21 января пятница
СЕЙЧАС -18°С

Когда в Красноярске не будет черного неба: новый гендиректор СГК — о буром угле и загрязнении воздуха

Герман Мустафин рассказал, почему угольное отопление — это хорошо

Поделиться

Новый гендиректор СГК Герман Мустафин

Новый гендиректор СГК Герман Мустафин

Поделиться

В Красноярск пришла зима, а значит над городом все чаще можно будет наблюдать серую мглу и запах угля. Котельные и печи частного сектора начинают работать в полную силу. Вопрос экологии пытаются решить разными способами. Например, переводя коттеджи на электричество по льготной цене со скидкой в 1/3 от базового тарифа, модернизируя котельные или обещая магистральный газ.

В сентябре 2021 года гендиректором Сибирской генерирующей компании стал Герман Мустафин, сменивший на посту Степана Солженицына. Редактор НГС в Новосибирске Елена Гурьянова встретилась с новым топ-менеджером СГК, чтобы обсудить насущные проблемы. Действительно ли компания против газификации края, как там относятся к уходу от вредного угля, и как будут расти тарифы для обычных красноярцев - читайте в материале далее.

«Сибирская генерирующая компания» (СГК) — одна из крупнейших частных энергокомпаний России, входит в «Группу СУЭК». На долю станций СГК приходится 23–25% выработки тепла и электроэнергии энергосистемы Сибири. По данным сайта «Группы СУЭК», выручка СГК в первом полугодии 2021 года увеличилась на 17% — до 1442 миллионов долларов, операционная прибыль составила 343 миллиона долларов. В первую очередь рост выручки связан с приобретением в 2020 году Приморской ГРЭС, одной из самых производительных станций в Приморском крае.

Красноярцы постоянно выступают против угольных ТЭЦ, в городе часто объявляют режим черного неба, проходят митинги и случаются скандалы федерального уровня. Вас обвиняют в том, что вы противодействуете газификации Красноярска. Действительно ли это так?

— В Красноярске проблема черного неба известна. Раньше в наш адрес действительно звучали обвинения, о которых вы говорите. Мне кажется, что за прошедшие 3–4 года люди смогли убедиться, что на наших ТЭЦ мы не просто планируем, а на деле проводим экологическую модернизацию. На красноярской ТЭЦ-1 в Ленинском районе идет масштабная реконструкция стоимостью порядка 13 млрд рублей. Львиную часть этого бюджета составляют экологические мероприятия. Станция старая, на ней использовались старые технологии, а мы внедряем новые технологии газоочистки — современные электрофильтры с эффективностью больше чем 99%. Установили 275-метровую трубу, снеся три более низких трубы.

А вот что касается котельных и печного отопления, подобную модернизацию делать непрактично, нужны другие решения.

Котельные, 35 неэффективных котельных, мы уже заместили наполовину, подключая потребителей к централизованному теплоснабжению от ТЭЦ — таким образом мы рассчитываем сократить выбросы на 11 тысяч тонн только за счет этого замещения в ближайшие 2–3 года.

Что касается газификации, мы не только ей не противимся, мы помогаем в достижении ее целей уже сейчас через программу «предгазификации» на электроотоплении. А именно, для частного сектора Красноярска мы помогаем правительству Красноярского края реализовать мероприятия по переводу домов частного сектора на электроотопление. Ведущая роль у правительства, с нашей стороны поддержка. Электроотопление в домах дает людям ровно то же самое, что газ: отопление, нагрев воды, возможность приготовить пищу без «возни» с твердым топливом. Но электрические сети доходят до домов уже сейчас, поэтому уже сейчас можно заменять печное отопление на экологичное электроотопление.

Как вы представляете деятельность вашей компании на территории Красноярска после того, как газификация всё же наступит?

— Мы же работаем в городах, которые газифицированы. Кемерово, Новосибирск газифицированы. Будем продолжать работать.

Но в Красноярске возможности газификации выше, чем в Новосибирске?

— Не так. В Новосибирске уголь в два раза дешевле газа, а в Красноярске этот фактор будет от 2,5 до 8 раз, в зависимости от того какая часть инвестиций в газовую инфраструктуру будет положена в тариф. Но даже если представить, что реализовать инвестиционный проект не стоит ничего, хотя это очень дорогой инвестиционный проект — построить газовую трубу, топливная составляющая на газе — примерно в 2,5 раза выше, чем на угле. Это мы убрали инвестиции и предположили, что кто-то добрый для красноярцев построил трубу, даже в этом случае топливо будет в два с половиной раза дороже.

То есть за отопление придется платить больше?

— Для тех, кто хочет поставить себе газовые котлы — да, придется.

— В цивилизованных странах есть тенденция на уменьшение угольного сектора экономики, как вредного и опасного. Как вы относитесь к этой тенденции?

— Мне кажется, уже давно не модно делить мир на цивилизованный и не цивилизованный. Да, есть страны, которые идут по этому пути, а есть страны, не только Китай и Индия, но даже США, где пока существенного сокращения угольной генерации мы не видим. Мы убеждаемся на примере происходящих в этом году значительных колебаний стоимости ресурсов в некоторых странах, что риски таких решений очень велики. Сохранение правильного баланса энергии между разными видами источников — это стратегическая задача сохранения безопасности и конкурентоспособности.

А второй момент — надо заниматься очисткой угля и доведением объектов, которые на нем работают, до лучших мировых норм, чем мы и занимаемся.

— Какой объем прибыли в рублях получает ваша компания от деятельности на территории Красноярска и какой процент этой суммы вкладывается в решение экологических проблем Красноярска?

Мы вкладываем более 50 млрд рублей в экологическую модернизацию в Красноярске, включая замещение котельных, новый блок на Красноярской ТЭЦ-3, уже упомянутый мною проект на ТЭЦ-1, а также на ТЭЦ-2. Насколько мне известно, именно в Красноярске самая крупная экологическая модернизация во всей российской энергетике, и точно самая крупная в нашей компании.

Поделиться

— Вы сказали, что в Новосибирске самый низкий тариф на отопление среди крупнейших городов. И сколько платят за отопление наши соседи из городов-миллионников? Например, в Красноярске.

— В Новосибирске текущий тариф — 1506 рублей за гигакалорию. В Красноярске — 1865. Сегодня в Красноярске в сети инвестируется вдвое больше, чем в Новосибирске: за 2021 год 2 миллиарда рублей в Красноярске против 924 миллионов рублей в Новосибирске. Должно быть наоборот: в Новосибирске надо перекладывать больше. В Красноярске мы уже возможность инвестировать получили. У нас идет большая программа реновации сетей.

В прошлом интервью для НГС в СГК говорили, что в Красноярске трубы прорывает в 3 раза меньше, чем в Новосибирске. Что изменилось с тех пор?

— Если сравнивать сопоставимо год к году, то в Красноярске за этот год мы сократили количество аварий на 15% благодаря модернизации, а в Новосибирске аварий стало на 8% больше. В Новосибирске повреждаемость растет, в Красноярске падает — это прямое следствие того, что в Красноярске мы уже два года проводим программу модернизации.

— Согласны ли вы, что угольное отопление — самый «грязный» и экологически вредный вид отопления? Если нет, то почему?

— Не согласен категорически. Самый грязный вид отопления — печное отопление, потому что твердые частицы и прочие вредные вещества от низких труб напрямую попадают в организм человека и в атмосферу без очистки. Для эффективной станции с современной системой очистки, с высокими трубами с хорошей степенью рассеивания вред угольных источников практически отсутствует. Взрывы газа в жилых домах ведь не свидетельствуют о том, что газ — самый вредный вид ресурса? Поэтому нужно смотреть не на вид топлива, а на систему его применения, в том числе на систему очистки.

Помимо повышения экологичности систем отопления на повестке также стоит снижение парниковых газов, СО2. Мы тоже немало делаем в этом направлении, у нас есть и собственная программа снижения выбросов парниковых газов, и первые ее результаты. Так, по программе замещения угольных котельных в Красноярске с 2025 года снижение выбросов достигнет 1 миллион тонн в год. Для понимания — это больше, чем ожидаемый эффект от реализации федеральной программы развития новых источников возобновляемой энергии.

Но тем не менее в мире уходят от бурого угля.

— Не так. Китай, Индия наращивают потребление угля, и бурый уголь играет важную в этом роль, просто за счет низкой калорийности он потребляется недалеко от места добычи. Посмотрите и на США — мощность электростанций на угле в Америке в 5–6 раз больше, чем в России. Бурые угли и работающие на них электростанции можно найти в Польше, Турции, Австралии, Индонезии — всё в объемах, сравнимых с Россией. А те страны, кто вообще уходят от угля, как Германия, те в последнюю очередь уходят от бурого, так как это самое экономичное топливо.

Главное отличие бородинского бурого угля от каменного — более низкая зольность: 7–8% против 15–20% кузбасского каменного угля. И объем твердых частиц, или попросту пыли в уходящих газах в бородинском угле значительно меньше. Так распорядилась природа, что именно этот уголь самый экологически чистый.

Сколько платите за отопление лично вы?

— Я плачу за тепловую энергию около 4,5 тысячи рублей в месяц. В Москве тариф — 2300 рублей за гигакалорию. Это выше, чем в Новосибирске, больше чем на 50%.

Как будут расти тарифы на тепло в Красноярске?

— Красноярск работает в ценовой зоне: рост ежегодно составит инфляция +2%.

Программа опережающих инвестиций — это своего рода ипотека для тепловых сетей. Производится сейчас и сразу большой объем замены сетей. Это прогнозируемый процесс с понятной ставкой. Самые изношенные сети обновляются, а горожане получают улучшение качества и платят в рассрочку 10 лет. Пик инвестиций придется на первые 2–3 года программы, чтобы был эффект. Нам очень важно, чтобы люди почувствовали, что ситуация меняется, и не за 10 лет, а уже в 2023–2024 годах.

Автор

оцените материал

  • ЛАЙК1
  • СМЕХ3
  • УДИВЛЕНИЕ0
  • ГНЕВ5
  • ПЕЧАЛЬ1

Поделиться

Поделиться

Увидели опечатку? Выделите фрагмент и нажмите Ctrl+Enter
Loading...
Loading...