23 сентября четверг
СЕЙЧАС +1°С

«Я буду стоять за семью до конца»

Муж погибшей при родах избил ее врача, узнав о неправильном лечении, — до тюрьмы ошибки медиков почти не доводят, отмечают юристы

Поделиться

Поделиться

Супруг Надежды М., умершей в роддоме Назаровской больницы в ходе кесарева сечения, подозревается в нападении на участвовавшего в операции 65-летнего анестезиолога. Инцидент произошел спустя ровно 3 месяца после гибели женщины и через 2 дня после следственной экспертизы, установившей, что смерть наступила из-за неправильного введения медпрепарата.

По данным местной полиции, все произошло прямо на улице. В среду, 5 февраля, к перекрестку, на котором стоял врач, подъехал автомобиль подозреваемого.

На следующий день анестезиолог сообщил в полицию о нападении. «Судя по показаниям, он получил сильные ушибы и синяки. Никаких медицинских освидетельствований, свидетельствующих об избиении, пострадавшим предоставлено не было», — рассказала официальный представитель МО МВД «Назаровский» Галина Маркова.

Смерть супруги мужчины, в отношении которого сейчас ведется проверка, наступила 5 ноября 2013 года в роддоме Назаровской ЦРБ в ходе кесарева сечения. Тогда Андрей М., одновременно ставший отцом новорожденной девочки и вдовцом, сразу же обвинил в смерти жены врачей: он привез Надежду в больницу в 10:50, но операция началась лишь спустя 2 часа. Персонал заведения в лице замглавврача Назаровской больницы по родовспоможению Марии Алиминой все претензии опровергал и обвинял в ЧП самого мужчину, слишком поздно доставившего женщину.

5 февраля точку в заочном споре мужа умершей пациентки и врачей поставили следователи, возбудившие по факту смерти пациентки в больнице уголовное дело по ч. 2 ст. 109 УК РФ (причинение смерти по неосторожности).

По данным судмедэкспертизы, смерть роженицы наступила в результате неправильного введения медицинского препарата, однако кто ввел препарат, оборвавший жизнь молодой женщины, следователи еще не установили.

«Дело возбуждено по факту смерти без привязки к конкретному лицу. В операции участвовало несколько врачей, и мы не знаем, между чьими действиями и последствиями есть связь, то есть связь между смертью и действиями конкретного лица», — поясняет руководитель Следственного отдела по Назаровскому району Антон Гужва. В чем были нарушения при введении препарата и кто именно его вводил, установит комплексная экспертиза. Ее итогов г-н Гужва ожидает не раньше конца февраля.

В пресс-службе Назаровской ЦРБ автору подтвердили: избитый анестезиолог — один из врачей, оперировавших Надежду М., — но от дальнейших комментариев отказались. По словам официального представителя учреждения Елены Думлер, никаких итогов экспертиз, свидетельствующих о неправильной методике лечения, в больницу не поступало. Руководство реанимационного отделения, в котором работает анестезиолог, дало ему весьма лестную характеристику: имеет высшую квалификационную категорию, работает в больнице с 80-х годов и не имеет никаких нареканий.

Сам Андрей М. утверждает — он встретился с анестезиологом, чтобы выяснить, что же стало причиной смерти его жены, но услышал в свой адрес обвинения в ее смерти:

«Итоги экспертизы я узнал в понедельник, встретил врача, переговорил. Он с итогами не согласился: «Ты ее поздно привез», они все продолжают на этом настаивать. До них до сих пор не доходит, что они убили человека, молодую женщину», — негодует мужчина. Сам факт разборки он не комментирует. Действительно ли 65-летний врач косвенно обвинил мужчину в смерти жены, автору выяснить не удалось. Руководство реанимационным отделением соединять с врачом наотрез отказалось.

По информации новосибирского Центра медико-страхового права (защита прав пострадавших пациентов и их семей), тюремными сроками дела по врачебным ошибкам заканчиваются крайне редко. «Такие дела можно пересчитать по пальцам. На моей практике их всего два: полгода за смерть роженицы в Новосибирске и два года колонии-поселения за смерть ребенка в Тульской области. Суд учитывает неумышленный характер преступления, послужной список врача, его характеристику, стаж и прочее», — свидетельствует директор центра Юлия Стибикина. Более высоко эксперт оценивает шансы на получение с медучреждения компенсации за «убийственные методы лечения». Максимальный размер компенсации, взысканный в Сибири с медучреждений, не превышает 3 млн руб.

Относительную легкость взысканий компенсаций г-жа Стибикина пояснила особенностью гражданского процесса. Если в уголовном процессе действует презумпция невиновности — т.е. вину медика нужно доказывать, — то в случае предъявления иска врачам, напротив, необходимо доказывать свою правоту. Тем, кто решается доказать ошибки врачей в гибели близких, юрист рекомендует предъявлять именно гражданские иски. «В рамках гражданского процесса проще добиться перевода дела в другой регион.

К сожалению, судебно-медицинскую экспертизу проводят врачи, и очень часто эксперты из региона не находят признаков ошибки в работе коллег — действует круговая порука», — отмечает Стибикина.

Для виновных в смерти своей жены Андрей М. ждет только одного наказания — реального срока заключения: «Моя цель — уголовное наказание виновных, пусть хоть один год, пусть два. Иск — это второстепенное». То, что обвинения по итогам заявления избитого медика могут быть предъявлены и ему, мужчина не опасается, заявляя: «У меня есть семья, и я буду стоять за нее до конца».

Г-жа Стибикина полагает, что ситуацию в медицине не спасут ни миллионные иски к врачам, ни реальные сроки заключения: «Медицина в стране находится в аховом состоянии. Нужно смотреть, на сколько ставок работал врач, чтобы выжить, на каком оборудовании делалось обследование. Пока государство не обратит внимание на здравоохранение, ничего не изменится».

Антон Понарин

Фото thinkstockphotos.com

Автор

оцените материал

  • ЛАЙК0
  • СМЕХ0
  • УДИВЛЕНИЕ0
  • ГНЕВ0
  • ПЕЧАЛЬ0

Поделиться

Поделиться

Увидели опечатку? Выделите фрагмент и нажмите Ctrl+Enter
Хочешь быть в курсе событий, которые происходят в Красноярске? Подпишись на нашу почтовую рассылку
Loading...
Loading...