«В меня бросали камни, обмазывали грязью». Студент рассказал, как травля в школе «подарила» ему панические атаки

Жертвы так называемого буллинга долгие годы страдают от унижений и издевательств со стороны сверстников. Валерию (имя изменено. — Прим. ред.) сейчас 22 года. После пережитого в школе его много лет преследовали панические атаки. Он уходил в запои, замыкался в себе и долго не мог ничего с этим сделать. Парень откровенно рассказал E1.RU, как ему удалось справиться со своими проблемами, не ответив обществу злом. Учителя называли тупым, а дети смеялись Еще ребенком Валере не удавалось находить общий язык со сверстниками. В детском саду он постоянно проводил время в одиночестве. Воспитатели не пытались помочь мальчику влиться в коллектив, списывая проблему на его замкнутость. Когда Валера пошел в первый класс, его преследовал страх, что там всё будет еще хуже, чем в садике. Это чувство его не подвело. — В первый же день я не смог ни с кем заговорить, хотя очень надеялся, что найду в школе друзей, с которыми будет интересно. Но я ошибался. На самом деле впереди меня ожидал только кошмар, — вспоминает юноша. Из-за неуспеваемости мальчику доставалось как от родителей, так и в школе. Любая неудача становилась поводом для насмешек и унижений. — Когда я получал двойки или чего-то не понимал, учителя обзывали при всех тупым или дегенератом, а дети дальше подхватывали, — вспоминает Валерий. — Не пойти в школу для меня было каким-то праздником. Я часто просыпался в слезах от одной мысли, что нужно снова тащиться в этот гадюшник. Родители иногда приходили и заступались за меня в школу, но всё это было бесполезно. В основном они говорили, что если меня унижают и никто не дружит со мной, то проблема во мне. Это трогало меня еще больше. Играл на компе по 10 часов в день Став старше, Валера столкнулся уже с физическим насилием. Единственную отдушину он находил в компьютерных играх. — В подростковом возрасте унижения приобрели более жесткую форму. Я мог просто идти по школе, а сзади шел одноклассник и запинывал. На улице в меня летели камни, а один раз, когда возвращался домой, один парень набрал в руку какой-то грязи и обмазал мое лицо, — вспоминает парень. — Я не занимался никаким спортом, ответить силой не мог. В школу приходил и никогда никого не трогал. Садился за последнюю парту и хотел поскорее уйти. Потом приходил домой после этого ада и проводил за играми часов по десять. А потом пришли панические атаки Ежедневные унижения и жизнь в страхе привели к проблемам со здоровьем. В 13 лет у Валеры случилась первая паническая атака во время отдыха на даче. — Я вышел из дома. Светило яркое солнце. Я почувствовал внезапный страх, в глазах потемнело, голова закружилась, сердце забилось нереально быстро и будто бы сжималось, — вспоминает он. — Такое состояние можно спутать с инфарктом. После этого панические атаки преследовали меня регулярно. Часто они случались в транспорте или в местах, где очень людно. Окончив школу, Валера решил поступать в театральный, но принять его могли только платно, поэтому пришлось пойти учиться на экономиста. В студенческом общежитии он нашел себе компанию. — Ребята показались мне прикольными. Мы весело проводили время. Я постепенно стал забывать о школьном ужасе. Там же я познакомился с девушкой. Вроде как всё стало налаживаться, но панические атаки всё равно продолжались, хоть и не такие острые. Я стал наблюдаться у психиатра. Буйная студенческая жизнь продолжалась год. Валера стал понимать, что чувствует себя не на своем месте. Стремления к творчеству не покидали его. — Меня бросила девушка. Это больно ударило по мне, и все школьные переживания будто снова нахлынули. Началась хроническая депрессия. Я почувствовал, что просто-напросто теряю время с этими людьми, в этом вузе, — объясняет юноша. — Если в школе я отвлекался от волнений, играя в компьютер, то теперь я стал уходить в запои. Панические атаки обострились, и я стал сидеть на антидепрессантах. Учиться на экономиста в итоге я не смог и выбрал творческое направление — режиссер телевидения. На втором курсе Валера познакомился со своими будущими друзьями. Он всерьез увлекся музыкой, стал заниматься игрой на гитаре, снимать короткометражные фильмы, делать интервью. — Я наконец-то нашел людей, с которыми мне комфортно, с которыми есть общие интересы, общие творческие представления и цели. Дома я стал писать стихи, подбирать гитарные мелодии, а с друзьями мы постоянно создавали творческие проекты. Впервые в жизни мне стало на долгое время комфортно и интересно находиться с людьми. «Ты должен сам всё решать! Зачем ты ябедничаешь?» Специалисты различают три основные формы травли: физическая — когда ребенка избивают, запирают в помещении, портят его вещи; вербальная — словесное унижение, оскорбления, присвоение обидных кличек; социальная изоляция — когда дети не хотят общаться и сидеть за одной партой. Причиняя физический вред или доставляя моральные страдания, обидчики получают удовольствие. — К сожалению, последствия буллинга могут продолжаться у пострадавшего всю жизнь, превращая ее в ряд сплошных испытаний на прочность, — рассказывает школьный психолог Татьяна Дёмина. Когда ученик подвергался школьному буллингу неоднократно и на протяжении длительного времени, у него может развиться серьезная психическая проблема — так называемое посттравматическое стрессовое расстройство (ПТСР). Оно может провоцировать и панические атаки. В таких случаях необходимо обращаться к специалистам. Зачастую взрослые не знают, что делать, когда их сын или дочь становится объектом травли, а иногда вообще не догадываются, что происходит с ребенком в школе. — Многие родители считают, что с такой проблемой ребенку нужно справиться самостоятельно: «Ты должен сам всё решать! Зачем ты ябедничаешь?» или: «А ты постарайся заслужить симпатию у обидчика, договорись с ним», «Ну, не обращай внимания, тогда он от тебя отстанет», «Ты сам виноват, с тобой что-то не так. Ищи причину в себе», — приводит примеры психолог. — А отцы вообще любят посоветовать: «Дай отпор. Будь сильным». Они просто не понимают, что у ребенка уже нет сил противостоять этому напору. Его необходимо научить просить помощи у значимых взрослых: педагогов, родителей. По словам эксперта, стоит различать конфликт и буллинг. Если конфликт — это нормальная динамика развития группы, то буллинг — это ее патология. Разрешить его невозможно — только прекратить. Обидчики и обиженные Чаще всего жертвами буллинга становятся дети с какими-то особенностями, неуверенные в себе. — Взрослым необходимо понимать, что неуверенность — это распространенная особенность детской психики. Ребенок зависим от мнения других в большей степени, чем от своего собственного, — объясняет Татьяна Дёмина. — Спокойные, уверенные в себе родители, не ждущие от ребенка моментальных сверхдостижений, с пониманием относящиеся к его успехам и неудачам — вот залог развития адекватной самооценки. В свою очередь, буллерами (обидчиками) могут выступать дети, которые очень хотят добиться лидерских позиций в коллективе, оказаться на первых ролях. К сожалению, они не умеют достичь этого социально приемлемыми способами, например благодаря успехам в учебе или спорте. — Очень часто агрессорами становятся дети, над которыми родители совершают какое-то насилие. Отыгрываясь на сверстниках, ребенок снимает свое напряжение. Буллерами могут стать и дети с генетически повышенным уровнем агрессии, — считает психолог. — Когда группа детей издевается над ребенком, эффективнее всего будет вмешаться, сразу спокойно и твердо объяснить нападающим, что агрессия недопустима, что это правило, и поддержать жертву. Буллинг оставляет глубокий след Даже через много лет жертвы травли рассказывают об очень болезненных переживаниях. Чтобы помочь с ними справиться, ребенку необходимо оказывать помощь. — Пока взрослые не начнут реагировать и вмешиваться в ситуации травли, ничего не изменится, и последствия могут быть катастрофическими. Это и увеличение количества суицидов среди детей, не выдержавших психологического давления, и защитное агрессивное поведение с их стороны, которое может привести к травме другого ребенка. Но даже если этого удается избежать, ситуация требует вмешательства специалистов, потому что буллинг может иметь тяжелые и болезненные последствия, — резюмировала Татьяна Дёмина. Прочитайте также, что о феномене школьного буллинга говорят учителя, юристы и сами агрессоры. А еще мы спросили у лучшего психолога России, как эффективно противостоять подростковой агрессии. Самые распространенные вопросы о школьной травле и ответы на них также есть в удобном формате карточек.