Анне Вески, советская и эстонская певица, заслуженная артистка Эстонской ССР: «Капитализм сделал популярной кабацкую музыку»

В восьмидесятые годы на отечественной эстраде наблюдалась самая настоящая прибалтийская «экспансия» (в хорошем смысле слова). Вспомнить хотя бы любимцев публики тех лет – Лайма Вайкуле, Раймонд Паулс, Тынис Мяги, Яак Йоала, рок-группы «Апельсин», «Мюзик-Сейф», «Рок-отель», «Витамин»… И уж, конечно, ни один «звездный» концерт не обходился без знаменитой эстонки Анне Вески. Говорят, что голос этой певицы настолько неподражаем, что его даже не берутся копировать пародисты. Веселая, жизнерадостная, удачливая, талантливая… Ее буквально носили на руках! Что изменилось с тех пор, чем занималась Анне Вески после распада Советского Союза и о том, какие песни из своего репертуара она считает «железной тройкой», певица рассказала в интервью нашему изданию. – Анне, давайте вспомним, с чего начался ваш музыкальный жизненный путь? – С того, что мама с папой, которые очень любили музыку, послали нас с братом учиться в музыкальную школу. В девятом классе брат взял меня в школьный вокально-инструментальный ансамбль поиграть на клавишных, а к окончанию школы я стала солисткой ансамбля. Кстати, мы были очень популярны в республике и летом ездили по городам с выступлениями. Анне Вески родилась 27 февраля 1956 года в городе Рапла Эстонской ССР. Там же она окончила музыкальную школу, после которой поступила в Таллинский политехнический институт. По окончании обучения была принята на работу в эстрадную студию при филармонии, где стала выступать с ансамблем «Мобиле». В 1979-1981 годах Анне Вески пела в составе группы «Витамин», а в 1982-1983 годах выступала с ансамблем «Мюзик Сейф». В конце 1983 года она вошла в состав ансамбля «Нэмо». В 1984 году на международном музыкальном фестивале в Сопоте Анне Вески получила две премии: за песню «Позади крутой поворот» и за лучшее исполнение польской песни «Полька». В 1986 году впервые выходит в финал фестиваля «Песня года». В начале 1990-х совместно с В. Довганем организовала пошив одежды из меха в Эстонии для продажи в Таллине и Москве. Певица замужем. Ее муж Бенно Бельчиков является ее администратором. У Анне Вески есть дочь Керли, которая в 2004-2007 годах работала консулом Эстонской Республики в Москве. – Но после школы вы почему-то поступили в Таллиннский политехнический институт... – Вы удивитесь, но мне было все равно, куда поступать учиться. К тому же я наивно полагала, что если, к примеру, закончу консерваторию, то обязательно стану учительницей музыки и проработаю в музыкальной школе всю свою жизнь. И если бы на последнем курсе института директор студклуба не привел меня на передачу о молодых исполнителях, которая называлась «Два такта вперед», и я не заняла на ней первое место, возможно, все сложилось бы иначе. – Тем не менее, институт вы закончили? – Да, и меня отправили на трехгодовую отработку помощником мастера на табачную фабрику. Но когда пришло время идти на эту фабрику, филармония написала письмо министру пищевой промышленности, которому подчинялась эта фабрика, с просьбой освободить меня от отработки. Министр оказался хорошим дядькой, он видел передачу с моим участием. Когда я пришла к нему, он сказал: «Вам, девушка, действительно лучше петь», и отпустил меня. Так что кроме филармонии я больше нигде в жизни не работала. – На международном фестивале в Сопоте вы победили с песней Игоря Саруханова «Позади крутой поворот». Он вам ее подарил? – Хотелось бы к Игорю подойти, расспросить и сравнить его версию с моей. Вообще у «Поворота» три автора, есть еще авторы слов – Анатолий Монастырев и его жена Ольга Писаржевская. Анатолий работал на ЦТ, а у меня почти не было русского репертуара, и он помог. Дал кассету – там парень какой-то играет эту песню. «Нравится?» – «Да вроде бы». – «Ну, бери». Я вернулась в Таллин, и мы с моими музыкантами эту песню записали. ТВ Эстонии каждый год снимало музыкальные фильмы для ЦТ. Очень, кстати, хорошо, красиво! И вот «Поворот» с Вески попал в «Утреннюю почту». После этого у меня были сольные выступления в Питере. Пою «Поворот» – народ в восторге, народу нравится, второй раз – хлопают… Третий – да что ж такое?! Сколько можно? Это был полный успех. А после концерта кто-то из работников дворца спорта рассказал: так ведь эту же песню поет группа «Круг», и их тоже хорошо принимают… Я всю жизнь пою эту песню. Игорю огромное спасибо! Это судьба. Так сложилось, что с этой песней народ меня узнал и узнает. – А кроме «Поворота»? Какую тройку вы считаете самой звездной в своем репертуаре? – «Поворот» – раз, «Возьми меня с собой» – два и «Радоваться жизни» – три. Железная тройка у Вески. – На своих концертах вы всегда поете живьем? – Да. Как-то я пробовала петь под фонограмму, и это было ужасно, потому что меня не покидало ощущение, что каждый сидящий в зале знает, что это не я пою, что это пленка. Мне было так стыдно, что я не знала, куда деваться, боялась даже смотреть в глаза зрителям, пришедшим на концерт. Потом я перестала это делать. – Вам легче петь на эстонском или на русском языке? – Мне все равно. Хотя все зависит от песни: есть песни чисто эстонские, а есть чисто русские. Но люди везде одинаково чувствуют, и смеются и плачут. – При обычном разговоре в вашей речи слышен гораздо бoльший акцент, чем в песнях... – Все правильно. Песни я уже до того заучила наизусть, что не могу ошибиться, слова сами из меня лезут. Может, это как-то связано с голосовыми связками. Говорят, те, кто заикаются, тоже поют без запинки. – В каком городе самая благодарная аудитория? – В любом. Ведь люди абсолютно добровольно принимают решение прийти на мой сольный концерт, значит, они меня любят. И неважно, где они живут – в Москве или в Питере, в Брянске или в Луганске – они все мои и они уже со мной. – Анне, а приходилось сталкиваться с неприятными проявлениями своей известности? – Сейчас расскажу. Как-то раз я вернулась с гастролей и узнала, что у моей мамы уже три дня живет какая-то девушка. Я спрашиваю: «Вы кто?» Она: «Как? Я же вам писала! Я приехала из Украины поступать в Таллинскую школу!» Она почему-то решила, что я должна ее... раскручивать. Не знаю, поступила она или нет: такая нахалка оказалась, что я ее выгнала. А один раз вообще вломился мужик из Свердловска. С полной авоськой вещей. Спрашиваю: «Вы кто?» Он: «Как? Ты что, меня не помнишь? Я же был на твоем концерте!» Я так и не поняла тогда, чего он хотел. – А что, на ваш взгляд, было хорошего и что плохого в СССР? – Главным плюсом было то, что все жили дружно и никто не думал о национальностях. Подумайте только: если бы я пела только в Эстонии, где, как вы знаете, населения немногим больше миллиона, была бы у меня такая популярность? Я и теперь стараюсь, чтобы во всех бывших республиках Союза меня не забыли. – Что вы думаете о конкурсе «Евровидение»? Почему в нем участвуют только «новички», никому не известные или малоизвестные артисты? Эта забава только для молодых? – Известным артистам в подобных конкурсах лучше не участвовать. В противном случае провал станет страшной психологической травмой, которая затянется нескоро, а возможно, и не затянется вообще. Наивно полагать, что чем лучше у тебя вокальные данные, тем больше шансов на победу. Не обязательно. Народ может выбрать такое, что профессиональное жюри никогда бы не выбрало. – Что вы вообще думаете о сегодняшнем шоу-бизнесе в России и Эстонии? – Нет ярких личностей. Нигде. Новые Аллы Пугачевы нигде не появляются. Новые Леонтьевы – тоже. Раньше артисты целиком и полностью зависели от редакторов передач, от худсовета, который решал, быть артисту или не быть. Мы сами пробивали дорогу, сами стояли на своих ногах, без спонсоров. Сегодня поют все, кому не лень. Станешь ты звездой или нет – зависит только от толщины твоего кошелька. Капитализм сделал популярной кабацкую музыку. Сегодня на сценах поют то, что раньше пели только в кабаках. Многим так сильно хочется публике понравиться, что они готовы с голой попой по сцене бегать и про секс петь. Сплошная пошлятина и никакого культурного развития. – В ваших словах слышатся нотки ностальгии… – Отнюдь. У меня нет ностальгии по прошлому. Но вместе с тем нет эйфории и от нынешнего времени. – Но ведь вы с Юрием Антоновым были первыми эстрадными артистами, которые выступили в Кремле еще до Горбачева! – О да! И те выступления были поистине смешными: все было под фонограмму, каждый шаг вымеривали, высчитывали – не дай Бог, чтобы кто-то чихнул. Вы не поверите, но даже ведущий объявлял артистов под фонограмму! – Наверное, за выступление в Кремле выплачивался баснословный гонорар? – Ошибаетесь. За выступление в Кремле артисту всего лишь говорили спасибо. Считалось, что он должен был быть просто счастлив уже тем, что он спел в Кремле. – Анне, раз уж заговорили о деньгах: как вы к ним относитесь? – Люблю деньги! – А тратите легко? – Конечно. Деньги для того и зарабатываются, чтобы тратить. – Говорят, что после распада Союза вы занялись бизнесом – продавали шубы? – Нам с Бенно предложили поучаствовать в этом бизнесе, и мы решили попробовать. Меха везли из Финляндии, а шубы шили по индивидуальному заказу в Эстонии. Но любым делом надо заниматься серьезно. Люди думали, что если они пришли в салон, то их будет встречать Анне Вески. А я просто вложила в дело свои деньги и редко там появлялась. А через какое-то время решила выйти из игры. – Но, насколько известно, вы снимаетесь в рекламе кухонной мебели и шуб? – Снимаюсь. И считаю это нормальным. Если тебе это предлагают, то значит, ты чего-то стоишь. Во всем мире этим занимаются артисты и спортсмены. – Анне, в российском шоу-бизнесе у вас есть друзья? – В России у меня есть друзья, но это не артисты. Как правило, артистам некогда дружить. – А как вы относитесь к светским тусовкам? Вы не светская львица? – Одно время я ходила на какие-то презентации и показы, но потом осознала, что все это бессмысленная потеря времени. Я и так всю жизнь была на виду и не нуждаюсь в том, чтобы еще раз показать себя за бесплатный бокал шампанского. – То есть вместо того, чтобы «засветиться» перед камерами, вы лучше побудете дома, с родными? – Да. Дома всегда лучше. Костер, мясо, хорошая компания – это самый большой праздник. У нас есть своя коптильня, огород. – В огороде что-то растет? – Самое необходимое – лук, салат, чеснок, клубника, картошка, помидоры, огурцы... Никакой нужды в этом нет, но все равно приятно говорить гостям, что это вот твоя редиска, а это твой салат… – Назовите свое любимое блюдо? – Я люблю очень салаты разные, копченого лосося, муж делает его на огне в фольге. – Кто готовит в вашей семье? – У нас разделение: я отвечаю за обыкновенные блюда, а Бенно – за праздничные. Он очень хорошо готовит, в сто раз лучше, чем я! – Что он еще делает лучше? – Он лучше водит машину. Вот я очень рассеянная. Лучше, чтобы таких, как я, за рулем было бы меньше! – Какие-то другие свои недостатки кроме рассеянности можете назвать? – Я медлительная. Кроме сцены. Как тот финн, у которого все черепахи сбежали. Пока я что-то сделаю, муж десять раз это сделает. Зато, если меня не подгонять, я сделаю лучше. Терпеть не могу, когда заставляют или стоят над душой. – Анне, ну и напоследок скажите: в чем секрет вечной молодости? Ведь вы не меняетесь и всегда так чудесно выглядите! – Секрет прост: нужно жить и радоваться жизни. Нужно уметь превращать плохое настроение в хорошее. Нужно следить за собой и любить свою работу. Я получаю кайф от своего дела. И поэтому счастлива.