6 июня суббота
СЕЙЧАС +14°С
В Северо-Енисейском районе более 800 заболевших коронавирусом

В Северо-Енисейском районе более 800 заболевших коронавирусом

Редакция NGS24.RU связалась с жительницей Красноярского края, чей муж до недавнего времени работал на вахте в компании «Полюс», а сейчас лежит в краевой больнице на аппарате ИВЛ. Татьяна Маликова из Курагинского района утверждает, что болезнь у её супруга, 59-летнего Вячеслава Маликова, развивалась в течение двух недель, но никто не обращал на это внимания. По словам женщины, лечения для него удалось добиться только чудом. Мы публикуем её историю целиком.

— У Славы ещё в первых числах мая начала подниматься температура до 37 с небольшим и появился кашель. Но его всё равно гнали на работу. И таких там много было среди его коллег. Всем мерили температуру и всех медик допускал до работы — с кашлем и температурой. 8 мая у него брали анализ, он оказался отрицательным, но это не успокоило — состояние-то было так себе. А через пару дней он мне говорит: «Тань, у меня беда, у меня помощника забрали, пришёл тест положительный». А они в экскаваторе в одной кабине сидят всю смену! То есть Слава просто не мог не заразиться! Но, тем не менее, Славу оставили работать дальше.

Я ему в какой-то момент говорю: «Ты понимаешь, что у тебя кашель ненормальный? Ты уже две недели кашляешь! Как тебя до работы вообще допускают? Тебе в больницу надо!». А он мне отвечает: «Нас тут всех на работу гонят, тут кашляю не я один». Я его прошу уволиться, но он объясняет, что даже если уволится, то выехать всё равно не сможет. «Полюсовские» автобусы никого не вывозят. А частники из Еруды перестали к ним ездить из-за коронавируса. То есть выехать с ГОКа просто не на чем. Он говорил, что у них не так давно собрали мужиков, которым за 60, и сказали — давайте, мол, отправляйтесь на самоизоляцию домой. А транспорта им не дали. Они, мужики эти, четыре дня просто просидели в общежитии, а потом на работу вышли — какой смысл им сидеть бесплатно.

И вот муж работает, а у него каждый день новый помощник на экскаваторе. То есть он сам уже был заражён от своего помощника и каждый день, получается, заражал нового человека. А в комнате с ним ещё трое парней жили.

В общем, в пятницу, 15 мая, в 10 утра он мне позвонил и сказал, что ему совсем плохо, тяжело дышать, высокая температура, низкое давление. Он пошёл в медпункт. Там он прождал до часа дня, в час его отвезли в их местный ДК. Там какая-то женщина выдала ему постельное бельё, сказала выбирать любую свободную кровать и ложиться. Медиков там не было, вахтовики лежали одни.

В два часа дня мы опять созвонились, он начал со мной прощаться. Говорил, что задыхается.

В общем, я и две наших дочери начали обрывать все телефоны, какие смогли найти. Дочка дозвонилась какой-то женщине на «Полюсе», спрашивает: «У вас кислородная подушка есть? — А вам зачем? — У вас наш отец, он задыхается! — Ну ладно, мы посмотрим». Хорошо, принесли ему кислородную подушку. Но он уже еле разговаривает. Мы опять звоним, звоним, уговорили там кого-то сделать ему снимок. Его кое-как отвели на этот снимок. А там двусторонняя пневмония. И всё равно никто не думал его вывозить! А ведь человек 16 лет на «Полюсе» проработал!

Мы каким-то чудом через длинную цепочку знакомых нашли одну женщину в администрации Северо-Енисейска. Она помогла нам, связалась с врачами Северо-Енисейской больницы. Они отправили за Славой скорую и вывезли его с «Полюса». В полдевятого вечера он был в больнице.

Я так благодарна врачу Владимиру Викторовичу! К сожалению, не знаю его фамилии, на нервах вся была, не спросила. У них было четыре кислородных баллона, они весь этот кислород для моего мужа использовали. И врач сказал: «Ещё бы на три часа позже — и мы бы уже не помогли». Потом он сказал, что надо ввести Славу в искусственную кому, иначе он умрёт. Я дала согласие.

В больнице сделали заявку на вывоз Славы в Красноярск. Но меня сразу предупредили, что если я сама не буду выбивать рейс санавиации, то его может и не быть.

В субботу от санавиации была тишина. Мы с дочками опять стали обрывать все телефоны, смогли кое-как дозвониться одному человеку в Краевой больнице (отделение санавиации входит в структуру Краевой больницы. — Прим. ред.). Он обещал поискать нашу заявку на рейс. Потом перезвонил минут через 15 и говорит: «Вы знаете, мне наши врачи сказали, что раз это «полюсовский» работник, то вот пусть «Полюс» и вывозит».

У меня руки опустились. Я уже не знала просто, куда обращаться. В конце концов я позвонила на телеканал «Енисей». Там мне ответила девочка, выслушала и сказала, что попробует что-нибудь сделать. Потом она мне перезванивает и говорит: «Я сделала, что могла, надеюсь, вам сейчас перезвонят». И действительно, мне тут же звонят из краевой и обещают вывезти моего мужа завтра.

И вот в воскресенье полетел вертолёт, долетел до Северо-Енисейского района, но погода не дала ему сесть, он вернулся обратно. В понедельник вылетел ещё раз, и уже в пять часов вечера где-то Славу привезли в Красноярск.

Сейчас он в реанимации в краевой больнице. Уже здесь у него подтвердился коронавирус. Мне сразу сказали, что он в очень тяжёлом состоянии, много времени упущено. Лежит на ИВЛ, в коме, у него 100-процентное поражение лёгких и температура около 40 градусов.

А знаете, сколько их там таких на «Полюсе»? Когда врач в Северо-Енисейске вводил Славу в кому, то перед этим дал ему трубку, чтоб мы поговорили. Я думала, Слава прощаться будет, а он говорит: «Рядом со мной в этом ДК лежали молодые парни, по 30–40 лет, а у них ведь маленькие дети! Таня, они у меня на глазах задыхались, а им никто не помогал! Ты бы видела их лица и глаза! И почему на скорой забрали меня одного? Можно же было ещё кого-то забрать! Почему меня одного выпустили?».

Редакция NGS24.RU обратилась в компанию «Полюс» с вопросом, почему человека с серьёзными недомоганиями не госпитализировали вовремя. В компании ответили, что за состояние больных отвечают врачи краевой больницы, которые приехали на Олимпиадинское месторождение в связи с эпидемией, и попросили обращаться непосредственно к медикам.

Руководство санавиации отказалось давать комментарии.

В краевой больнице приняли наш запрос вчера вечером, но на момент публикации ответа ещё не поступило.

13 мая в компании «Полюс» утверждали, что на месторождении остаются только те «ковид-положительные», у которых нет симптомов или течение болезни лёгкое. Также мы рассказывали о фельдшере с «Полюса», которая ухаживала за больными, живя с ними в одной комнате, и в итоге тоже заразилась и попала на ИВЛ.

Обновлено (21:36):
В компании «Полюс» добавили: предсменная термометрия является обязательной процедурой, и сотрудники с признаками ОРВИ не допускаются к работе и направляются в обсервацию. Любые другие действия являются грубейшим нарушением противоэпидемических процедур. «Полюс» проведёт внутреннее расследование для выяснения всех деталей случившегося.

Обновлено (22 мая 9:28):

Главврач Краевой больницы прокомментировал ситуацию с Вячеславом Маликовым, комментарий мы опубликовали здесь.

оцените материал

  • ЛАЙК19
  • СМЕХ4
  • УДИВЛЕНИЕ7
  • ГНЕВ98
  • ПЕЧАЛЬ47

Поделиться

Поделиться

Увидели опечатку? Выделите фрагмент и нажмите Ctrl+Enter

У нас есть специальная рассылка о коронавирусе и карантине в нашем городе. Подпишитесь, чтобы не пропускать новости, которые касаются каждого.

Пока нет ни одного комментария. Добавьте комментарий первым!