Возбудила дело (фото)

Владелица сети интим-маркетов Анастасия Носкова стала случайно знаменитой благодаря огромному золотому фаллосу, который попал в поле зрения любительской камеры во время его доставки в магазин. Видео мгновенно разлетелось по СМИ, став новостью дня. Сегодня Анастасия согласилась рассказать SHE, как и почему она оказалась обладательницей большого эротического хозяйства, поделилась подробностями своей личной жизни и приоткрыла завесу тайны ассортимента магазина для взрослых. О любви С мужем мы познакомились в Абакане. Я работала в РОВД следователем, расследовала преступления, связанные с причинением тяжких телесных повреждений, а Сергей был травматологом. Оба жили на работе: у меня ночные дежурства и у него. Познакомились у него в больнице. Я пришла за справкой на потерпевшего, захожу в кабинет, вижу: сидит спиной ко мне доктор в позе лотоса, в таких белоснежных носках, словно он по воздуху летает. Я ему говорю: «Мне нужна такая-то справка». Он, не поворачиваясь, отвечает: «5000 евро». Я тогда ответила: «Я вас за взятку оформлю». Он, наконец, повернулся, я увидела его голубые-голубые глаза… И у меня случилась любовь с первого взгляда. Я быстренько схватила справку и убежала. А потом начала думать, как бы этому доктору оставить свои контакты. Сделала самодельную визитку, держала ее при себе наготове. Прихожу в очередной раз в больницу, прошу у медсестры карточку на потерпевшего. Та берет стул, залазит на самый верх и начинает медленно ее искать. Потом выяснилось, что Сергей предупредил медсестер: «Когда придет вот эта следователь, тяните время, чтобы я успел с ней познакомиться». Она долго-долго ищет. Я стою. Сергей заканчивает прием пациента, выходит. И тут как в кино: я от волнения роняю свое служебное удостоверение, мы вместе начинаем искать его под столом, сталкиваемся там носами, я даю ему свою визитку, он кладет ее в карман. В эту же минуту медсестра «находит» карту пациента, я ее забираю и вылетаю. И в тот же день мой будущий супруг звонит и приглашает на свидание. И все — в следующий раз он уже пришел ко мне как домой, с бытовой химией и продуктами. Пришел на кухню и начал по-хозяйски все мыть, хотя было и так чисто. Он же врач. У него все должно быть стерильно. Кстати, интима у нас не было долго. Я сказала: «Ты взрослый человек, я взрослый человек, у тебя было прошлое и у меня. Давай начнем нашу жизнь с похода к врачу, начнем отношения с чистого листа». Он воспринял это хорошо, сказал: «Я и сам хотел это предложить, но не знал, как ты отнесешься». Мы получили справки, спустя неделю он сделал мне предложение. Через 3 месяца мы поженились. Мне было 25 лет, ему 30. О семье и детях Меня воспитывали в очень строгих правилах. Папа был моряк, занимал командующий пост. И воспитывал нас с сестрой по принципу «На камбузе все шуршит». Если папа зашел, значит, все должны двигаться, все должны быть при деле, все должно быть по графику. Вставали в 6 утра, даже в воскресенье. Когда-то родители торопили нас с мужем с детьми. Мы сначала отшучивались. А потом, чтобы раз и навсегда поставить точку в этом вопросе, ответили: мы взрослые люди, сами решим, когда нам нужно. У нас большие амбиции относительно того, как все должно быть в семье. В планах купить квартиру, которая как минимум будет пентхаусом с шикарным видом из окна — на город и звезды. Пока в городе такой квартиры нет, а значит, нет места, где хочется растить детей, нет смысла их заводить. Рожать надо либо рано, когда мозгов еще нет, либо осмысленно. О секс-шопе Первый наш магазин был открыт в Абакане. Как-то раз мы пошли с мужем кататься с горки на санках. Он скатился и получил компрессионный перелом позвоночника. А это постельный режим на три месяца. Пока лежал, придумал открыть секс-шоп. У врачей отношение к сексу спокойное, как к анатомии. Да и в Абакане конкуренции по этому направлению не было. На деньги от продажи комнаты мы открыли первый магазин. Нашли удачное помещение около загса, выбрали поставщика, муж придумал название — «Дон Жуан». Я тогда еще работала в милиции, была поглощена следствиями, поэтому начало помню смутно. Сначала я даже стеснялась этого бизнеса. Во-первых, пуританское воспитание давало о себе знать. Во-вторых, милиционеры все ханжи — краснеют и нервно хохочут, когда речь заходит о сексе. А потом все само собой сложилось: на работе случилось несколько неприятных ситуаций, плюс ко всему на меня при исполнении обязанностей напал невменяемый жулик. Стало ясно, что пришла пора уходить. Я отдала милиции 7 лет — у меня красный диплом юриста, поэтому уходить, конечно, было страшно. Черногорск — город криминальный: половина населения — милиционеры, а половина — бандиты и потерпевшие. Я спросила у мужа: чем же я буду заниматься? Он ответил: магазином. Магазину на тот момент было месяца 4. Когда я уходила из органов, начальник РОВД кричал мне вслед: «Благородную профессию променяла на (непечатное слово)!». Но я все-таки уволилась и сразу поехала на выставку эротических товаров в Москву. И там вдруг увидела, как сильно отличаются люди из другой среды. В милиции грубость и пошлость — норма. А тут — культурные, спокойные люди, к сексу относятся как к искусству. Я вернулась с большим намерением открыть новый магазин. И мы сразу же открыли еще один. На данный момент у нас 7 магазинов — в Абакане и Новосибирске, плюс восьмой — в Москве, открыт по нашей франшизе. Пока все, что мы зарабатываем, мы вкладываем в развитие. Муж занимается подбором персонала, бухгалтерией. Как медик он проводит обучение для продавцов. Я работаю с поставщиками и ассортиментом, езжу на выставки. У нас настолько все сплетено, что если нас разделить, то бизнес рухнет. На первый отбор, который мы проводили в Новосибирске, пришло более 200 резюме на одно место продавца. Около ста человек мы отсеяли сразу. Остальную сотню пригласили на общую встречу. Помещение магазина было битком забито — народ стоял и в коридоре, и на улице. Половина, увидев эту толпу, не выдержав конкуренции, сбежала. Кто-то не вынес самого конкурса. Потом проводилось обучение-стажировка, в ходе которого выясняется, способен ли человек работать с таким товаром. Само продается только то, что востребовано. Наш ассортимент — не востребован. Нужно формировать у клиента потребность в покупке, продать ощущения и эмоции. Остаются в этом бизнесе исключительно фанаты. Бывает так, что покупатель неверно оценивает продавца, полагая, что, если девушка свободно говорит о сексе, значит, она сексуально распущена. Продавец должен уметь корректно постоять за себя. На стереотипный вопрос «А девочки по вызову у вас есть?» — одна из наших продавцов неизменно отвечает: «Конечно, есть. Есть целые, есть по частям. Блондинки, брюнетки — вам какую?» — и предлагает ассортимент. Надо же все правильно и с юмором преподнести. О моде на секс-игрушки Сейчас в моде парные игрушки, которые управляются с приложения на смартфоне: 70 % покупателей — это пары, которые берут то, что можно использовать сразу для обоих. Одни приходят в магазин уже начитанными и знающими, что конкретно им нужно. Другие — это клиенты с предубеждениями. Моя предыдущая работа была связана с расследованием преступлений на сексуальной почве. Так вот, половины из них можно было бы избежать, если бы человек воплощал свои фантазии не на живых людях, а с помощью игрушек из секс-шопа. Конечно же, у меня у самой большое количество игрушек, почти все они — подарки от производителей. По разу однозначно я все попробовала. Ведь чтобы объяснить покупателю как это работает, надо сначала понять, какие ощущения оно вызывает. Самые любимые: игрушка для пар — вивайб и бесконтактный волновой стимулятор вуманайзер. Как-то раз производители подарили мне два дезодоранта с феромонами. Я не глядя набрызгалась одним из них и пошла с другом в клуб. И вдруг… В клубе меня активно начали клеить девушки. За этот вечер ко мне так часто подходили женщины с конкретными намеками и предложениями, что мой товарищ разозлился. На него девушки не реагировали, а на меня — да. Пришла домой, стала изучать дезодорант и увидела, что он содержит феромоны для притяжения женщин. А самое простое и полезное, что должно быть в каждой семье, — это вагинальные шарики. С их помощью женские интимные мышцы поддерживаются в тонусе. О критике Мне не нравится работать на публику, и я болезненно переношу критику. У меня нет аккаунта в Instagram, я не делаю селфи. Хотя и люблю как юрист отстаивать свою точку зрения. Когда в Новосибирске случилась скандальная история с большим золотым фаллосом для нашего магазина, когда все это появилось в прессе и начались лозунги типа «Сжечь ее на костре», я сначала переживала. Но потом, включив разум, поняла, что 70 % комментариев к этим новостям — на моей стороне, читатели в основном шутили по этому поводу. Люди, которые относятся негативно, — это люди, у которых нет личной жизни, они пишут негативные комментарии просто потому, что обделены вниманием. Позитивным людям всегда есть чем заняться.