19 ноября вторник
СЕЙЧАС -4°С

Как создавались «Столбы»: опубликована история заповедника за 100 лет с архивными снимками

Алексей Бабий делится фото и воспоминаниями

Поделиться

Алексей Бабий публикует архивные фото и рассказы

Алексей Бабий публикует архивные фото и рассказы

Руководитель Красноярского отделения общества «Мемориал», которое занимается исследованием политических репрессий в СССР и современной России, Алексей Бабий также является закоренелым столбистом. Он рассказал невероятные истории о столбистах и об истории освоения «Столбов». Многими историями он делится как очевидец, но в основном публикует воспоминания самых первых скалолазов со своими комментариями. Некоторые из историй публикуем и мы. Это интересно. 

Про светлые извилины на «Первом Столбе» 

«"Столб" сам по себе тёмный. Но на нём видные светлые извилистые пути. Это ходы. Дело в том, что скалы, вообще-то, покрыты так называемым лишайником Ризофора, а местами даже и мхом, а то и травой. На популярных ходах всё это вышоркано тысячами подошв, виден только светлый гранит (точнее, сиенит). А новые ходы сначала расчищают, а уже потом проходят. Так что на этой фотографии хорошо видно, какими ходами ходили на "Первом Столбе" в 1904 году, а какими нет. По ней можно проверять правильность утверждений типа: "На Коммунар до революции не лазили". Более того, можно даже разглядеть, что некто Денисюк на Коммунаре вполне себе до 1904 года побывал.

Вы не поверите, но всего полтора столетия назад "Слоник", в который сейчас можно смотреться как в зеркало, был вполне себе замшелым угрюмым камнем. Но ему выпало упасть рядом с "Чёртовой кухней", под которой с 1885 года начали роиться столбисты. И, конечно, "Слоник" им подвернулся первым: небольшой камень в двух шагах от стоянки. В 1886 году свалили дерево и залезли на "Слоника" по стволу. Потом придумали на него забегать и скатываться с него, после чего, конечно, ни мха, ни лишайника на нём не осталось. Потом, когда кожаные сапоги сменились лаптями и калошами, стали изобретать ходы на "Слоника" и наизобретали не менее полутора десятков.

Примерно то же происходило и с другими скалами. В 1887 году Чернышевская компания покорила "Второй Столб", в 1891 Дмитрий Каратанов (на тот момент — чернышевец) — "Деда", в 1899 впервые поднимаются на "Перья" (кстати — Шкуродёром!). А дальше пытливый столбистский ум ищет новые неизведанные ходы на известные скалы — и эти ходы потом видны на скале — скала темнее, ходы светлее».

Про надпись «Свобода» на скале 

«Любитель природы, учитель из деревни Большая Иня, Денисюк был хорошим скалолазом и все свое каникулярное время проводил на "Столбах". Здесь он познакомился со студентом Беловым и ссыльным (как тогда говорили — политиком) Островским.

Они были очевидцами полицейского налета на столбистов, помогали спускать с утеса раненого Афанасьева. В знак протеста против жандармского произвола они решили написать на скале революционный лозунг. После всестороннего обсуждения выбрали место на восточной стороне "Второго Столба". Отсюда лозунг был виден издали и его нелегко было бы стереть.

Место было найдено, осталось подобрать текст. Островский предлагал написать: "Долой самодержавие", или "Вставай, поднимайся, рабочий народ". Обе эти фразы были длинны, и мелкие буквы невозможно будет разобрать с далекого расстояния. К тому же было крайне ограничено время для работы: надпись должна быть сделана за один прием, в короткую летнюю ночь, чтобы никто не увидел художников. Нужно выразить большую идею одним словом из минимального количества букв.

Наконец, такое слово было найдено: "СВОБОДА".

Вообще, к текстам Беляка, особенно тем, что с политическим уклоном, следует относиться с осторожностью, но тут я готов поверить, что всё так и было, Беляк не приукрасил. Тем более что эту историю подтверждают Яворский и Каратанов.

Так вот, Денисюк с компаньонами удивительно попали в точку. Хотя они писали вполне политический текст на "Втором Столбе", однако смысл его оказался гораздо шире».

Попытка стереть надпись «Свобода» со «Второго Столба»

«Когда в 1906 году над страной нависла черная туча реакции, жандармерия решила уничтожить надпись "Свобода" на "Втором Столбе". Была обещана денежная награда тому, кто сотрет это слово. Один базайский крестьянин согласился выполнить поручение и поднялся на скалу, но ему удалось только соскоблить основание буквы "А" и закрасить букву "С". Продолжать работу крестьянин не смог: его напугали угрозы столбистов. Вторая попытка была предпринята полицией осенью 1907 года.

Когда холода и дожди вытеснили из тайги самых заядлых любителей скалолазания, полиция решила втихомолку, без свидетелей, соскоблить "крамольное" слово. Нужно было только подобрать провожатого.

Такого человека вскоре подыскали. За 25 рублей он согласился привести полицейских на "Столбы" и подняться вместе с ними до того места, где было написано слово "Свобода".

Через день полицейские направились в тайгу. Проводник провел их через Сарачевскую площадку до заросшего кедрачом "Садика", а сам исчез.

Был конец сентября. Тучи обложили небо. Пошел мелкий дождь, из логов потянул холодный, до костей пронизывающий туман. Лазить по гранитным скалам в такую погоду рискованно даже для опытного столбиста, а уж куда было мыслить об этом полицейским, не знавшим к тому же ходов!

Лишь к концу следующих суток возвращавшиеся с Маны охотники услышали дикие вопли и сняли полицейских со скалы.

Так провалилась последняя попытка стереть слово "Свобода". Закрашенные и испорченные буквы были через некоторое время восстановлены. Ежегодно лучшие столбисты любовно подправляют смытые водой буквы. И сейчас, как только вы вступаете в черту заповедника со стороны Каштака, это слово бросается в глаза. Оно ярко выделяется на темном фоне гранитного массива.

Вот такая шикарная история. Попытка закрасить слово "Свобода" была, но не лазили на "Второй Столб" жандармы, не исчезал оттуда неведомый столбист — всё это придумал неугомонный Беляк с благой целью реабилитации столбизма. Однако сама эта история, хотя она и придумана — очень правдива, она соответствует духу столбизма».


«Столбы» как территория свободы

«Хотел дальше про Чернышевскую компанию, но вижу — тему недораскрыл, про территорию свободы.

Так вот. За Сусловым и Чернышевым потянулись другие красноярцы. И тоже стали ходить на "Столбы" компаниями и ночевать под "Чёртовой кухней". Скорее всего, они первый раз ходили с чернышевской компанией, а потом стали создавать свои. Это ведь как происходило: Чернышев с Сусловым идут в очередной раз на "Столбы", с ними ядро компании и несколько любопытствующих, которые со временем либо войдут в ядро, либо начнут ходить самостоятельно, и вокруг них возникнут новые компании.

Напомню — государства здесь, на "Столбах", нет. Нет землеустроителей, института собственности, даже жандармов нет (но уже очень скоро появятся). И вот эти протостолбисты обо всём договариваются сами. Тем более, что это всё люди достаточно образованные и в основном состоятельные (пролетарии придут на "Столбы" лет через десять-пятнадцать). Так появляются правила и заповеди. Так рождается столбистская самоорганизация.

Конечно, эти правила существуют не в безвоздушном пространстве, а внутри компаний и между компаниями. Они в большинстве своём неписанные, но действуют жёстко. Самое страшное наказание — быть изгнанным со "Столбов" за нарушение этих правил. Никто, конечно, не будет тебя выталкивать, если придёшь. Но никто не будет с тобой общаться и ни у одного костра не найдётся для тебя места. К слову, кордон Нарым называется так потому, что там ночевали провинившиеся столбисты. Больше их никуда не пускали.

Новичка к столбистским правилам приучают сразу же. В достопамятном походе к Манской стенке я поужинал — да и выплеснул остатки из миски под ближайший кустик. Мы в тайге этим не заморачивались вообще. Так меня тут же разложили на ближайшем камушке и воспитали калошей по жопе. Это было в 1972 году, и я с тех пор ни бумажки, ни соринки на "Столбах" ни разу не бросил. Ну, так это только одно из многочисленных столбистских правил. А начинались они на площадке около "Чёртовой кухни".

Для картинки — одна из моих любимых столбовских фотографий, из архива Авенира Тулунина из Каратановской компании».

Про девушек-столбисток 

«Без девушек "Столбы" — не "Столбы".

А сегодня захотелось рассказать о двух девушках-Беркутянках. Вот одна выглядывает из-за плеча, с тонким лицом. Это Надя Шапир. А вот она же с подругой-Беркутянкой Дусей Овсянниковой. А вот она уже в тридцатых годах.

Ну, так эти девушки лазали так, что мне, например, и не снилось. И обе вышли замуж за столбистов, но судьба их сложилась похоже, но всё-таки по-разному.

Надя была "красной", как и многие в Беркутах. Это вообще была одна из самых политизированных компаний. Повторюсь, в основном столбисты по убеждениям были, скорее, анархистами, в исконном, по Кропоткину, смысле анархизма. Тем не менее на "Столбах" были (и есть) представители всех политических течений, но не по этому признаку они там выделяются, как внутри компаний, так и между компаниями. Надя была ярой большевичкой, а Дуся вообще политикой не интересовалась, что не мешало им дружить.

Надя Шапир вышла замуж за беркутовца Семена Горбунова (к их дочери мы и ездили в Екатеринбург). В начале тридцатых они разошлись, причём из-за идейных убеждений. Семен был убеждённым троцкистом, а Надежда придерживалась линии партии. В результате семьи не стало. В 1935 году она — второй секретарь Иркутского ГК партии, а Семен в Красноярске — директор физкультурного техникума. Конец же был один: Семена загребли еще в 1935 и дали три года, где-то в лагерях он и сгинул. Надежду взяли в 1937. Все пытки она выдержала, но когда ей пригрозили, что дочь тоже арестуют, она всё подписала и была расстреляна.

Ну, а Дуся Овсянникова вышла замуж за будущего директора заповедника "Столбы" Александра Яворского. Так породнились Беркуты и Каратановская компания. Яворский в 1937 году тоже загремел на 10 лет, хотя политикой не интересовался вообще. Его обвинили в том, что он готовил группу столбистов, чтобы через кремлёвскую стену попасть в Кремль и там убить товарища Сталина. Ни больше, ни меньше. Отбывал срок в Вятлаге и написал там поэму "Столбы"».

Про странного человека, который всегда ходил в одной и той же куртке и кепке

«Был на "Столбах" такой странный человек. Зимой и летом ходил в одной и той же куртке, кепочке и ботах типа "прощай, молодость", за что и звали его: "Гена в пинжаке", и "Гена в ботиках". Весь такой тихий и незаметный, и разговаривал тихим голосом. Встретить его можно было чуть ли не ежедневно и в любом месте, но больше всего он любил "Первый Столб". То тут, то там он возникал на "Первом Столбе", помогал застрявшему "турику" советом, а то и, подставив руку под подошву, исчезал как тень.

Казалось бы, на вид фрик-фриком, да? Но вот три факта о Гене в пинжаке:

1. Это был один из самых уважаемых столбистов.
2. Он был одним из немногих, кто в шестидесятых после Теплыха прошёл "Дуськину щелку", причём своим способом.
"Если все покорители «Дуськиной щелки» брали ход как бы нахрапом по принципу «вперед и вверх», Геннадий Эссе изобрел изящный и неожиданный способ покорения знаменитого карниза. Если все великие скалолазы надеялись больше на силушку, да на удаль молодецкую, заклинивая в щели обе руки, Гена, не зацикливаясь на стремлении уйти вверх, работал как бы от щели, заклинивая в ней лишь левую руку, а правой делая упоры на стенке".
3. В мире, в городе то есть, Геннадий Федорович Эсса занимал немаленькую должность. Был он не то главным инженером на каком-то предприятии, не то руководителем конструкторского бюро. Увы, уже забыл, а искать некогда — может, кто-то напомнит. Но, когда человек приходит на "Столбы", он это всё мирское снимает. Мало ли кто ты там был. Там ты главный инженер, а тут — Гена в пинжаке. Тут другой мир. Параллельная реальность, другие законы и другие приоритеты».

Про скалолазание в лаптях

«В 1895 году на "Столбах" произошла революция. На скалы стали лазать в лаптях. Оказалось, что они прекрасно держат на скале. Хотя, судя по тому, что пишет Яворский, большого распространения они не получили.

Но, во-первых, лазунов в те времена было — раз-два и обчёлся. Скалы покоряли, в основном, подставляя к ним срубленные деревья.

Во-вторых, лапти в Сибири не пользовались популярностью. По тайге в лаптях не походишь, в ходу были ичиги и прочая кожаная обувь. В ней же первые столбисты ходили на "Столбы", и в ней же пытались лазать. Но кожаная подошва — скользкая и ненадёжная. Когда обнаружилось, что лапти хороши на скалах, их пришлось специально заказывать "в России", причем солидными партиями, потому что они быстро приходили в негодность.

Ну, так вот, лапти позволили подниматься на скалы без подпорок-деревьев, свободным лазанием. Пионером свободного лазания была член чернышевской компании Анастасия Леонтьевна Качалова по прозвищу Кабарга (увы, её фотографии у нас нет), Леонид Петренко пишет, что она проложила "первый маршрут свободного лазанья к вершине высочайшего «Второго Столба» через Северное плечо, Галин Садик, Комнатку и катушку Танцплощадка. Маршрут известен как ход Сарачевка". Этот ход назван не в её честь, а в честь первой жертвы "Столбов" — гимназистки Марии Сарачевой, которая разбилась на нём в 1897 году. Но ход имени Качаловой — "Качаловский", на "Втором Столбе" всё-таки есть, и он тоже впервые пройден неудержимой Анастасией Качаловой.

Качалова же в лаптях покорила и Такмак, открыв в 1899 году ход "Тесьма" (сейчас он называется "Корыто"). Вот такая Кабарга.

А в двадцатом веке появились галоши и сменили лапти. Но это совсем другая история.

UPD. В пятидесятых годах компания Беляка штурмовала скалу Гриф. Долго штурмовали. А, когда залезли-таки, обнаружили там истлевший лапоть. Такие дела».

Следите за новостями в нашей группе «ВКонтакте».
Новости и фото отправляйте 8-999-315-05-05 (WhatsApp, Viber, SMS).

оцените материал

  • ЛАЙК 0
  • СМЕХ 0
  • УДИВЛЕНИЕ 0
  • ГНЕВ 0
  • ПЕЧАЛЬ 0

Поделиться

Поделиться

Увидели опечатку?
Выделите фрагмент и нажмите Ctrl+Enter
Волька
19 ноя 2018 в 16:08

Интересно однако !

Фото пользователя
19 ноя 2018 в 20:42

достойная новость,интересно почитать! а не очередной отчет про "губастиков"

20 ноя 2018 в 09:00

Спасибо очень интересно! Жаль что подобной информации мало. В свое время попалась старая книга о "Столбах" часть историй там была, часть нет.