Алексей Овчаренко, начальник отдела организации охраны объектов с помощью технических средств Управления вневедомственной охраны при ГУВД Красноярского края: «Профессию нужно любить»

Совсем скоро мы начнем понимать, что привычное слово «милиционер» уходит в прошлое. На смену ему приходит новое – «полицейский». Наверняка в работе сил правопорядка появится много нового. О том, как меняется работа правоохранительных органов со временем, как модернизация и инновации отражаются не только в названиях, но и в оснащении силовых структур мы побеседовали с человеком, имеющим непосредственное отношение к техническому развитию вневедомственной охраны Алексеем Овчаренко.

– Насколько важна техническая составляющая в работе современной милиции?

– Если послушать все обращения нашего президента к нашему обществу, Федеральному собранию, то мы как раз и получим ответ на этот вопрос. В работе современного общества важно что? Это инновационные технологии, современные системы, в том числе эти системы должны активно внедряться в систему государственных органов, к которым мы относимся. Поэтому естественно, новинки техники никоим образом не обходят и вневедомственную охрану, и органы внутренних дел в целом. Если мы посмотрим на нашего сегодняшнее техническое перевооружение органов внутренних дел, то мы видим что у нас уже есть конкретные примеры: в частности, экипажи ГИБДД имеют бортовые компьютеры, производится видеозапись всех действий сотрудников, инспектор имеет возможность доступа к информационным базам данных даже из служебного автомобиля. Ну и на сегодняшний день идет процесс создания электронного правительства, это важный шаг в жизни нашего общества, соответственно, все, чем мы занимаемся, все наши услуги мы можем оказывать и в электронном виде. То есть все эти новинки техники нами активно внедряются.

Одна из последних новинок, которые мы сейчас пытается широко внедрять, и надеемся сделать это в текущем году – система контроля за служебным автотранспортом, которая работает на основе спутниковой системы ГЛОНАСС. Ну а что касается защиты имущества, то тут тоже процесс перевооружения не стоит на месте. Совершенствуются не только сами тревожные кнопки, но и те системы, к которым они подключаются, с помощью которых мы можем отслеживать на расстоянии объект. Мы используем уже не только каналы телефонной связи, как раньше, когда можно было охранять только телефонизированные объекты, сейчас мы можем охранять и не телефонизированные объекты, и даже использовать для этого сети связи операторов сотовой связи. Главное, чтобы собственник был к этому морально готов, потому что есть небольшая разница в стоимости аппаратуры. Если классическая система с помощью телефонных линий дешевле получается, то радиоканал и сотовая связь – дороже. Но оно стоит того, ведь безопасность всегда требует каких-то вложений.

– Как изменилась вневедомственная охрана за последние годы?

– Даже когда я пришел во вневедомственную охрану, это был 98 год, то, с чем работали люди, сейчас на порядок, а то и на два выше. Раньше были приемно-контрольные приборы (здоровые, металлические ящики), куча проводов на объекте. То есть идешь по объекту и можно было даже проследить, какой датчик куда пошел. Сейчас все это делается с учетом новых технологий, минимизировано, эргономические показатели уже совершенно иные. Все изделия могут хорошо вписываться в интерьер, минимизируем количество используемых проводов. Есть вообще датчики, которые ставятся там, где нежелательно вмешательство в интерьер. Радиоканалы, батареечка, передатчик и все это в системе контролируется. Здесь очень большой шаг сделан. Те системы, которые сейчас у нас есть: это системы охранной сигнализации, тревожной сигнализации, видеонаблюдение – все сейчас перешло на цифру, а значит более высокое качество и более широкие возможности передачи видеоинформации на расстоянии. Если все это вкупе использовать, то у злоумышленника нет совершенно никаких шансов обойти сигнализацию. Что касается технической укрепленности: если раньше, вспомним, например, советские магазины – все в решетках, как в тюрьме, то сейчас уже есть масса полимерных материалов, которые позволяют защитить стекло от разбития, различного класса пленки защитные, роллставни, изготовленные по ГОСТу, двери, которые почти не отличаются от обычных дверей, но класс устойчивости имеют более серьезный.

– Насколько важен профессиональный уровень специалистов, которые работают с техническими средствами вневедомственной охраны?

– Я думаю, здесь профессионализм нужен так же, как врачу или учителю: врача же не заставишь шить сапоги, так же и здесь. Это достаточно сложные технические средства, и простому обывателю не под силу их использовать грамотно. Поэтому человек, который занимается охраной объектов с помощью технических средств, естественно, должен иметь образование. Необязательно какое-то специализированное, полученное в системе МВД, но хотя бы иметь какое-то представление о цепях и сигналах. Например, радиоинженер. Я, кстати, как раз и заканчивал Красноярский технический университет по специальности радиоинженер, так я сюда и попал. Ну а с другой стороны, работник вневедомственной охраны – это тот же милиционер, будущий полицейский, который должен в совершенстве владеть нормативной базой, в том числе в применении оружия, специальных средств. Я думаю, что наша система образования министерская, она готовит таких специалистов, особенно если у этих потенциальных специалистов есть желание. Потому что если желания нет, ничего здесь не получится.

– Что изменится в вашей работе в связи с переименованием в полицию?

– В принципе, функции государственной охраны, они останутся за нами. По срокам, конечно, сориентироваться тяжело, насколько долго это будет – навсегда или на какое-то время, или мы займем какую-то нишу, например, охрана объектов, подлежащих исключительно госохране, может быть будет так. Но на первых порах, первых годах, изменится только само название, изменится статус.

– Есть ли у вас любимые герои милиционеры (полицейские) из фильмов, книг?

– Полицейские вряд ли, потому что для нас это чуждо. Вот Аниськин, например, – типичный милиционер советских времен: честный, причем, кристально честный, добрый, порядочный, любящий не только родину, но и тех людей, рядом с которыми он живет. Вот идеал того полицейского, которого надо слепить.

– Если бы судьба не привела в милицию – какую профессию вы бы выбрали?

– Пошел бы на завод по своей специальности – работать радиоинженером.

– Вы, как опытный работник милиции, определили для себя некую «формулу безопасности» человека в повседневной жизни, безопасности его имущества?

– Здесь нового ничего нет. Первое – это само поведение человека, которое не должно противоречить нормам того общества, в котором он живет. Это один из первых залогов безопасности. А что касается имущественной безопасности – в первую очередь не слишком афишировать свой достаток. Когда люди живут богато, они пытаются показать это всему миру, а у нас, к сожалению, идет значительное расслоение общества по доходам. Есть тот, кто просто не любит богатых, и он будет совершать имущественные правонарушения просто поэтому, а кто-то может совершить преступление, чтобы прожить таким образом. Меньше афишировать, меньше пускать в дом незнакомых людей. Ну а второе – лучше перестраховаться, даже если особо нечего брать, и не пренебрегать мерами безопасности.

– Какими качествами обязательно должен обладать сотрудник милиции?

– В первую очередь – кристальной честностью. Второе – это преданность тому делу, которому он служит (полиции или милиции, неважно), ну и конечно – любовь к своей профессии. Потому что нелюбимая работа не дает того результата, не дает того приятного чувства от выполненного дела.

– Насколько ваши близкие с пониманием относятся к такой опасной и отнимающей много времени работе?

– За 13 лет службы они уже привыкли. Но все равно времени не хватает для семьи. Поэтому все выходные, праздники проводим вместе.

– Думали ли вы о том, чтобы ваш сын в будущем работал в органах правопорядка?

– Если честно, думал, но не советовал бы. Если он созреет до этого (сейчас-то еще рано думать, сыну всего 10 лет), то конечно, одобрил бы его выбор и стал бы помогать ему в становлении как сотрудника. В принципе, у нас есть много милицейских династий, в том числе в нашем управлении, это поощряется, лишь бы только не были в прямом подчинении друг у друга.

– О чем вы мечтаете? Есть ли карьерная, профессиональная вершина, которую бы хотелось достичь?

– Карьера, я думаю, у меня и так неплохо сложилась для моего возраста. А мечтаю… Мечтаю о том, чтобы было побольше свободного времени, больше возможности проводить свое время с родными и близкими, больше уделять внимания обычным человеческим потребностям. Например, я коллекционирую ручки. В моей коллекции уже больше 250 штук. Каждой подаренной ручке я радуюсь, как ребенок. Начал я 5-6 лет назад, самая первая была подарена управляющим делами Законодательного собрания, с нее все и началось. Это такая неподдельная радость, когда что-то тебе приятное приумножается.

– В экстремальной ситуации люди обращаются за помощью к милиции. А о какой помощи милиционер мог бы попросить общество?

– Общество хотелось бы попросить в первую очередь понимать, что действия сотрудников милиции в первую очередь определяются правилами службы. Этого требует от них закон. Ну и если в обществе одна сторона не любит другую, то здесь никакого взаимопонимания быть не может. Поэтому хотелось бы попросить уважать милиционеров.