«Красноярск — одно из древнейших поселений на планете Земля» — гид нашел «ключи» от города, чтобы его продвигать

В 1990-х Владимир Мартынов после окончания истфака торговал аудиокассетами и компакт-дисками. Потом работал риэлтором, попутно создал краеведческую интернет-энциклопедию и придумал для города идею туристического продвижения — «Семь ключей Красноярска». Сейчас он работает в ТИЦ края и водит экскурсии. Корреспонденты NGS24.RU Алексей Тайганавт и Маша Ленц сходили к нему в гости, поговорили о том, как Красноярск людей заманивает.

— У меня здесь джаз, рок-классика, фолк. Есть последний альбом Маккартни, который 29 мая вышел. Пластинки Дэвида Боуи, «Дорз». Вот альбом «Калинов мост» с дарственной подписью Ревякина, — рассказывает Владимир Мартынов

В его просторной квартире по стенам картины красноярских художников; беговой тренажер, но самое главное тут — большая коллекция виниловых пластинок. Его второе хобби, после истории.

— Как давно их собираете?

— Лет десять уже, но сейчас реже покупаю. Цены на винил стали высокие. Раньше в пределах тысячи нормально было, а теперь по пять тысяч. Половину коллекции распродал, сейчас максимум тысяча «пластов» наберется. Тех, что мне особенно дороги.

Коллекционирование пластинок — это «привет» из прошлого, когда он после окончания истфака в Красноярском педагогическом пошел торговать кассетами и компакт-дисками. Но после экономического кризиса в 1998-м переквалифицировался в риэлторы.

В середине 2010-х вернулся к первой своей специальности. Создал историко-краеведческий гид по Красноярску — «Краскомпас» (на момент выхода интервью сайт не работал из-за взлома — Прим. Ред); стал писать книги и продюсировать фильмы по истории города. Выпустил множество статей про улицы Красноярска. Два года возглавлял муниципальный «Красноярский туристско-информационный центр».

— Это был, конечно, интересный опыт, потому что я человек несистемный. Насмотрелся там «чудес» всяких. Трудно, да, потому что я в душе не чиновник абсолютно. А все эти бюрократические вещи творчество убивают на корню. Ушел оттуда. Стал аттестованным гидом-экскурсоводом по Красноярску.

— Но теперь снова в госструктуре.

— Да, недавно пошел работать в ТИЦ края, но там все по-другому. Я в отделе методического сопровождения. Занимаемся образовательной программой для гидов-экскурсоводов, инструкторов-проводников для турбизнеса края. Приглашаем интересных спикеров и федеральных, и местных, чтобы они повышали квалификацию нашим гидам. Учим коммуникации выстраивать, делать экскурсии интересными и безопасными. Потому что у нас уровень многих экскурсоводов, так себе, на троечку по сравнению с другими городами.

— У меня есть авторская экскурсия «Семь ключей Красноярска» и лекция с таким же названием. Она раскрывает особенности города с точки зрения традиционных основ. Это местоположение, география, древняя история, природа. Красноярск единственный город в России, где сходится семь природных ландшафтов. Возьмем, допустим, Омск, Новосибирск, соседи — равнинные города и там максимум два-три ландшафта. И это в основном полустепь.

— Не представляю, как там люди без горного ландшафта живут.

— У нас человек приехал и может побывать/поселиться возле горной реки — на Базаихе. Нравится равнина, пожалуйста: Кардачинская степь в районе Северного. Или места в районе Дрокинской горы и т. д.

— Красноярск исторически был «проходной двор». Так или иначе, тут мигрировали огромное количество народа. Уходили открывать Америку наши кеты, древнейшая народность, которая сейчас на севере края живет. А раньше они и здесь были. Далее — Енисей, который проходит меридианом с юга на север. И с ним тоже связаны интересные штуки и легенды, и древние и наше уже современное мифотворчество.

— Еще геология.

— Да, она у нас абсолютно недооцененная тема — в Башкирии, например, сделали музей под открытом небом на меньшем материале. А у нас крутые локации кругом: Торгашинский хребет, Николаевские сопки, Черная сопка. Красивый берег и так далее. Им по полмиллиарда лет. Это архив мощный.

— Был такой известный академик Обручев, автор книг «Земля Санникова», «Плутония». Он специально к нам привозил студентов Томского университета, потому что здесь сконцентрирована почти вся геология Сибири. Например, ты поднимаешься по Торгашинской лестнице и попадаешь на дно древнего моря к геологическим рифам — на Красный гребень. И можешь всю эту доисторическую эпоху руками потрогать, — говорит Владимир.

— Если представить графически, Красноярск находится словно в полураскрытой чаше. Не замкнутое, но при этом защищенное пространство. И вот когда человек переезжает в другой город, он потом скучает не по самому Красноярску, а по этому уникальному местоположению. Это что-то на подсознательном уровне, интересная штука.

— Лично ваше какое представление о Красноярске?

— Я схожусь на мысли, что Красноярск — это какой-то большой древний дом для человечества. А человек все-таки более древнейшее существо, чем нам говорят. И мне город представляется в образе большого магического дома. Красноярск сам по себе не самое старое поселение, но тут всегда были древние культуры. И когда русские сюда пришли, то обнаружили множество курганов. У каждого красноярца так или иначе был какой-то артефакт: какая-нибудь чаша древняя, оружие и тому подобное. Так называемые бугорщики все это растащили.

— Археологическая тема ближе Хакасии.

— Не знаю, у меня как-то такого разделения нет, и в Красноярске эту тему надо развивать. Знаю, что в свое время наш эксперт по петроглифам Александр Заика предлагал в здании красноярского аэропорта поместить пятнадцатиметровую копию менгира. И на самом деле это крутейшая идея. Где-нибудь в Европе или Юго-Восточной Азии этим давно воспользовались бы. Потому что наша древняя культура вполне сопоставима с Египтом, с Месопотамией, с ацтеками. Очень самобытная, интересная; она именно в наших краях формировалась.

— В последнее время часто говорят о том, как привлекательней позиционировать Красноярск.

— Мне кажется оптимально было бы так: один из крупнейших городов региона — настоящие ворота в центральную Древнюю Сибирь. К нам бы приезжали только ради одного этого.

— Я родился и вырос в центре города, в доме на проспекте Мира. И мы в детстве во дворе находили наконечники стрел, например. То есть, куда не ткни — история абсолютно везде, уходящая на 20 000 — 40 000 лет. Это место, где всегда проживал человек, всегда. Наш историк Николай Дроздов как-то сказал такую фразу: «Красноярск — одно из древнейших поселений на планете Земля». Вот ее можно в маркетинг пускать для раскрутки города.

— А ещё Красноярск — город видовок.

— Да, в России мало крупных городов, где есть такое огромное количество природных видов. Вы можете пойти на Торгаш, на Красивый берег, на Николаевскую сопку, и везде город вам будет открываться по-разному.

— Так, мы все «ключи» города перечислили?

— Еще один ключ уже из области психологии. Это свобода. Недаром же надпись на Втором Столбе была однажды нарисована. У сибиряков определенный менталитет, культура, которые логически переходят в эту свободу. Исторические факты это только подтверждают. Говорю же, Красноярск с его местоположением просто уникальный город.

— Какие мнения о Красноярске вас раздражают?

— Например, «черное небо». Я считаю, это сильно раздутый черный пиар. Безусловно НМУ имеет место, но давайте смотреть объективно: ситуация по районам города сильно разная. И есть улицы под Цементным заводом, там жить невозможно. И есть Ветлужанка, например. Если вы составляете рейтинги загрязненности, то делайте это объективно, точно, не натягивая на весь город.

— Что еще?

— Ну все эти разговоры про столичность. Кто там более столица: Красноярск или Новосибирск. Мне само слово «столица» не нравится. У нас есть Москва. А все остальные по регионам — это какой-то детский сад. Это выпячивание очень по-деревенски выглядит.

— Народу как будто нравится, как минимум, внимание привлекает.

— Хорошо бы смыслами, идеями привлекать. У нас пока с этим проблема.

— Что потерял Красноярск за последние 10-15 лет?

— Исчез какой-то внутренний стержень что ли, вектор развития. Кажется, при Пимашкове было еще что-то вразумительное. А теперь все это какое-то хаотичное, непонятно к чему устремленное движение. Ляпы с благоустройством, созданием городской инфраструктуры. В этом плане Красноярск отстал от многих других, например, тех же Перми, Тюмени.

— А конкретику.

— Например, набережная. Она сильно устарела. Она обветшала вся. Ей нужно внимание. И, кстати говоря, у нас Енисей вроде доступен, но по-настоящему удобных пространств, где можно контактировать с рекой мало. Смотрите, какие красивые туманы, симфония такая воздушная и их тоже можно использовать для привлечения туристов — крутые же виды. Можно делать какие-то теплые пространства, там сидеть и медитировать на эти виды. Мы реку очень мало используем на самом деле… Фонтаны прикольная вещь была. Почему нет? Ну, их сейчас все меньше становится.

— Была крутая фишка с перекрытием на выходные проспекта Мира, помните? Пешеходная улица — это всегда классно для культуры горожан, для бизнеса. Это создает атмосферу города. Нам сильно этого не хватает, кусочки на Дзержинского и возле Центрального парка тут не в счет. Во всех городах есть более протяженные маршруты, — говорит Владимир Мартынов.

— Кто виноват, что у нас так все складывается?

— В Перми, допустим, внимание к благоустройству совсем другое. Там, видимо, с общественниками советовались, с урбанистами, с активистами. У нас, к сожалению, вообще не советуются или даже игнорируют — из-за этого непонятно что и как строится.

— Какие любимые места в городе, как у гида?

— Наверное, Красивый берег, вот эта тропинка в Академе. Ее, слава богу не обустроили и там сохранилась какая-то первозданность. И, кстати, опять-таки к своей любимой геологии возвращаясь: по мнению наших геологов, это самое древнее место в городе, которое можно потрогать. Сантиметр почвы и под ней породы возрастом в 600 миллионов лет. Древние архивы Земли. Ну и, соответственно, закаты там изумительные. Для меня это видовка номер один в Красноярске. Просто посидеть, когда мало народу, какой-то дзен поймать.

— Далее, район улицы Парковой, Юности, Центрального проезда на правобережье. С советскими фонтанами. На Парковой первые таунхаусы появились еще в начале шестидесятых годов. Идешь и ассоциации с Калининградом возникают, там гулять интересно… Улица Вавилова со своей историей, тоже занимательная. На левом берегу — это улица Баумана, возле парка «Троя». Там, где двух-трехэтажные дома и несколько старых скульптур остались, тоже своя атмосфера, — рассказывает Владимир Мартынов.

— Будет авторский путеводитель?

— Да, сейчас пишу «Семь ключей Красноярска». Минимум страниц на 300 получится. В следующем году хочу издать, если найду спонсора. Идея в том, чтобы объединить в одной книге два направления. Классический — для туриста, который только приехал в город и хочет сориентироваться, куда, что, зачем. Второй — авторский, более вдумчивый, углубленный с подборкой говорящих фактов, уникальных историй из жизни города.

— Думаете, нужен такой в бумаге?

— Сто процентов. У нас, на самом деле, путеводителей по Красноярску не было вообще никогда. Безусловно, выпускались какие-то классные краеведческие книги, но они либо безнадежно устарели, либо в них сильно авторский взгляд. И получается, в Омске, в Новосибирске ты можешь зайти в магазин и купить современный хороший путеводитель по городу, а у нас — нет.