Relax: 50 оттенков женщины

Красноярский театр юного зрителя презентовал новую постановку — вечер танца (именно так обозначен жанр) «Эстроген». Его основу составляют хореографические номера в сопровождении видеороликов, а диалогам отведена третьестепенная роль, как и мужчинам — в представлении им затыкают рот, а голову подают на десерт разбушевавшимся стервам. Корреспондент НГС.РЕЛАКС побывал на премьере, где всё, даже программки, было сделано для дам, и в бинокль попытался всмотреться в разные ипостаси женщин, чтобы изучить их природу. Но вместе с другими мужчинами все равно ничего не понял. Справка: Эстроген — гормон, вырабатываемый женским организмом. Он отвечает за половое развитие девушки и подготавливает матку к беременности, перестает вырабатываться после наступления климакса. Тестостерон — основной гормон у мужчин. Театр юного зрителя 25 и 26 сентября открыл новый сезон премьерой — показом вечера танца (так обозначен жанр спектакля) с интригующим названием «Эстроген». Балетмейстером выступила Наталья Шурганова, которая делала похожую постановку «Тринадцать разгневанных женщин» в краснодарском театре драмы им. Горького. Основой спектакля стал сплав хореографии — в основном современной с элементами аргентинского танго — с визуальным рядом. Диалогам в драме отведено второстепенное место. Постановщики преследуют амбициозную цель, над которой тысячелетия бьется человечество: исследовать природу женщины. По признанию Натальи Шургановой, постановка в Краснодаре кажется ей «поверхностной», «излишне бытовой». Сейчас она хочет «не только форму очертить, но и показать глубину мысли», — рассказала она в интервью журналу «Красноярск Дейли» о замысле нового представления. Эстроген — Какая ипостась у домохозяйки? — Какая-какая?! Борщи варить! — смеялись женщины в фойе за полчаса до начала. От большого количества дам, звонкого смеха и упоминания домашнего супа автор почувствовал себя в театре уютно. Приятное ощущение усилила необычная программка в форме розовой подарочной коробочки с тесемками, внутри которой обнаружилась лимонная конфета «Джелли». Некоторые зрители жевали их, коротая время до третьего звонка, пока сходу не были захвачены представлением. С первой минуты действие увлекло и держало в напряжении почти два часа. Недаром тишина в зале прерывалась аплодисментами и даже криками «браво» почти после каждого номера. Сам «вечер танцев» представляет собой набор практически самостоятельных номеров, каждый из которых мог бы стать отдельной репризой. Большинство танцев сопровождается показом черно-белых роликов из жизни героинь на большом экране (главный художник роликов — Даниил Ахмедов). Особенно удался синтез двух видов искусств в миниатюре, где актриса, подглядывающая в замочную скважину, взаимодействовала с проекцией прямо на эту дверь, и зритель мог увидеть, что происходит в обеих комнатах. Вереница номеров вызывала разные эмоции — упражнения считающей калории толстушки, мечты о шашлыках и гамбургерах которой проецируются на экране с указанием калорийности, заставили зал хохотать. Не менее сильно люди аплодировали номеру другого эмоционального «полюса»: К финалу ряд сцен «распадается» на куски, между некоторыми номерами плохо продуманы связки — и это, пожалуй, единственная серьезная претензия к постановщикам. К тому же «венок» картинок связывает только один стержень — идея любви. Практически в каждой своей ипостаси девушка проверяется любовью. Будь она счастливая невеста, узница «золотой клетки» или «вершина» любовного треугольника. Если она не реализовалась в любви, то априори несчастна. Фрагментарность повествования позволяет показать образы разных Женщин. Они могут сочетаться даже в одной даме независимо от социального статуса, возраста, национальности (неслучайно в начале спектакля героини говорят на разных языках). Однако глубокий анализ женской природы, по мнению автора, не удался. Возможно, танец не является удобной формой для передачи смысла, даже несмотря на активную мимику актрис и их блестящее владение «языком тела». Так что проникнуть глубже в природу противоположного пола автору-мужчине не удалось даже при помощи бинокля. Но главное он все-таки понял — правда, чуть позже. Зато зрительницы, коих в этот вечер было большинство (видимо, мужчины бросили попытки понять противоположный пол), выходили довольными и уносили веер легких красочных впечатлений. Легкость — основное впечатление, которое ощущаешь после просмотра. Она чувствовалась во всем — в танцах, освещении сцены, улыбках зрителей. Дым, периодически пускаемый в зал, усиливал ощущение зыбкости. Постоянно подчеркиваемая сексуальность тоже была ненавязчивой — мелькнет глубокое декольте или ажурный чулочек, покажется в прорези платья оголенная нога и тут же исчезнет. Даже сцена, когда муж у телевизора под звуки голоса футбольного комментатора Виктора Гусева отгоняет заигрывающую жену от экрана, не выглядит пошло. Тестостерон — Ну что, вы стали лучше понимать женщин? — поинтересовался автор у 62-летнего Михаила Ивановича. — Да ты что! Почти сорок лет женат, до сих пор свою не разгадал, черт возьми. Мужчины в этот вечер были персонажами второго плана — как в зале, так и на сцене, где в основном выполняли роль прислуги для прекрасного пола. Они все время выступали в роли официантов, которые прислуживают, им могли в любой момент заткнуть рот. А голову одного бедняги принесли на блюде, и четыре истеричные дамы, обмазав взбитыми сливками, отведали ее на десерт. Однако мужчинам в финале доверено сказать главную мысль: женщину, запертую заботами, бытом, денежными проблемами в тюремную клетку (метафора была реализована в финальной сцене), нужно любить и помнить о маленькой чистой девочке, что ходила купаться в пруд. Ведь она запрятана в каждой девушке, даже изменяющей мужу. И тут автор понял — слабым полом нужно восхищаться, а понимать — совсем необязательно. Викентий Чекушин Фото Дарьи Корольковой (1, 3) автора (2)