В Красноярске последние 30 лет интенсивно меняются погода и климат

В начале ноября Всемирная метеорологическая организация заявила в своем докладе, что период с 2011-го по 2020 годы был самым жарким за всю историю наблюдений. Показатели сравнивали с так называемым доиндустриальным периодом 1850–1900 годов. В среднем температура увеличилась всего на 1,15 градуса. Однако даже такое, на первый взгляд, незначительное повышение, по мнению членов организации, привело к экстремальной жаре, засухе и наводнениях во многих странах. А что в Сибири? Мы пообщались с учеными, метеорологами и экологами, чтобы разобраться, как изменения климата влияют на Красноярск и его окрестности. Климат реально изменился? Без статистики тут никак. Поэтому мы обратились к метеорологам. Регулярные и непрерывные наблюдения за метеорологическими характеристиками в Красноярске проводятся с 1914 года. Это делалось и раньше, правда, методы и приборы использовали другие. Поэтому те данные специалисты полноценно использовать не могут. По словам начальника Гидрометцентра ФГБУ «Среднесибирское УГМС» Ивана Гордеева, в последние 30 лет точно стало теплее. Особенно отличился период начала 2010-х годов. — Если взглянуть на более чем вековой ход средней годовой температуры воздуха, представленной в отклонениях от еще недавно применяемой климатической нормы, средних значений, рассчитанных за базовый климатический период 1961–1990 годов, то генеральная тенденция на потепление сложно оспорима. Наблюдается тенденция к повышению температуры в среднем на 0,2 ºС в 10 лет. Первая десятка наиболее теплых лет приходится на период с 1990-го по 2022 год. Рекордные значения обновляются довольно часто. Наиболее теплым в Красноярске был 2020 год, который побил предыдущий рекорд 2015 года. Если же оценивать, насколько синхронно потепление в Красноярске с общемировым [исходя из оценок доклада Всемирной метеорологической организации], то можно однозначно говорить об общепланетарном тренде. В городе период 2015–2022 года, вероятно, станет первым или вторым в ряду самых теплых с 1914 года. Сейчас рекордсменом является период 2013–2020 годов, — рассказывает начальник Гидрометцентра ФГБУ «Среднесибирское УГМС» Иван Гордеев. Каждые 30 лет меняются и сами климатические нормы, исходя из которых синоптики делают выводы. Это значит, что та погода, которая сейчас считается обычной, в будущем таковой считаться уже не будет. — Норма средней годовой температуры повысилась на 1,1 ºС. Температура в последние 20–30 лет колеблется относительно некоего среднего значения, ставшего для нас нормой. А предыдущий период оказался значительно холоднее нынешнего. Есть все предпосылки полагать, что тот режим, что сложился в последние десятилетия в Сибири, также спустя время будет восприниматься следующим поколением как весьма холодный. Изменчивость среднесезонных значений температуры воздуха календарной зимой и летом также характеризуется тенденцией на потепление, только потепление зим происходит более чем в 3 раза интенсивнее, чем летних сезонов. Самое теплое лето наблюдалось совсем недавно, в 2016 году. Характерным отличием летних сезонов является не экстремальность, а устойчивость к потеплению. С 1990 года все летние сезоны в городе, за исключением 1992-го и 1997 годов, были теплее среднего значения за предыдущий базовый климатический период с 1961-го по 1990 год, — говорит Иван Гордеев. Из-за климатических изменений смещаются даже времена года. Никого уже не удивляет теплая зима. Климат становится более влажным. Учитывая, что становится теплее, процесс это естественный. Например, в октябре средняя температура в крае была выше нормы на 2–6 градусов. Аномально теплой была третья декада октября, особенно поблизости от бассейна Енисея. Там средняя температура воздуха была на 5–8 градусов выше нормы. — Что касается режима увлажненности, то анализ многолетнего хода годовых сумм осадков в городе указывает на рост количества осадков в последнее тридцатилетие со скоростью около 10 миллиметров в 10 лет. В предыдущем базовом климатическом периоде с 1961-го по 1990 годы нормальным для города было годовое количество осадков, равное 477 миллиметрам. При переходе на новый климатический период осреднения с 1991-го по 2020 годы норма годовой суммы осадков повышена до 506 миллиметров. Изменчивость сезонных сумм осадков за календарную зиму и лето различна, в зимний сезон наблюдается тенденция на увеличение количества осадков, а в летний период тенденции не прослеживается, — подытожил Иван Гордеев. Климат меняет растительность Самыми чувствительными к изменению температуры оказались, как ни странно, закаленные резко континентальным климатом сибирские растения. Уже несколько лет кедр и пихта в наших широтах массово гибнут. За 20 лет, по данным ученых Красноярского научного центра Российской академии наук, площадь погибших пихтовых и кедровых древостоев составила 4 и 7,5% от общей. Причин две: изменение климата и вредители. Причем вторая — следствие первой. Интересно, что, начиная с 1970-х, потепление климата стимулировало прирост деревьев. Правда, дальше возрастание температуры привело к обратному эффекту. Благодаря этому развелись жуки-короеды, особенно уссурийский полиграф, от которого страдает большинство кедров и пихт национального парка «Столбы». Этому есть свое объяснение. — Если говорить о наших видах, это сибирская пихта, кедр — это очень влаголюбивые виды. Им для оптимума нужно 800–1000 миллиметров осадков, 600 — это уже мало. Уровень осадков у нас примерно один и тот же. Где-то выше, где-то ниже, но явных трендов нет. А вот температура возрастает, значит, возрастают испарения. Это значит, что меньшая часть влаги, нежели ранее, дойдет до растений. Возрастает количество того, что уходит в атмосферу, потому что большая испаряемость. Кроме того, усилились периоды острых засух. Значение влажности уходит ниже среднегодовой нормы. Такие периоды особо опасны для темнохвойных. Их иммунная защита ослабевает. Поэтому эти засушливые периоды способствуют массовому размножению вредителей. Не только потому что кедр ослабевает, а потому что такие условия благоприятны для размножения, — рассказывает доктор биологических наук, заведующий лабораторией мониторинга леса Института леса имени Сукачева Вячеслав Харук. Факт в том, что родина уссурийского полиграфа от вредителя страдает, однако до масштабов эпидемии не доходит. Проблемы с вредителем появились в начале 2000-х в Омской области. К нам полиграф добрался во второй декаде этого столетия. Опять же, причина в климате — на Дальнем Востоке выше влажность и ситуация более стабильная. Состав растительного мира меняется не только в Сибири. По словам специалистов, планетарные изменения климата уже отложили свой отпечаток не только на тайге, но и на лесах Европы. — Усыхание хвойных наблюдается не только в России. На громадных площадях усохло, в Беларуси усохло, в Германии та же самая проблема, в Испании, в Италии. Хвойные, не только влаголюбивые, но и сосны, достаточно устойчивые, они тоже усыхают, миллионы гектаров. Это часть общего феномена усыхания хвойных в ареальной зоне, в северных широтах, — говорит доктор биологических наук, заведующий лабораторией мониторинга леса Института леса имени Сукачева Вячеслав Харук. Однако проблема обезлесения в крае пока не стоит. Растительный мир — это саморегулирующаяся система. На место одних видов приходят другие. Поэтому пока наблюдается процесс, когда вместо страдающих от уменьшения влажности пихты и кедра появляются другие деревья. — Поскольку влагообеспечение становится всё ниже и ниже, особенно это ощущается в переходных зонах, на юге края, там происходит сужение ареала пихты и кедра в низкогорьях. Потепление климата стимулирует продвижение туда, где раньше было слишком холодно для роста этих пород. Они идут в горы, там стало теплее. Первой идет лиственница, потом — кедр и пихта. Они начинают занимать ту зону, расти там, где их раньше не было. Им стало там возможно расти. Кедры продвигаются в зону доминирования лиственниц, лиственница идет на север. А с юга поджимают степи, там ослабляется кедр, там массовое падение кедра, особенно старовозрастного. Им на смену придут другие виды, более засухоустойчивые, это лиственница. Из наших пород она наиболее засухоустойчивая. Несмотря на всё, по последним данным, продуктивность лесов России возрастает, потому что климат становится теплее. Это не обязательно значит, что там, где вырубили сосну, там сосна вырастет. Там могут расти и осины, и березы, что происходит часто, кустарники в том числе, — высказывает Вячеслав Харук. Однако и изменение видового состава леса — это не навсегда. По мнению специалистов, даже после атаки полиграфа есть шанс, что страдающие от него деревья снова будут расти в своем привычном ареале обитания. — Обычно после паразитов начинают расти береза и осина, а под их пологом возобновляются темнохвойные. Материнский полог смягчает влияние на подрост. Темнохвойные могут расти 50 и 70 лет под пологом, потом они будут сменять тех, кто вырос до них. В обозримом будущем, это десятилетия, наши «Столбы» без пихты не останутся. Подрост пихты, как говорят лесоведы, он — благонадежный. Если не будет засух, даст хороший верхний полог, — дает свой прогноз доктор биологических наук Вячеслав Харук. Теплый климат = плохая экология Экологическая обстановка также будет меняться вслед за климатом. Неочевидная на первый взгляд связь подмечена специалистами сравнительно недавно. Например, проблема обмеления Енисея напрямую может повлиять на качество воздуха уже этой зимой, считают экологи. — Конечно, это всё влияет, как хорошо, так и плохо. Хорошо, что теплеет, середина ноября, а снега нет. А плохо, что уровень воды в Енисее снижается, с каждым годом будет ниже и ниже, значит, чтобы вырабатывать электроэнергию, необходимо будет сжигать больше угля на ТЭЦ. Изменение климата потянет за собой череду негативных последствий, связанных с ухудшением качества воздуха. Это всё будет влиять на ветра, в части формирования НМУ это естественно скажется. НМУ будет чаще, — рассказывает эколог Павел Гудовский. На качестве воздуха могут сказаться не только выбросы в атмосферу. Из-за потепления возникают новые проблемы. По мнению экологов, уже сегодня нужно менять подходы к хранению мусора. Иначе на красноярский воздух будут влиять не только заводы, автомобили и котельные. — Это сказывается и на процессе обращения с отходами. При заморозках все процессы замедляются, и этот газ, который образуется, когда биологические отходы перегнивают, меньше выделяется. Чем теплее, тем этот процесс будет происходить быстрее. Так как наши полигоны предусмотрены под сибирские условия, которые были раньше, то это может оказаться катастрофой, будет выделяться метан. Метан затем преобразуется в формальдегид, — перечисляет эколог Павел Гудовский. Разрабатывать новые стратегии переработки и хранения отходов нужно уже сегодня. Иначе в ближайшем будущем можно столкнуться с проблемой, решить которую просто не получится. — Никто же не мог предсказать потепления, в этой части огромная дыра. Плюсов не будет, если ничего не менять и к этому не готовиться. Всё регулирование с опасными отходами, выбросами — это всё нужно пересмотреть и переделать. В крае мы с предыдущими климатическими условиями не можем разобраться, сейчас усугубляется вопрос, потому что с нуля нужно всё менять, — считает эколог Павел Гудовский. Похолодание вместо потепления Однако российские ученые не бьют в набат. Климат на планете менялся непрерывно. Насколько нынешняя ситуация необычна, сказать сложно. В целом это естественный процесс, который в ближайшей перспективе не окажет на Сибирь чересчур пагубного влияния, считают климатологи. Чего не скажешь о некоторых других странах. — Считается, что при таких показателях с некоторой долей вероятности мы прошли точку невозврата, и если изменения климата обусловлены антропогенными выбросами углерода, которые обеспечивает человек, то вернуться к показателям 30-летней давности не получится. Для Сибири это не так актуально, это касается многих других регионов на небольшом возвышении от уровня моря. Наблюдается повышение уровня Мирового океана. Для европейских стран это определенные риски. Не столько рост температуры, сколько увеличение испаряемости. При росте температуры возникает дефицит воды. В Испании это катастрофа, сокращается запас надземных и подземных вод. Есть прогноз, что при таком темпе роста температур в ближайшие 20–30 лет только самые устойчивые к засухе сорта можно будет выращивать, например апельсин. Те регионы, которые находятся в предгорных районах Центральной и Средней Азии, у них реки питаются от ледников и от снежников, они за зиму накапливаются. Если у них произойдет уменьшение запаса снега из-за иссушения климата, то вести сельское хозяйство будет невозможно. Это вопрос денег — разрабатывать подземные воды, гидропонические технологии, — считает кандидат географических наук, директор Института экологии и географии СФУ Руслан Шарафутдинов. В части изменения климата у России, как и во многом другом, свой особый путь. — Скорость роста среднегодовой температуры на территории Российской Федерации после середины 1970-х значительно превышает среднюю по земному шару. Последнее десятилетие действительно имеет все шансы стать самым теплым за всю историю метеонаблюдений. Однако территория России огромна, а для климатических изменений характерна пространственная и сезонная неоднородность. Так, быстрее всего температура росла в Арктике. Однако в 2021 году летняя температура воздуха в морской Арктике понизилась на 0,7 °С относительно 2020 года, а площадь, занятая льдом в сентябре, выросла на 26%. С большой долей вероятности в ближайшее десятилетие Сибирь ждет снижение темпов потепления. Однако территория Сибири тоже огромна, и ожидаемые изменения не везде будут одинаковы. На юге Сибири на фоне роста температур чаще будут наблюдаться засухи, что негативно отразится на потере урожаев. А вот в центральных районах Красноярского края значительных проблем для сельского хозяйства в обозримом будущем не предвидится, засухи чаще, чем обычно, не ожидаются. И наоборот, относительно растянувшееся лето и теплые сухие осенние месяцы будут способствовать хорошим урожаям, — рассказывает Руслан Шарафутдинов. Есть и негативные прогнозы. Климатические изменения могут сказаться на логистике, особенно в северных районах края. — В зимние месяцы сибиряки чаще будут наблюдать оттепели. Повышение зимней температуры скажется на толщине льда на реках и озерах, продолжительности ледостава. Это окажет влияние не только на водные экосистемы, но может отразиться и на жизни людей. В частности, немного сократится период безопасной эксплуатации ледовых переправ. Ожидаемые последствия ярко демонстрирует ситуация, сложившаяся в Красноярском крае в декабре 2019 года, когда, в силу теплой погоды, замерзшая река Енисей в районе села Ярцева вскрылась, разрушив ледовую переправу. Уменьшение максимальной толщины льда на реках Красноярского края коснется в первую очередь районов, расположенных между 56-й и 62-й широтами, — прогнозирует кандидат географических наук Руслан Шарафутдинов. В субтропическом поясе красноярцы будущего жить не будут, однако постепенные изменения дадут о себе знать. В далекой перспективе нас будет ждать не потепление, а похолодание. — В ближайшие тысячелетия этого не произойдет. Хотя границы природных зон будут понемногу смещаться. Северная тайга постепенно продвигается на север, наступая на тундру. Эта тенденция будет развиваться. Аналогичная картина будет наблюдаться в горных районах, леса будут подниматься на те высотные отметки, где 100 лет назад их было не встретить. В принципе, всё то же самое в Сибири мы бы могли наблюдать около 7 тысяч лет назад, когда климат был теплее современного. А вот через 20–30 тысяч лет наши потомки увидят начало нового ледникового периода. 7 тысяч лет назад зимние температуры были выше современных на 3–7 °C, а летние — на 2–6 °C. Те виды животных и растений, которые мы видим вокруг нас, включая полярных медведей, предыдущее потепление прекрасно пережили. А в наше время более актуален вопрос, все ли компоненты экосистем переживут встречу с человеком и результатами его жизнедеятельности. Влияние человека бьет по экосистемам сильнее, чем климатические изменения, — говорит Руслан Шарафутдинов. По мнению Шарафутдинова, выработать какую-то стратегию, чтобы подготовиться к климатическим изменениям, не получится. Для этого просто нет средств. — Выделяют деньги на написание статей, на публикации, проведение конференций, на различные мероприятия, поддерживают предприятия, которые говорят: «Мы зеленые, мы вместе с вами». А что должен Красноярский край сделать, если нам завтра будет достоверно известно, что зимние ледовые переправы на 40 реках будут служить гораздо меньше? Через каждую реку мост построить? Вы представляете, какие это ресурсы? Значит, ничего особо не сделать, — резюмирует Руслан Шарафутдинов. Пять лет назад красноярские ученые пришли к выводу, что к 2080 году Сибирь станет комфортным местом для жизни. На основании многолетних наблюдений они прогнозируют, что средняя температура вырастет зимой на 9 градусов, а летом — на 6 градусов. Благодаря изменению условий население Красноярска может вырасти в 3 раза.