали контракты].

— На сам выигрыш как я влиял на площадке?

— Это был какой-то контракт, где не было никого [конкурентов на торгах. — Прим. ред.]. Когда был один я. Некоторые контракты — были [другие] подрядчики, мы не брали до [снижения цены до] 12%.

— Ну то есть на площадке, я понимаю, были торги, и было какое-то падение [цены]. Торги происходят в электронном виде с закрытыми подрядчиками, — резюмировал Логинов не без чувства удовлетворения и (возможно) победы в споре.

Далее Логинов начал раскручивать диалог непосредственно в сторону конкретных обвинений.

— При исполнении контрактов как я помогал исполнять контракты либо исполнять их ненадлежащим образом, чтобы экономить, понижать себестоимость производства работ, чтобы какие-то работы были недовыполнены?

— Этого не было, все работы сделаны, — незамедлительно, но сложно подбирая слова ответил подрядчик.

— Мешал ли я работать на каких-то объектах, запрещал работать или организовывал какие-то необъективные придирки?

— Из-за этого я приехал, я же к вам обращался — что вы от меня хотите, вот мне УДИБ не дает дальше работать.

— Вы меня просили, чтобы придирок к [вам] не было?

— Да-да, я говорю, вот я помогал [с] ремонтом в кабинете, [говорю]: «А что вы от меня хотите?»

— Вы ко мне приезжали, говорили, что в фонд не можете 10% платить?

— И вам сказал, вы мне ничего не сказали, сказали, что это мое право.

— Я к кому-то советовал обратиться по этому вопросу?

— Нет.

Следом с вопросами обратился сосед Логинова по администрации и теперь по решетке — Алексей Давыдов. В отличие от своего бывшего начальника, он примерил на себя роль шоумена и громко, публично решил отчитать директора «Сферы» за срыв «президентских поручений».

По его словам, замечания к работе организации появились, когда ты не смогла в должном виде выполнить контракт по строительству сквера в микрорайоне Солнечный — с аналогичной просьбой обращалась на прямую линию одна из горожанок. Аллахяров ответил, что дело было в проекте, а штраф в 21 миллион ему выписали за строительный мусор на площадке.

В результате Давыдов заявил ходатайство об исследовании ранних показаний свидетеля.

Далее со свидетелем общались адвокаты. Среди множества уточняющих деталей самым острым стал вопрос о бывшем начальнике Логинова — его фамилия в контексте уголовного дела в открытую прозвучала впервые.

— Скажите, когда вы [были] на Шахтеров и обсуждался вопрос про 10%. <…> Кто был инициатором этого разговора и от чьего имени этот разговор был? — жестко, в лоб спросил один из адвокатов арестованного градоначальника.

— Этот разговор был от Логинова, — как бы рассуждая, неуверенно ответил директор «Сферы». — Четко я помню, что он сказал, что <…> перед универсиадой надо городу помочь.

— Ну он говорил это от себя или говорил от лица кого-либо? Ну, в частности, допустим, от мэра Еремина?

— Может быть, я не знаю, не помню, — гораздо тише ответил Аллахяров.

— Ну фамилия мэра Еремина упоминалась? — продолжил давить адвокат.

— Не помню.

Корреспондент NGS24.RU попробовал связаться с Сергеем Ереминым, но депутат не ответил на телефонные звонки. На просьбу прокомментировать события, описываемые в уголовном деле Логинова, в мессенджере ответа к моменту публикации также не последовало, хотя сообщение в Max помечено как прочитанное.

Следующее судебное заседание по делу Владислава Логинова состоится 30 июля. Все подробности этого коррупционного скандала NGS24.RU собирает в отдельном сюжете.