14 июля вторник
СЕЙЧАС +26°С

Маленький, но гордый бизнес: фотограф делает столы из распилов — в карантин это его главный доход

История владельца бренда Сooscoon Woodshop Евгения Горбунова

Поделиться

Евгений Горбунов, владелец мастерской Сooscoon Woodshop

Евгений Горбунов, владелец мастерской Сooscoon Woodshop

Здесь, в небольшой мастерской на территории старого цеха красноярского шинного завода, создаются деревянные столы и экопосуда в стиле лофт, которые стоят сегодня в квартирах разных стран мира. Делает их Евгений Горбунов — фотограф и уже три года как мастер по дереву. Специально для NGS24.RU он показал процесс производства, рассказал, как он сделал свой маленький бизнес и как на него повлияла самоизоляция.

Все началось в 2017 году, когда Евгений решил сделать изголовье для кровати в своей квартире. По образованию он инженер и должен был бы сейчас создавать автопилоты для ракет, спутников и летательных аппаратов. Но жизнь решила иначе, и наш герой углубился в дизайн и фото.

— Увидел у жены в Instagram красивую спинку кровати, как раз из слеба (цельный продольный спил дерева. — Прим. ред.) сделанную. Сначала долго у нас искал, по лесопилкам смотрел. Думал кедр взять. Все, что ни смотрел, было массивно, но не было фактуры богатой. Нашел карагач и привез доску — так появилось мое первое изделие. Потом решил стол рабочий сделать. У нас был обычный, грустный, небольшой из ЛДСП. Залил новый смолой, это тоже первый такой опыт был, — рассказывает Евгений. — Мне кажется, ситуация вообще классическая. Что-то начинаешь делать, об этом рассказывать миру, в Instagram выкладывать, во «ВКонтакте». Сразу народ спрашивает: «А что такое?»

Первый стол, залитый смолой, который Евгений сделал для своей кухни 

Первый стол, залитый смолой, который Евгений сделал для своей кухни 

Больше всего заказчики интересуются деревянными столами 

Больше всего заказчики интересуются деревянными столами 

Дальше Евгению начали поступать контакты от друзей, знакомых, а потом уже появились люди из других стран.

— Instagram в этом плане помогает, дублирую посты на английском. В Малайзии заказ был — делал часы, в Германию, — говорит Евгений.

«Один человек из Гонконга все не может решиться, все расспрашивает. Вроде и цена устраивает. Может, боится, что русские обманут»

Евгений Горбунов

Огромные распилы деревьев везут из южных регионов, у нас такие не растут из-за климата 

Огромные распилы деревьев везут из южных регионов, у нас такие не растут из-за климата 

Это будущие заготовки для столешниц и часов. Они должны просохнуть, чтобы древесину не вело при работе

Это будущие заготовки для столешниц и часов. Они должны просохнуть, чтобы древесину не вело при работе

О цене и ожиданиях клиентов

Новых клиентов, признается собеседник, отчасти пугает цена изделий. Но в целом они знают, что будет недешево. Например, маленький столик может обойтись в 10–20 тысяч рублей, большой — до 100 тысяч. Изголовье для кровати с монтажом и полочками — до 40 тысяч, часы — 6–12 тысяч рублей. Самые доступные — это доски для разделки или подачи — 1–2 тысячи рублей.

Но цена обусловлена, во-первых, стоимостью слэбов, которые еще нужно доставить из южных регионов, во-вторых, ручным трудом.

Огромные распилы деревьев (1,5–2 метра в диаметре) — дуб, вяз, карагач, грецкий орех, тополь, клен, — мастера заказывают по каталогам или у частных лиц. У нас в регионе такие не растут из-за климата. Сама доска может обойтись в 15–20 тысяч, а доставка с Кавказа или Краснодарского края еще в 2,5 тысячи.

— У нас не вырастают из-за климата деревья такого размера. А древесина хвойных пород не дает такого рисунка и текстуры, — рассказывает Евгений и раскладывает перед нами живописные образцы акации, карагача, шелковицы, ореха американского и грецкого. — В обработке у хвои нет такого волокна, который можно закрыть краской. А у лиственных пород это есть. Да, у нас и дуб растет, но не таких больших размеров.

Видео: Анатолий Васильев / NGS24.RU

При этом, признается Евгений, в начале работы с деревом было много ошибок, которые дорого ему обошлись. Например, много тонкостей в заливке эпоксидной смолы. Сама по себе она вязкая, как подсолнечное масло, бесцветная, оттенок ей придает колер. Зимой, когда не очень жарко, можно заливать большие объемы в толщину. В другое время она попросту может закипеть из-за того, что сама себя разогревает. Тогда появятся пузыри, и склейка с деревом будет выглядеть некрасиво. Идеальная температура в помещении для этих работ — 18–20 градусов. Если установить несколько кондиционеров, то за раз можно залить до 12 см. Сохнет смола в зависимости от вида от нескольких минут до суток. Поэтому процесс производства растягивается по времени на долгий срок, только этот этап может занять 1,5–2 недели.

Процесс залива столешницы смолой. Она жидкая и тягучая, как подсолнечное масло

«Так начинает твориться волшебство», — шутит Евгений, покрывая столешницу маслом с твердым воском 

«Так начинает твориться волшебство», — шутит Евгений, покрывая столешницу маслом с твердым воском 

Столько же времени должна отстояться в мастерской сама древесина — чтобы приобрести нужную влажность. Если при постройке домов довольствуются 16–18%, то для мебели нужно 6%. Отсюда и требования к помещению мастерской — тут не должно быть больших и неожиданных перепадов. Такие, говорит мастер, были в начале пути.

— Изначально у меня это все было в гараже отца, хранился там материал. На самом деле я понимаю, что это был полный трешак: в сырости все вело, корежило. Но это по зиме не так страшно было, но когда начался переходный период, я понял, что нужно искать какое-то помещение. Нашел в итоге за 5 тысяч рублей, хорошая цена и меня устраивает.

Белой завистью Евгений завидует американцам, корейцам, японцам, канадцам, признанным мастерам в этой отрасли. За ними он следит в соцсетях и удивляется, сколько они тратят на современное оборудование. Красноярские мастера больше работают на старом и любительском.

— Показывают, например, лежит такая пачка денег: это на оборудование, здесь что-то на квартплату, остальное — на еду. Постоянно вкладывают, вкладываются. Я стараюсь вообще российских мастеров не смотреть, за исключением некоторых, некоторые молодцы.

Пока в этом куске дерева сложно распознать будущий подоконник, который также будут использовать как стол 

Пока в этом куске дерева сложно распознать будущий подоконник, который также будут использовать как стол 

У местной древесины нет такой богатой фактуры, как у деревьев, выросших в теплом климате 

У местной древесины нет такой богатой фактуры, как у деревьев, выросших в теплом климате 

Мода на лофт: говорим о предпочтениях клиентов

По словам Евгения, мода на подобные столы и другие изделия пришла вместе со стилем лофт. Правда, в нынешнее время это понятие каждый воспринимает по-своему:

— У нас в России лофт путают с гаражом, индастриалом, с чем угодно. Лофт — это старое промышленное помещение, сохранить его фактуру, но дополнить дорогим содержанием. А у нас думают, что возьми глухое помещение, затащи дерьма, сколоти мебель из паллет — и лофт готов. Вообще это индастриал или гараж.

Чаше всего заказчики — это люди, которые делают хороший ремонт, возможно, мебель уже вписана в проект дизайнером. Мужчины предпочитают брутальную мебель, а девушки — доски и часы.

— Спрашивают много про столы. Доски — это просто подарок, который не так дорого стоит. Сало, огурцы, закуски положил, бутылку чего-нибудь теплого, и уже можно по-мужски посидеть. Часы — это подарок подороже, но некоторые боятся выбирать из-за веры в примету.

Эти часы заливались смолой поэтапно, в несколько слоев 

Эти часы заливались смолой поэтапно, в несколько слоев 

Евгений говорит, что производство мебели остается для него больше хобби.

— Сейчас я не скажу, что зарабатываю большие деньги, чуть больше самой окупаемости. Цена складывается просто: затраченные материалы, умноженные на два. Это логично практически в любом материальном производстве. Заказы порой есть, которые деньги принесли. Но по большей части это все равно такая отдушина, когда нужно уйти, помедитировать, скажем так. И один из видов дохода, основной — это фотография.

Но в ней, делится мастер, осталось мало творчества и появилось выгорание. А хобби во время карантина, когда все фотостудии закрыты, а рекламные съемки отменены, стало основным источником дохода.

— Сейчас запасы подъедаем. Вот это приносит больше заказов, чем фотография. Сейчас это прямо выручка. В будущем у меня есть мысли, связанные с деревом, но я понимаю, что это кастом, вещь индивидуального пошива. И здесь потока быть не может. Я думаю, да, о мебельном производстве, возможно, каких-то отделочных материалах. Деревянных — плитка, паркет, все остальное. Есть такие мысли. Потому что работать одному — это все равно самозанятый. Бизнес — это когда на тебя уже работают люди.

оцените материал

  • ЛАЙК4
  • СМЕХ0
  • УДИВЛЕНИЕ0
  • ГНЕВ0
  • ПЕЧАЛЬ0

Поделиться

Поделиться

Увидели опечатку? Выделите фрагмент и нажмите Ctrl+Enter

У нас есть почтовая рассылка для самых важных новостей дня. Подпишитесь, чтобы ничего не пропустить.

Пока нет ни одного комментария. Добавьте комментарий первым!