Российский путешественник-экстремал покорил на байдарке Белое море

Свой первый поход Евгений Марсаков, член Волгоградского отделения Русского географического общества, совершил в 1979 году, едва окончив учебу в военном училище. «Решил попробовать, и затянуло», — вспоминает Марсаков об этом. Недавно Евгений совершил уже сорок четвертый по счету поход, покорив на байдарке Белое море, — как это было, читайте в материале V1.RU. «В окно заглянул медведь» Евгений Марсаков — офицер, подполковник в отставке. Четверть века он прослужил в армии инженером-испытателем в составе Военно-воздушных сил России. Теперь он военный пенсионер. Уволившись из армии, с конца прошлого века и до наших дней Евгений работал видеооператором на волгоградских телестудиях. В прежние времена Марсаков путешествовал вместе с товарищем, бывшим своим одноклассником Вадимом Чернышевым, ныне профессором, доктором технических наук. С ним вместе, по его словам, они «с одной парты пересели в одну лодку». Но вот уже семь лет, начиная с 2018 года, Евгений ходит в одиночные походы. Побывал в Заполярье, на плато Путорана и на Валдае, где берет начало великая русская река Волга. Посетил знаменитые столбы на реках Синей и Лене в Якутии, ходил по Телецкому озеру и сплавлялся по реке Бии на Алтае, прошел 800 километров по рекам Амгуни и Амур в Хабаровском крае. Самым напряженным, по его воспоминаниям, был поход по Камчатке в 2022 году. В одиночку прошел он тогда на байдарке почти всю реку Камчатку, вплоть до Тихого океана. Камчатка¸ как известно, край медвежий. Полтора десятка раз в этом походе Евгений Марсаков видел медведей, иногда буквально в десяти-пятнадцати метрах. Приходилось ему встречаться с медведями и в других местах. Однажды в походе по Байкалу ему вместе с товарищем довелось буквально нос к носу столкнуться с бурым хозяином тайги, заглядывавшим к ним в окно палатки. — И какие при этом были впечатления? — Нос у медведя холодный и мокрый… Путешествие минувшим летом по Белому морю стало для Евгения Марсакова вторым его чисто морским путешествием. Первое было в 2012 году. Тогда они вместе с Вадимом Чернышевым прошли около 400 километров на байдарке вдоль западного побережья Белого моря, от Кандалакши до Кеми. А в прошедшем 2025 году Евгений уже в одиночку вновь совершил поход по Беломорью, в район под названием Кемские шхеры и вокруг Соловецкого острова. «Так вот она какая, Кемска волость…» Начиналось это путешествие Марсакова с посещения так называемых Кемских шхер. Они представляют собой архипелаг из множества островов в Онежском заливе Белого моря, который расположен между городком Беломорском и поселком Рабочеостровском. — Чтобы в полной мере оценить всю красоту этого островного царства, — рассказывает Евгений, — надо подыскать островок повыше и забраться на его макушку. В утреннем тумане, по словам Евгения Марсакова, Белое море выглядит словно молоко, разлитое до самого горизонта. Отсюда, видимо, произошло его название. А когда туман рассеивается, море и небо сливаются в единый голубой мир, не имеющий границ… Сколько всего островов в этом архипелаге, точно неизвестно. Считается, что их более ста. От совсем крохотных, каменистых, лишенных растительности островков, которые едва выступают над поверхностью моря, до крупных, покрытых лесом островов, высотой в несколько десятков метров. Ориентироваться в шхерах — задачка совсем непростая. Материковый берег с островами при взгляде из лодки сливаются в одну сплошную линию. В этих условиях только навигатор позволяет путешественнику понять, где он находится. — Но даже навигатора при этом недостаточно, — поясняет Марсаков. — Приливы и отливы — вот еще один фактор, сильно усложняющий навигацию на Белом море. Так что желательно иметь при себе под рукой их график. Приливы и отливы чередуют друг друга примерно каждые шесть часов. Море всё время находится в движении — оно как бы дышит. Хочешь не хочешь, а надо под него подстраиваться. «Кто в море не ходил, тот Богу не молился» Море в районе кемских шхер довольно мелкое. Поэтому в отлив вода уходит от берега на расстояние в десятки и даже сотни метров. Некоторые проливы между островами в это время превращаются в заполненные жидкой грязью пространства. Замешкался немного — и можно влипнуть в буквальном смысле этого слова. Тут уже приходится изрядно попотеть, перетаскивая вещи и байдарку по липкой грязи до земной тверди, или временно стать бурлаком, дабы дотащить байдарку до воды. — Но если даже дотащишь ее, — вспоминает Марсаков, — может вполне оказаться, что глубина там не более десяти сантиметров. На байдарке, увы, плыть нельзя. Значит, надо снова идти по воде аки посуху. Да еще опять-таки тянуть байдарку за собой. Путешествуя по морю, по рассказам Евгения, надо постоянно думать о пополнении запасов пресной воды. Расходуется ее в сутки минимум два литра. А выходить в море надо с запасом воды не меньше чем на трое суток. На островах пресную воду можно найти только лишь в небольших углублениях, где она скапливается после прошедших дождей. — Но это уж на крайний случай, — уточнил Марсаков. — Если застрянешь где-либо на острове из-за непогоды. Добыть пресную воду можно только в нескольких речках, впадающих в море, и то с большим трудом. Главная сложность в том, что в отлив к этим речкам подойти практически невозможно, а в прилив морская вода уходит вглубь материка на несколько километров, и вода в этих речках будет соленой. Главная опасность при путешествии по Белому морю — это ветра, которые буквально за пятнадцать-двадцать минут могут разогнать штормовую волну. Из-под тучи внезапно срывается шквалистый ветер. Не дай бог попасть под него в открытом море! Тогда остается лишь только молиться в надежде спастись. Не зря поморская пословица гласит: «Кто в море не ходил, тот Богу не молился»… Лысая гора на Белом море Далее путь Евгения Марсакова лежал в восточную часть кемских шхер, на архипелаг под названием Кузова. — Место это загадочное, овеянное тайнами, легендами, — рассказывает путешественник. — Архипелаг находится примерно в пятнадцати километрах от материка и состоит из пятнадцати островов. Название архипелага, по одной из версий, происходит от языка древних саамов и означает «еловые головы». На островах обнаружено множество древних артефактов в виде различных сооружений рукотворного происхождения из камня. Возраст многих из них насчитывает тысячу лет и более. Это сейды и лабиринты. Сейд — это чаще всего большой валун, один угол которого приподнят над землей и опирается на один или два небольших камня. Можно увидеть также и валун, лежащий на нескольких маленьких камнях. Встречаются сейды в виде уложенных друг на друга нескольких плоских камней. Есть здесь также пирамиды из камней высотой почти с человеческий рост. Таких сооружений на островах архипелага Кузова насчитывается несколько сотен. Самый большой остров архипелага называется Русский Кузов. Длина его — три с половиной километра, а ширина — около двух. Он также и самый высокий на всём карельском Беломорье. Высота острова — 123 метра. На этом острове есть гора — называется Лысая. На ней можно увидеть большую часть найденных на этом острове сейдов. Всего на Русском Кузове таких вот каменных сооружений насчитывается более трехсот. Загадочные лабиринты — Остров Олёшин, — рассказывает Марсаков, — самый удаленный, самый загадочный из островов архипелага Кузова! Прославился он прежде всего благодаря выложенным из камня лабиринтам, которые на нем находятся. Их здесь два: малый, диаметром около шести метров, и большой, примерно вдвое больший. Для чего в древности были созданы такие лабиринты — остается загадкой. По мнению ученых, они представляют собой большую историческую ценность. Еще один очень интересный природный объект — Сахарная Голова. Это выход на поверхность кварца, белоснежные кристаллы которого напоминают по виду сахар. Божий трон В состав архипелага Кузова входит и небольшой островок под названием Чернецкий. Посередине его стоит большой камень, формой своей напоминающий трон. История карельского побережья Белого моря уходит корнями в глубокую древность. Именно здесь, по мнению некоторых историков, могла находиться прародина человечества, известная по мифам и преданиям как древняя Гиперборея. Согласно некоторым легендам, странный огромный «трон» на острове Чернецком мог быть возведен местными жителями в древности для их языческих богов. Так что этот загадочный камень называют Божьим Троном. Знакомство с архипелагом Кузова завершилось для Евгения Марсакова на втором по величине острове с названием Немецкий Кузов. Немецким он стал называться в те давние времена, когда шведы пытались отвоевать эти земли сперва у Великого Новгорода, затем — и у русского царства. Называли тогда шведов в здешних краях «немецкие люди». Есть данные, что они бывали на этом острове и здесь, возможно, находилось их укрепление. Поэтому за островом с тех пор и закрепилось название Немецкий Кузов. — Когда смотришь на сейды этого острова, — говорит путешественник, — понимаешь, что они были немыми свидетелями тех давних событий. Ведь несколько веков для них — лишь миг в бесконечном течении времени… Земля соловецкая Следующий архипелаг, на котором побывал Марсаков, путешествуя по Беломорью, — это Соловки. Он находится примерно в сорока двух километрах от поселка Рабочеостровск. От ближайшего к нему острова Олёшин архипелага Кузова его отделяет пролив шириной двадцать четыре километра. — На Кузовах, — рассказал нам Евгений, — мне удалось попасть на катер, который вез на Соловки группу туристов. Время в пути туда — около часа, если при хорошей погоде. Катера на Соловках причаливают в бухте с романтичным названием Гавань Благополучия. Всех прибывающих на остров встречает древний Соловецкий кремль. Возраст его — свыше четырех веков. Множество драматических событий прошлого помнят его каменные стены. А из-за них виднеются купола церквей еще более древнего Соловецкого мужского монастыря, основанного в 1436 году. С противоположной стороны к стенам Соловецкого кремля подступают воды озера Святого. Соловецкий архипелаг состоит из шести крупных островов — Соловецкий, Анзерский, Большая Муксалма, Малая Муксалма¸ Большой Заяцкий и Малый Заяцкий. Кроме них, в состав архипелага входит еще около сотни мелких островков. Как белухи ревут и танцуют Свое путешествие вокруг Соловецкого острова Евгений начал от древних стен кремля. Первая остановка — на мысе под названием Белужий. Известен он тем, что возле него летом собираются десятки белух — северных белых китов, достигающих шести метров в длину, а весят до двух тонн. В старину этого морского зверя поморы называли белугами. А потому и мыс этот был прозван ими как Белужий. Белухи кружатся там в странном танце совсем рядом с берегом, метрах в десяти от него. Зрелище, конечно, впечатляющее! — Кстати, выражение «реветь белугой», — поясняет Марсаков, — пошло как раз от них, от северных китов белух. Ведь сама белуга — это, как известно, рыба, и реветь она никак не может! Тогда как белухи не только ревут, но также издают немало других звуков. Далее путь Евгения лежал в северную часть острова, где находится крупная бухта Сосновая. Отсюда хорошо видна самая высокая точка Соловецкого острова — гора Секирная высотой под восемьдесят метров. В юго-восточной части Соловецкого острова берега изрезаны глубокими заливами. На одном из местных мысов — Березовском — были обнаружены интереснейшие древние артефакты, возраст которых измеряется тысячелетиями. Это различные сооружения из камней, они явно рукотворного происхождения. «Лучше не сказать, но сделать» Рядом с Соловецким островом, километрах в полутора, находится остров Большой Заяцкий. На нем стоит церковь Андрея Первозванного, построенная по указу Петра Первого. А еще здесь есть более десяти древних каменных лабиринтов. Примерно в километре от Большого Заяцкого острова — островок под названием Парусный. Он хоть совсем небольшой, но и на нем есть на что посмотреть. К примеру, крест, выложенный из валунов. Здесь же, на этом острове, лесок, по которому очень интересно прогуляться. Стволы деревьев в том лесу изогнуты и перекручены самым загадочным и фантастическим образом, что придает им таинственный вид. Кажется, будто бы некие сказочные чудища тянут к тебе в этом лесу свои уродливые щупальца… Тем временем рассказ Евгения Марсакова о совершенном им летом путешествии по Беломорью подошел к концу. — Было немного грустно от того, — рассказывает путешественник, — что приходилось прощаться с одним из интереснейших уголков Беломорья, да и, пожалуй, всей России. Но в то же время чувствуешь и радость — оттого, что смог осуществить свою мечту, побывать в этих интересных местах.