«Без Ленина и Шушенского бы не было»: как зарабатывают на фестивале в поселке и почему здесь любят Сталина

В конце недели в поселке Шушенское на юге Красноярского края открылся 22-й ежегодный этнофестиваль «Мир Сибири». Корреспонденты NGS24.RU воспользовались моментом, прошлись по его главным площадкам и пообщались с, пожалуй, не самыми очевидными персонажами, а заодно посмотрели, как на поселке, имя которому невольно сделал Ленин, отражается его советское прошлое.

Продавщица Ольга в магазине «Енисей» возле главной площади в Шушенском просит достать наличные — терминалы тут еще накануне фестиваля «Мир Сибири» перестают работать.

— Рушится система, интернета не хватает, из-за наплыва посетителей так каждый фестиваль, — поясняет Ольга.

«Перегруз» интернета, с ее слов, «пошел» уже в четверг, первый, или скорее нулевой день фестиваля, накануне его официального открытия. Возникают сложности с наличными — не у всех покупателей они есть. Ольга советует ближайший банкомат:

— Вот за нами сразу пройдете в киосочки — там банкомат хороший. Только там иногда после наплыва уже и денег не бывает.

Впрочем, уже в соседних с «Енисеем» торговых точках и кафе — да и в целом по поселку — особых проблем нет, терминалы работали без перебоев.

По словам Ольги, дни фестиваля — одни из самых прибыльных в году.

— Зарабатываем больше, чем в новогодние праздники. За три дня месячная выручка получается, — делится она.

Цены, например, на такси при этом не задирают, считает Ольга (в Шушенском по большей части такси вызывают по старинке — по телефону, а не через приложения).

— Они ж [таксисты] не дураки! Если повысят, местные же просто не будут ездить. Я вот до работы доехала сегодня, за ту же цену, что и обычно, — уверяет продавщица.

Ольга говорит о фестивале положительно — и не только потому, что благодаря нему растут денежные обороты. Каждый год она видит, как в эти дни меняется атмосфера поселка.

— Классно же, — считает Ольга. — Хоть какая-то картинка меняется, люди новые появляются. Каждый год знакомимся. Кто-то приезжает впервые, кто-то возвращается постоянно.

Был, правда, за 22 года и период, о котором она отзывается не очень хорошо:

— Когда первые фестивали были, девушки наряжались в красивые платья, прически были как на бал, — вспоминает она. — Потом пошли годы: в красных стрингах по поселку, в шортах. Дресс-кода ноль совершенно, не было. Сейчас, бывает, тоже такое проскакивает, но уже редко. Когда люди красиво и прилично одеты, в костюмах, с интересными прическами — это совсем другое дело.

Сам фестиваль проходит на острове Отдыха в Шушенском, но торговые палатки, лавки с едой и аттракционы стоят и на главной площади поселка возле администрации и музеев Ленина. Где-то готовят плов в больших казанах, где-то торгуют книгами авторов с юга Красноярского края, где-то катают на кажущихся немного измученными на жаре пони с пластиковыми крыльями, на величественном верблюде и на ослике.

В глаза бросается уголок с детскими гоночными машинами, небольшой железной дорогой и сразу несколькими каруселями. К визиту корреспондентов на каруселях катаются по одному-двум маленьким посетителям. Работают карусели на пыхтящем бензиновом генераторе и в нынешние времена это кажется расточительством.

Хозяин каруселей Виктор из Абакана говорит, что запасся бензином заранее, когда тот еще не успел подскочить в цене.

— Когда проблема началась и стало понятно, к чему всё идет, я просто взял канистры и заранее залил 150 литров бензина, на три дня должно хватить, — объясняет Виктор. — Я же знаю, когда будет фестиваль, каждый год работаю.

За нулевой день фестиваля его генератор израсходовал 45 литров бензина. По его словам, даже если посетителей немного, расход почти не меняется, и «он молотит весь день, с утра завел — и до вечера работает». Как говорит Виктор, крутить карусели нужно и вхолостую, даже если никто не катается: если аттракцион стоит, то люди могут подумать, что он в принципе на работает, и дети пройдут мимо.

За один день работы, по его подсчетам, бензин удалось окупить, но остались еще затраты на дорогу, зарплату работникам и доставку оборудования:

— Только чтобы сюда приехать, еще двадцать тысяч потратил. Пока бензин отбили, но в плюс еще не вышли.

Со слов Виктора, аренда на главной площади Шушенского приемлемая, а вот на острове Отдыха на площадках фестиваля цена стала слишком высокой. В прошлом году, например, чтобы встать на острове, просили 30 тысяч рублей только за один день, так что в этот раз он туда даже не заявлялся. По информации NGS24.RU, в трапезной зоне на острове (то есть зоне, где продают еду — в палатках или фудтраках, например), в зависимости от типа площадки место стоит от 5000 до 35 тысяч за день.

Обычно в поездках Виктор ночует в своей фуре, которую описывает почти как небольшую квартиру. Однако грузовик к центру поселка не пустили, так что во время фестиваля предприниматель живет прямо на площади — в расставленной напротив администрации палатке.

На замечания корреспондентов, что всё это слегка напоминает бродячий цирк-шапито, Виктор признается, что раньше он и был циркачом — в Чите и Красноярске, а потом и в передвижном. Двенадцать лет он был артистом оригинального жанра, потом дрессировщиком: работал с медведями, обезьяной и змеями. Его жена — тоже бывшая циркачка: была акробаткой и исполняла уникальный, как говорит Виктор, трюк в жанре антипода — то есть жонглировала не руками, а ногами.

Сейчас семья занимается организацией праздников и анимацией, а младший сын помогает отцу на фестивалях: во время интервью парень сидел за кассой или усаживал детей в карусели. Старшие сыновья когда-то тоже работал вместе с ним, но со временем ушли из дела.

— Первое, что второй сын сказал: «Больше в эти игрушки нас не затягивай», — смеется Виктор. — Они устали, конечно, летом — это весь день на жаре, да и в целом зависишь от погоды.

Свой бизнес бывший циркач начинал с одной небольшой карусели, шести машинок и одного надувного батута. Все заработанные деньги сразу вкладывал обратно и расширялся, однако серьезный удар по делу в 2020 году нанесла пандемия.

— До пандемии у меня было четыре стационарные площадки в Абакане и три выездные бригады. Пандемия всё съела. Пришлось закрыть два детских центра, продать лазертаг, — говорит Виктор и поясняет, что теперь фестивали стали одним из важных источников дохода.

— Ой, какие вы красивые, давайте сделаю пару кадров, — молодой человек в докере заставляет остановиться идущую по острову Отдыха пару прохожих и фотографирует их. Показывает им результат и что-то говорит, но те, поглядев на экран камеры, решают идти дальше.

— Отказались фотографироваться, — объясняет корреспондентам снявший пару парень.

Такие молодые люди и девушки с фотоаппаратами организованно заполонили центр Красноярска года два назад. Они осыпают прохожих комплиментами, снимают, а после просят или даже требуют скинуть им деньги на карту в благодарность.

Парень в докере — один из таких фотографов. В «крае» (так иногда называют Красноярск жители небольших городов и поселков) он работает на проспекте Мира, а в Шушенское, как говорит, ему посоветовали приехать родители, потому что «там прикольно».

На «Мире Сибири» он один, живет в палаточном лагере. За первый день фестиваля парень, с его слов, заработал на фото около 10 тысяч рублей.

— Я не прошу денег за съемку, фиксированной цены нет, — объясняет он. — Просто говорю: если фотографии понравятся, можете меня поддержать. Будет приятно. <…> Если говорить объективно, такие фотографии стоят примерно три-четыре тысячи рублей… Но это для меня всё-таки больше хобби, чем заработок. Просто совмещаю приятное с полезным.

На главной площади Шушенского в одной из палаток Николай из Абакана торгует советской и не только атрибутикой. На нем футболка с Терминатором в ушанке и надписью «СССР». На его прилавке — значки, книги, бюсты, открытки, фарфор, предметы быта и десятки других вещей, связанных с советской и пост-советской историей. Среди застойных банкнот, например, есть купюры с лицом создателя финансовой пирамиды 1990-х Сергеем Мавроди.

— Ленин жив? — спрашиваем у Николая.

— Ленин всегда живой, Ленин всегда молодой, — отзывается он.

— А почему Ленина так мало? — смотрим на прилавок.

— А вы, наверное, в том шкафу в углу не заметили, там побольше… Ленина всегда было много.

— Иногда слишком.

Интерес к Ленину, по словам Николая, у людей сейчас есть, но «в последнее время больше спрос на Сталина». Покупатели берут буквально «всё, что связано со Сталиным»: бюсты, статуэтки, значки, книги и открытки.

— Да я и сам собираю Сталина, — говорит Николай.

— О, да ты сталинист, — вклинивается в беседу женщина в возрасте, рассматривавшая товар. — Я тоже сталинистка!

Николай объясняет нынешний спрос на Сталина тем, что тот был «единственным лидером государства XX века, который сам не воровал и другим не давал», а еще «радел за народ, а не олигархов, говоря современным языком».

— Актуальность его в том, что у нас сейчас огромный разрыв между богатыми и бедными. Среднего класса практически не осталось. Идет массовое уничтожение мелкого предпринимательства, — объясняет свою позицию Николай. — Я восемь лет назад в Абакане открывал свой комиссионный магазин и найти свободное помещение в центре было практически невозможно. А сейчас — каждый второй дом сдается в аренду. Люди закрываются.

Практически всё, что выложено в палатке, ему приносят сами хозяева вещей, поясняет происхождение товаров Николай.

— Кому-то досталось наследство, кому-то жалко выбрасывать старые вещи, кто-то расхламляет квартиру, — рассказывает коллекционер-продавец. — Мы практически всё принимаем. Даже лозунг есть: «Берем всё — деньги сразу». Никогда не знаешь, что окажется по-настоящему интересным.

Среди таких интересных предметов Николай называет небольшой, размером в два спичечных коробка, томик стихов Александра Пушкина 1887 года. Книга, по его словам, уникальна даже не годом издания, а дарственной надписью на ней: «Капитану Соколовскому от князя Толмачёва» — оба, как выяснилось, были участниками Крымской войны.

— Просто принесли мне в Абакане коробку старых книг, среди них оказался этот томик. А потом выяснилось, что это настоящий исторический артефакт, — вспомнил он. Книгу Николай продал за 5000 рублей.

Ну, и к слову о советском наследии. Шушенское во времена СССР было известно как место, где отбывал ссылку Владимир Ленин. Об этом и сейчас напоминают памятники, музеи, шалаш и таблички, на которых написано, чем любил заниматься конкретно в этом месте будущий вождь мирового пролетариата.

Самый колоритный из них — музей-заповедник: буквально сохраненная на главной площади деревня, включая два дома, в которых жил Ленин во время ссылки в конце XIX века. Сотрудница музея говорит NGS24.RU, что фестиваль «Мир Сибири» заметно увеличивает поток посетителей, но его посещают и без фестиваля.

— Мы вообще среди музеев на втором месте в крае по посещаемости [после краеведческого музея в Красноярске], — утверждает она.

По ее словам, каждый год музей-заповедник посещает до 300 тысяч человек. Приезжают со всей России и из-за рубежа — и «только с Антарктиды никого не было». В конце 2025 года в агентстве туризма говорили NGS24.RU, что планируют увеличить поток туристов в край из Китая в 180 раз. Одной из точек притяжения называли как раз Шушенское, потенциально интересное для жителей коммунистического КНР.

По словам женщины, китайцы и правда посещают музей-заповедник, хотя раньше туристов и из Китая, и из КНДР было больше — как и в целом иностранных туристов, оговаривается она. Китайцы, по ее мнению, «благоговейно», относятся к музею.

— Они очень уважительно относятся к Владимиру Ильичу. У них совершенно другое отношение: серьезные лица, никакого смеха, всё внимательно фотографируют, внимательно слушают, — описывает сотрудница музея.

За последние годы, отмечает она, российские посетители тоже начали менять отношение к Ленину.

— В девяностые и двухтысячные люди часто приезжали с негативным настроем, — обращает внимание сотрудница. — Могли прямо говорить, что Ленин во всем виноват. Сейчас такого почти нет. Наоборот, всё чаще слышишь: «Он всё-таки многое сделал, был достойным человеком». Какая-то переоценка ценностей происходит. Хотя приезжают самые разные люди и самых разных возрастов: есть коммунисты, есть сталинисты, есть те, кто Ленина совсем не любит.

Она считает, что туристов в Шушенское сегодня привлекает не только ленинская история, в музее развивают еще этнографическое направление. Но именно ленинское наследие, по ее мнению, сыграло решающую роль в судьбе Шушенского.

— Когда меня спрашивают, как я отношусь к Ленину, я обычно отвечаю: «Как можно относиться к главному работодателю?» Если честно, надо отдать ему должное. Посмотрите, сколько деревень вокруг вымерло. Без Ленина и Шушенского бы уже не было бы, скорее всего.