«У нас в подвале караси плавали»: чем живет пятиэтажка у озера в промзоне Красноярска — правобережный репортаж

Вы ведь знаете мем «Я хочу дом с голубыми ставнями с видом на реку»? Что-то подобное есть и в Красноярске, но вместо реки здесь небольшое озеро, а вместо ставен обычные пластиковые окна. Да и дом не частный, а советская пятиэтажка. Только представьте, собственное озеро во дворе, где живут бобры и ондатры, прилетает погостить журавль и водятся уточки. Есть и свои минусы: караси в подвале, тучи злющих комаров и до ближайшего магазина идти целую остановку.

Но люди здесь, кажется, счастливы, несмотря на то, что живут среди промзоны. Корреспонденты NGS24.RU Дмитрий Мамаев и Мария Ленц изучили, что там хорошего.

Тема «дома у озера» давно висела напротив моей фамилии на доске планирования в нашей редакции, но мы ждали, когда наконец наступит теплая погода, чтобы почувствовать всю атмосферу этого места.

Самая стандартная из всех стандартных советских пятиэтажек, куда мы поехали, фактически стоит на отшибе города — на окраине Ленинского района вблизи складов, железной дороги и частного сектора, на улице Рязанская. Даже на машине и без пробок добираться до нее от центра пришлось чуть меньше часа. И чем ближе мы к этому дому, тем, кажется, дальше от цивилизации.

Уже на окраине левого берега чувствуешь, как краски покидают этот мир, а их сменяют серые бетонные и ржавые железные заборы, пыльный асфальт и неконтролируемо разросшаяся растительность. А проехав узкий мост «777», ловишь не самую приятную атмосферу из 00-х. Пятиэтажки, старые тротуары и маленькие пестрые магазинчики. Одни люди куда-то бредут не спеша, другие трутся у ларьков, кажется, не имея ни шиша. Вайбовая, но неудивительная картина, особенно для городов поменьше.

И кажется, что это уже окраина, но нам ехать дальше — туда, где плотный строй пятиэтажек уступает складам, а люди — грузовым машинам и поездам. Среди всего этого хаоса стоит только один многоквартирный дом, постепенно «тонущий» в соседствующем с ним частном секторе. А всего в нескольких метрах от него то, что не укладывается в голове — немаленькое озеро.

Еще помните, что я написал «самая стандартная пятиэтажка»? Забудьте. В этой локации точно можно снять образцовый российский ситком.

Поворот к дому скрывается от основной дороги, по которой идет плотный трафик грузовиков и легковушек. На подъезде к зданию небольшой пыльный перекресток с выдолбленным асфальтом и колонкой. Эта небольшая площадка ежедневно видит десятки, если не сотни людей — «туристов». Но к ней вернемся позже.

Оставляем машину возле заброшенного и полуржавого павильона с надписью «продам» и сначала обходим пятиэтажку с обратной стороны, соседствующей с частным сектором и огородами. Забегая вперед — жители пятиэтажки тоже имеют здесь свою землю.

Наверное сюда свезли все транспортируемые гаражи, ведь их количество, на первый взгляд, не бьется с числом квартир. Узкий «коридор» между рядами этих железных коробок и жилым зданием в тени и густой травой. Где-то в ней играют дети.

В конце этого «коридора» открывается вид на воду и появляется широкое (по городским меркам) озеро, где в зарослях, камышах и тине плавают утки. От берега до фундамента пятиэтажки не больше десяти метров.

За поворотом — солнечный двор, в котором в разгар дня над клумбами работают сразу две пенсионерки, а по асфальту и неухоженным газонам бегают дети. Неподалеку на лавочке, сделанной из доски и двух поленьев, курит пожилой мужчина и внимательно нас рассматривает. Чужих здесь видно сразу.

Прямо у края воды — довольно уставшая, но подкрашенная беседка, в которой разговаривают две женщины. Они легко одеты, на столе, покрытом новой клеенкой, — сок и сигареты. Первым делом мы, конечно, спрашиваем, откуда здесь озеро.

— Оно само по себе [появилось, здесь] бьют источники. Правда, сейчас уже замусорено давно, потому что кому не лень, мусор туда скидывали, — охотно откликается на разговор с нами Влада, которая оказывается председателем дома.

Женщина живет здесь с самой сдачи — 1987 года. Квартиры выдавали рабочим, так одну из них и получил ее дед. При этом, когда здание строили, водоем уже существовал. Почему решили поставить дом вплотную к воде никто из местных не может сказать.

Из-за этого решения впоследствии в подвале ближайшего к озеру подъезда нередко случалось наводнение и даже заводились рыбы.

— Я маленькая когда была, у нас в подвал заходишь — вода была. Потом выводили трубу в озеро и вода вся ушла. У нас даже там караси одно время слепые плавали, — рассказывает Влада. — Оно [озеро] не то чтобы грязное. Вода сама по себе чистая. У нас тут и утки, у нас даже журавль прилетает по осени. Рыба водится, ондатры плавают. В том году у нас рачков выпустили.

Раньше зимой на озере делали каток, но сейчас это запретили. Летом, несмотря на его относительную чистоту, никто не купается, за исключением пьяных и приезжих. И первых, и вторых здесь немного, но приезжают люди из разных районов города, чтобы отдохнуть в этой самой беседке.

Сами местные тоже активно ее используют и устраивают дворовые гулянки с соседями. И хотя в дом активно заезжают мигранты — Ленинский район считается самым «нерусским» — конфликтов и недопонимания с ними почти не возникает.

— У нас все свои, с новенькими знакомимся. Даже ситуация такая была. В квартиру заехали [нерусские]. Они настолько удивились, что их очень хорошо приняли, потому что говорят: «Где, мы раньше не жили — фу, нерусские». То есть отношение такое было. Мы дружим с соседями. У них вот праздники — приносят они нам, мы также их угощаем, — добавляет Влада.

Мы напросились зайти в гости, чтобы снять вам вид из окна. Такой атмосферный пейзаж вы вряд ли увидите где-либо еще. Днем через приотрытое окно слышится шум перетаскивания больших металлических контейнеров и конечно — дороги.

Выходим назад во двор и у подъезда разговариваем с пенсионеркой, которая старательно высаживает цветы. Среди ее «коллекции» есть даже краснокнижные Жарки. Их, рассказывает она, удалось купить на обычном рынке.

— У меня муж получил здесь квартиру в восемьдесят седьмом году. А жили мы раньше на Павлова — три семьи в одной квартире четырехкомнатной. Приехали, тут все было недостроенное. Сами что-то доделывали, полы стелили, — вспоминает Валентина Андреевна.

Женщине здесь нравится, несмотря на удаленность от большого города. Но среди неудобств она все же отмечает, что в округе даже нет магазинов. Никаких.

— Мы привыкли. Ну, приходится ездить. Внучка — ей уже 22 года — она не хочет [тут жить], потому что, ну, все же в центре. Что-то надо купить — все надо куда-то ехать. Тут вот ближний магазин — одну остановку идти. Ещё там у нас [другой магазин] две остановки пройти. Близко ничего особенно нету. Мы все время сами бегаем. Где-то пешком. База — тоже пешком ходим за продуктами, тоже три остановки, — говорит Валентина.

Среди других неприятностей — периодически надоедают комары, нужно ремонтировать крышу и стены в подъезде. В целом, почти стандартный набор владельцев квартир в старом жилфонде.

В остальном проблем с домом наши собеседники не видят. За порядком внутри до сих пор следят своими силами, так как управляющие компании часто меняются.

Проходим дальше по двору и на удивление видим достаточно современную, хоть и уже изрядно поломанную детскую площадку с мягким настилом. К слову, раньше на площадке была горка, но ее сломало упавшим тополем. Его корни до сих пор лежат по соседству — листайте карусель выше.

Неподалеку тусуется группа подростков — в этот двор они приехали вообще из другого района правобережья «посмотреть, что здесь».

Есть на площадке и что-то из фильмов про «Рокки» — боксерский «мешок» из автомобильных покрышек. Правда в оригинале была свиная туша, но ее бы отсюда утащили зверьки.

А живности здесь много — забираемся на горку, которая граничит с двором и видим, как внизу в небольшой заводи среди брошенных бутылок и другого мусора плавает бобр.

И птицу, похожую на чайку, которая нападает на кого-то в воде.

Уже по пути назад к колонке, мы встречаем еще одну пенсионерку, которая пожелала остаться анонимной. Она делится несколько другими взглядами на жизнь в этом доме и планирует переехать.

— Я вот с той стороны раскопала себе два участка, цветы сажу. А выйти-то туда нельзя, комары заедают. В подвале постоянно парит. Постоянно вонища в квартире. Я на первом этаже спать не могу, потому что там постоянно у них почему-то канализацию срывает. И вот это говно, как говорится по-русски, постоянно в квартире. И я отсюда сбегаю, если честно сказать, — поделилась пенсионерка.

Сейчас женщина ждет выплат за смерть своего сына. Получив деньги, она планирует продать здесь квартиру и перебраться в один из ЖК на берегу Енисея.

Пока мы разговариваем, к колонке успевают подъехать не менее 10 машин. Люди выходят с пятилитровыми пластиковыми бутылками и набирают воду. Среди них даже пенсионерка на BMW. Разговаривать с нами она, правда, отказалась.

Зато другие приехавшие, большая часть которых из соседней Березовки, охотно поделились, что за водой ездят сюда, так как это ближайшая колонка, а пить свою воду «невозможно».

Кроме этого, воду здесь набирают и те, кто проезжает мимо. И такая популярность не нравится местным — в том, что вокруг нет асфальта они винят приезжих.

Прощаемся с очередью к воде и уходим к остановке возле шумной пыльной дороги. На этом моменте ноты делаем фотку на память, чтобы вы знали, какими они были раньше и ценили новые.

Читайте другие материалы NGS24.RU, где мы рассказываем о жизни в различных районах Красноярска. Мы уже исследовали чем хороши «ужасные» Тихие Зори и почему это настоящий постмуравейник, двухэтажные дома с печным отоплением всего в паре километров от Тихих Зорь, изучали жизнь в верхнем и нижнем Солнечном и показывали плюсы и минусы Мясокомбината — там тоже есть озеро.

Пишите в комментариях, про какой район города рассказать следующим.