«Нектар для них — как бензин для автомобиля». Два друга бросили IT ради разведения шмелей: их пушистики разлетаются по стране

В 2020 году айтишники из Новосибирска Андрей Южин и Виктор Анисимов начали разводить шмелей для опыления растений. Дело осваивали с нуля, методом проб и ошибок: первые колонии жили в съемных квартирах, а однажды для фермы приспособили даже санузел. Предприниматели пережили полную потерю популяции, разработали собственные технологии, некоторые из них запатентовали и перешли к оптовым продажам. Теперь вместо цифровых продуктов они развивают семьи насекомых, которые помогают аграриям и обычным огородникам получать урожай. Как устроен этот бизнес, почему шмели эффективнее пчел и сколько стоит улей — в материале NGS.RU.

Еще недавно Андрей Южин работал в IT-сфере системным администратором, а отпуск проводил на сельскохозяйственных предприятиях. По словам сибиряка, ему хотелось изменить свою жизнь: пока многие, наоборот, осваивали кодинг и скрипты для приложений, чтобы уйти на удаленку, Андрей изучал разные направления сельского хозяйства.

Он знакомился с устройством пасек и постепенно осваивал новое ремесло — шмелеводство.

«Доил коз вместо того, чтобы ехать за границу, на море, отдыхать на пляже. Брал отпуск и ехал, — вспоминает Андрей Южин. — Потом поступил на заочное отделение Новосибирского аграрного вуза на агронома и отправился на юг России — это аграрный регион, в отличие от Сибири. Там узнал о разведении шмелей».

Шмелей завозят для опыления в основном из-за границы. На изучение темы и эксперименты ушло полтора года, а потом ему удалось выстроить технологию, которую можно было применять в домашних условиях. Первые шмели, признаётся предприниматель, жили вместе с ним в съемной квартире — на стеллаже рядом с кроватью.

Андрей поделился идеей с одногруппником по НГТУ Виктором Анисимовым, который тоже работал в сфере цифровых технологий, и они стали партнерами. Ферма переехала в санузел квартиры Виктора: там было проще поддерживать необходимую температуру и влажность.

«Понятно, что долго так продолжаться не могло. Мы сняли отдельную квартиру, — рассказывает предприниматель. — Потом пошли первые продажи. Мы увидели, что продукт востребован, начали искать помещение и переехали в отдельный цех. Мы выходцы из IT, поэтому сделать сайт и продвигаться через интернет для нас не составляло труда. Активно обзванивать клиентов и предлагать им товар мы не стали: в то время начали появляться сити-фермы, и от их владельцев поступили первые заказы. Покупали по одному-два улья в месяц».

Сегодня в небольшом цехе стоят сотни боксов со шмелями. Одни колонии еще растут, другие готовы отправиться «в поля». За производством следят шесть человек, включая Андрея и Виктора.

Работа распределена по этапам: спаривание маток, запуск новых семей, кормление насекомых и мойка оборудования. Выходные бывают, но живые колонии требуют постоянного внимания.

Для опыления растений на ферме разводят земляного шмеля, Bombus terrestris. Этот вид широко распространен в Евразии и не является редким, при этом хорошо подходит для сельского хозяйства. Шмели неприхотливы, неагрессивны, способны создавать многочисленные колонии и эффективно опылять растения в искусственных условиях.

За время развития семья может вырасти примерно до тысячи особей. При этом линии шмелей различаются по скорости развития и активности, поэтому на ферме ведут собственную селекцию, подбирая насекомых для работы в теплицах и на открытом грунте.

Производство организовано так, чтобы каждую неделю получать новые семьи разных возрастов. Самцы участвуют в размножении, но не ухаживают за гнездом и не могут защищать его: у них нет жала. Основная работа, включая опыление растений, ложится на самок — они составляют большинство обитателей улья.

Шмели чувствительны к химическим обработкам, поэтому важно учитывать, какие препараты применяют на растениях, которые они опыляют.

«Устойчивых к химии шмелей нет. Любая обработка требует осторожности: обычный инсектицид может уничтожить не только вредителей, но и полезных насекомых. При этом существуют более избирательные средства: например, биопрепараты, которые действуют на конкретного вредителя и не оказывают такого воздействия на шмелей. Когда хозяйство приобретает колонии для опыления, оно вынуждено внимательнее относиться к выбору препаратов и срокам обработок», — объясняет Андрей Южин.

Одного шмеля покупателю не продадут, даже если он самый крупный в семье. Компания поставляет целые колонии, в которых есть матка, рабочие особи и личинки. Матка откладывает яйца, а рабочие шмели приносят личинкам пыльцу и ухаживают за гнездом. Без слаженной работы всех членов колонии семья не сможет нормально развиваться.

«Рабочие шмели кормят личинок пыльцой, поэтому и летают за ней, — объясняет шмелевод. — В природе зиму переживают оплодотворенные матки, а весной начинают создавать новые семьи. В Сибири активный сезон приходится примерно на май — август. Чтобы регулярно получать готовые семьи, мы имитируем природный цикл: часть маток находится в спячке, другие выходят из нее и формируют колонии».

Готовая к продаже семья обычно насчитывает 80–100 особей. Колонии развиваются по-разному, поэтому за их ростом наблюдают, а слабые семьи выбраковывают.

На ферме шмелей кормят сахарным сиропом, который заменяет нектар, и цветочной пыльцой — ее закупают у пчеловодов. Сироп готовят по специальному рецепту, пыльцу замораживают для сохранения свежести. Из нее также делают питательные брикеты для личинок.

«Нектар для них — примерно как бензин для автомобиля: это энергия, которая нужна, чтобы летать и согреваться. А пыльца — строительный материал, необходимый для роста личинок», — поясняет Андрей Южин.

Особенно востребованы шмели в теплицах с томатами: цветки этой культуры не выделяют нектар, поэтому пчелы не проявляют к ним такого интереса, как к другим растениям.

Для Сибири важно еще одно преимущество пушистых насекомых: шмели активны в более прохладную и пасмурную погоду, чем медоносные пчелы.

«Пчелы более теплолюбивы: им нужна ясная, солнечная и жаркая погода. Шмели могут летать в прохладу, потому что способны самостоятельно нагревать тело. Поэтому они активны и в пасмурную погоду, и в сумерках», — рассказывает Андрей Южин.

Количество ульев рассчитывают с учетом площади теплицы или сада, числа цветков и особенностей культуры. По словам предпринимателя, одного улья для томатов хватает примерно на 10 тысяч цветков. Для огурцов норма может быть ниже из-за особенностей строения цветка. Шмелей используют также в садах и на открытых полях, а купить улей могут даже владельцы небольших участков.

Каждую колонию отслеживают с помощью цифровой системы, которую основатели бизнеса разработали сами. На боксах размещены QR-коды, связанные с карточками семей. В них фиксируют историю развития, кормления и пересадок.

«Мы фиксируем всю историю семьи с момента появления. Это помогает распределять колонии по возрастам и вовремя проводить выбраковку: если семья развивается слабо, она не подходит для использования в сельском хозяйстве», — объясняет Южин.

При работе с ульями используют специальный красный свет: при таком освещении шмели почти не ориентируются в пространстве, и сотрудники могут спокойно открыть крышку, проверить колонию или положить корм, не опасаясь, что они разлетятся. Шмели способны ужалить, если почувствуют угрозу, но обычно не стремятся нападать на человека.

Не менее важен ветеринарный контроль. Каждую партию сопровождают необходимые документы, а насекомых регулярно проверяют на заболевания. В тесном помещении инфекция может быстро распространиться, поэтому чистота и профилактика особенно важны.

«Это обязательная процедура. На каждую партию оформляем ветеринарные документы, шмелей проверяют на болезни. Раз в квартал сдаем насекомых на анализы. Без ветеринарных документов мы не сможем продавать продукцию, да и покупатели сами всё контролируют, — объясняет Андрей Южин. — Заказывают от одного улья до сотен — в зависимости от площади, количества растений и культуры. Например, на новосибирском комбинате в Барышеве используют примерно 15–20 ульев в неделю».

Заказы поступают из разных регионов России: от юга страны, Кавказа и Крыма до Владивостока. Семьи перевозят в закрытых ульях, которые дополнительно упаковывают с учетом требований авиакомпаний. Покупатели — и крупные тепличные комплексы, и небольшие хозяйства.

По словам предпринимателя, на российском рынке есть и другие производители шмелей, но их единицы. Многие хозяйства по-прежнему заказывают насекомых из-за рубежа. При этом местное производство не обязательно означает более низкую цену: нужно учитывать себестоимость, качество и требования к содержанию колоний. Сегодня один улей с полноценной семьей шмелей стоит от 6 тысяч рублей.

Андрей Южин признаётся, что ошибки случались даже тогда, когда казалось, что основные процессы уже отлажены. Иногда из-за болезней приходилось сокращать поголовье и заново выстраивать работу. Но постепенно необычное для Сибири ремесло стало основным делом бывших айтишников.

Это не единственный пример, когда специалисты уходят из высоких технологий в более прикладные и утилитарные профессии. Например, НГС рассказывал историю о том, как ученый бросил нанотехнологии и стал кузнецом.