История конюха из Енисейска, которому всем миром скидывались на нового жеребца

О Евгении Павлове — владельце коня и повозки, который катает гостей Енисейска по городу, знают многие туристы по всему краю и за границей. Он вместе с рысаком орловской породы в яблоках Парусом стали символом города. Как, например, единственный в мире «Музей рубанков» или «Фотоизба». Однако весной пришло печальное известие: Парус скончался. Тогда неравнодушные друзья и коллеги семьи начали сбор средств на нового жеребца. Теперь у Евгения Федоровича и его супруги Натальи живет новый питомец — вороной конь Помпей. Как он обустроился на новом месте и откуда такая любовь к лошадям длиною в жизнь у владельцев — в нашем материале. Впервые на лошадь Евгений Федорович сел в 6 лет. Любовь к этим животным в семье передается через поколения. Нам он показывает старинную фотографию 1908 года, где изображен дедушка с жеребцом, тоже житель Енисейска. — Жеребец чистопородный. Раньше кони просто низкорослые были, — рассказывает нам Евгений Федорович. — Отец тоже у меня нес кадровую службу в кавалерии Буденного, в войну — в корпусе генерала. И так работал на лошадях. А во времена НЭПа на своей тройке пассажиров на Красноярск возил. Расстояние было 5 суток. Дорога была длиннее, 380 км. Тракт шел по всем деревням. Трактиры были, где ночевали, коней кормили или меняли лошадей. В наследство ему остались и старые сани, которым уже 80 лет. Теперь они стоят в музее и служат на фотосессиях для тех, кто хочет засняться в тулупах на сене. Напротив в сарае организован своеобразный музей «Подворье ямщика». Он начался с нескольких стремян. Сейчас на стеночке висит больше трех десятков, и все разные. Отличаются формой, есть зимние, летние, мужские и женские. Потом появилась коллекция сбруй, хомутов и прочих атрибутов для упряжи коня. Самый старый экспонат — бубенцы с 150-летней историей: «Он [колокольчик] избитый, был постоянно в работе. Подобрал два подголоска. Можно добавить бубенцы», — рассказывает конюх и показывает, как звучат бубенцы. Все это используется для конных прогулок — будничных и праздничных. — Это все для меня дорого, поэтому и собираю. Сначала была мысль показать людям, — вспоминает владелец, — на чем ездили наши предки. 40 лет назад тут лошадей было в каждой организации. Я пацаном был, запрягалась по 30–60 голов в организациях. У нас в Енисейском торге — 35. В город товары возить и вывозить, сено на базу, дрова по магазинам. Предприятие называлось «Автогужтранспорт». Был свой обоз и газогенераторные машины на чурочках. Основу музею 3 года назад дал ныне покойный друг семьи Олег Кузнецов. Он приезжал в Енисейск каждой весной и осенью из Москвы для поиска монет: «Все пряжки, стремена он отдавал нам. 38 штук — все разные, ни одного парного. Сколько мастеров было!». Сбруи для коня Павлов сшил сам. Учился самостоятельно, подглядывая в детстве у старших, а после — по штампам: «Первая коряво получилась, потом стало получше. Сначала дырки шилом накалываешь, потом капроновой нитью прошиваешь». Своего первого коня Паруса супруги вспоминают постоянно и нет-нет, да сравнивают с новым членом семьи Помпеем. Орловского рысака в яблоках они купили и привезли с красноярского ипподрома. Жил он здесь вместе с соседкой, кобылой Вандой, в одном деревянном деннике, где у каждого было свое отделение. Но Ванду пришлось продать после операции на позвоночнике хозяина — ковать двух лошадей стало тяжело. Живут лошади и их хозяева по суровому, почти армейскому расписанию: — Накормить, вычистить денник, лошадь вычистить. Мы же умываемся каждый день, — рассказывает глава семьи. — Седлаешь или запрягаешь. Обязательно перед выездом крючковать, то есть вычистить копыта. Камушки могут быть. И тренинг постоянный — час, до 10 км в день. Он уже [новый конь] заезженный под седло и повозку. Лошадь без этого не может, начинает жиреть. Кормят жеребца сеном и овсом три раза в день — в 8 утра, 2 часа дня и 8 вечера. За пятнадцать минут перед обедом, удивляются хозяева, он всегда встает и выглядывает в ожидании. Парус катал и местных ребятишек, и заезжих туристов, и умело позировал для фотографий. Новому жеребцу Помпею 10 лет. На человеческий возраст, подсчитал хозяин, это 35 лет. А живут они, в зависимости от работы и ее тяжести, до 25–30 лет. Жеребцы в первую очередь отличаются характером. Парус был с гонором, вспоминает Евгений Федорович. — Надо было на контроле держать, этот немного поспокойнее. Опять же, Парус умел позировать, нес себя. Выносишь выездную сбрую, пролетку выкатываешь, и все — он подобрался: «Сейчас пойдем на праздник». Этот к людям добродушнее, Парус мог хватануть. Даже меня сколько раз кусал. Что-то не по нему, сразу уши прижа-а-а-л. Новый конь под седлом мягко идет, послушно, слабоуздый. Не надо тянуть — он все понял. Это все потому, что лошадь хороших кровей. У него бабка рекордсменка — 4 года назад во Франции установила мировой рекорд на бегах. Отец — первого московского конезавода в Белгороде, мать — канского конезавода. На московском заводе барахло не держат — сразу списывают. Повезло, что такую лошадь взял. Когда Паруса не стало, сразу всех обзвонил. В Саяногорске нашли. Женщина хотела его кастрировать, но уговорили: «Такого жеребца человек приедет и заберет». Помпей, как и люди, иногда любит полениться, поэтому во время чистки зевает и не хочет заходить под повозку. Спустя несколько месяцев Помпей привык к новому месту, а первую неделю, по словам хозяина, очень скучал. Там с ним бок о бок жили и паслись пони, а здесь весь денник предоставлен ему. При этом до сих пор может пройти мимо ворот домой и узнавать место его только учат. К незнакомцам он относится с осторожностью, но с радостью угощается нарезанными яблоками, которые мы принесли. Местные жители Енисейска, отмечает хозяйка, с большей любовью вспоминают Паруса за его мощь и красоту. К новому любимцу семьи им еще предстоит привыкнуть. Сейчас Евгений Федорович и его супруга Наталья на пенсии и занимаются тем, что иногда водят экскурсии в свой музей и катают желающих на повозке по окрестностям Енисейска. Они сотрудничают с местными туристическими агентствами. Посмотреть и пощупать упряжки можно за символическую плату — 100 рублей, а час поездки в экипаже стоит уже 2,5 тысячи рублей. В «Подворье денщика», да и в сам Енисейск заглядывают в основном люди старшего возраста. Евгений Павлов рассказывает, что недавно встречали женщин в возрасте 80+. Старинные особняки интересны приезжим из Москвы, Санкт-Петербурга, но много и иностранных туристов — поляков, австралийцев, французов. С популяризацией старинного города туристов стало больше, признается пара. Но поддержать интерес способен разве что запуск рейсов из местного аэропорта, как это было до перестройки.