Красноярцы рассказали самые человечные истории из жизни четвероногих

Редакция NGS24.RU собрала несколько потрясающих историй про четвероногих. Они даже не про домашних животных, а про то, как люди не жалея сил, времени и денег спасали жизнь питомцев. Как своих самых близких существ. Таких людей нам надо больше. Хочу, чтобы ей повезло сейчас Юлия Жемер, ветеринарный врач клиники «Центровет»: — Моя история про кошку Веру. Как-то утром к нам в клинику приходит мужчина ставит открытую коробку и говорит: «С вами свяжутся». И спокойно уходит. В коробке оказалась кошка. Грязная, худая, еле дышит, на брюшной полости открытая рана — просто живой труп. Мы, конечно, схватили ее, давай спасать: греть, капать, обрабатывать раны. В общем, проходит часов шесть, как она у меня лежит. Я без особой надежды, что она вообще выживет, потому что очень тяжелая была, невероятно. Я подхожу через какое-то время к клетке, она там, понятно, на двух катетерах, капельнице, меряем давление, меряем температуру. От неё там несколько врачей не отходят в интенсивной терапии. Я подхожу и вижу, что она держит голову и смотрит прямо на меня. Я смотрю на неё, она на меня. У нас такой контакт. Я понимаю, что она мне сообщает: «Я хочу жить. Я вылезу из этой беды». Несу ей корм. Подаю. И она у меня ест из рук так жадно, с такой жаждой жизни. Я на нее смотрю, думаю: «Да мы с тобой еще поборемся, моя хорошая, я тебя вытащу». Так и получилось. Два месяца она у меня лежала. Мы ее оперировали. У нее было много повреждений, сильная инфекция. Она была на грани. Я чувствовала, что близка к отчаянию, перебирала разные протоколы лекарств. Эта кошка боролась, несмотря ни на что. Ее назвали Вера, именно потому что все верили — она выживет. Кстати, спустя время мне позвонила девушка, которая ее нашла. Невероятная она, конечно, абсолютно. Ей кто-то сообщил, что есть животное, лежит в канаве, и им никто не интересуется. И она поехала ее спасать. Вот забрала, попросила мужчину отвезти ее к нам в клинику. Сама потом позже приехала, все про нее рассказала. Она обнаружила, что у этой кошки увеличены молочные железы, что у нее котята, она долго искала этих котят. И нашла. Они были где-то на чердаке, трое котят, которые очень сильно на эту кошку похожи. Она их тоже спасла, выкормила. Им было около четырех недель. Эти котята сидели в приюте, пока я Веру спасала. Кошка была абсолютно классной, адекватной, социализированной. Никогда не реагировала агрессией на любые манипуляции. Несмотря на то, что за два месяца мы ее затыкали иголками, этими капельницами. Она все так стоически переносила. Была невероятно обаятельная и очень благодарная. И ее забрали. Я думала, что ей нашли владельца. А через какое-то время узнала, что она живет в приюте. И мне стало ее жалко. Это кошка не должна была больше никогда сидеть в клетке. Она и так два месяца посидела взаперти в клинике, в интенсивной терапии. И я позвонила своей сестре-близнецу Марии. У них как раз несколько месяцев назад скончалась их кошка. И я сказала, что пора брать другую. У меня есть просто великолепный экземпляр. Ей очень в жизни не повезло. Я хочу, чтобы ей повезло сейчас. И они поехали посмотреть Веру и забрали ее домой. Когда она узнала, что у нее были котята, собралась забрать и их. Но двоих уже пристроили. Третьего увезла к себе. Пришлось увеличивать площадь жилья ради него Дарья Бакирова, хозяйка акиту: — У меня история простая. Пять лет назад мы с мужем на последние накопленные деньги купили у заводчика щенка породы акиту. Назвали Джеф. Привезли его в квартиру в 12 квадратов. Наш малыш начал расти, квартира стала очень маленькая, пришлось увеличивать площадь жилья ради него. Потом купили машину больше, потому что ему также не хватало места в прежней. Затем, когда ему исполнилось три года, решили, что и квартиры маловато. Взяли ипотеку на дом. Все было хорошо, но год назад Джеф начал постоянно болеть. И около года мы возили его по разным клиникам. Он лежал в стационарах. Ему там, наверное, миллион уколов поставили, сотни каких-то таблеток. Ничего не помогало. Мы были на грани отчаяния. Но нам повезло с очередным ветеринаром. После анализов она поставила диагноз: синдром Аддисона (эндокринное заболевание у собак — Прим. Ред.) И буквально месяц вот этого лечения и всё. Он у нас пополнел, поздоровел, сейчас счастливый, довольный. И мы все радостные. А так как мы с мужем постоянно на работе то, чтобы он не скучал взяли ему кошку. Носятся теперь вместе. Мы купили коляску, он бегал на передних лапах Кристина Романович, владелица собак: — У меня был пес Арли, метис лабрадора и французского бульдога. Когда я была студенткой и снимала квартиру, его щенком мне подбросили под дверь. Рос он очень умненьким ребенком, постоянно ходили с ним на проверку к ветеринарам. Все у нас было хорошо: активный, жизнерадостный, добрый пес. Настолько человечный — я никогда больше таких животных не встречала, хотя сейчас у меня четыре подобранные на улице собаки. Когда ему было семь лет, заметила, что он начал хромать. Повели к нашему ветеринару, оказалось, что у него неоперабельная опухоль в позвоночнике. В итоге у Арли отказали задние ножки, но мы купили коляску, он бегал на передних лапах. Жил полной жизнью, ездил с нами в Хакасию на озера, плавал в воде, чтобы расслаблять тонус мышц. Поэтому я считаю, что у него была хорошая жизнь, даже с отказанными ножками. По истечению еще года у него отказали и передние лапы, то есть он стал полностью лежачим. Но мы продолжали брать его с собой в путешествия, ездили с нами на Беле, на другие озера, возили его в гамаке. Ему нравилось. Замечу, что за всю его жизнь у него не было ни одной пролежни, ему постоянно делали массажи. И он боли не чувствовал. Когда ему было 13 лет, мы поехали отдыхать также на озера. Ничего не предвещало беды: он плавал в воде на матрасиках. И так случилось, что в 4 утра он просто начал плакать и кричать. У него начались осложнения, связанные с мочевым пузырем. Естественно, я его уложила в машину и по газам. Добрались до клиники, слезно умоляли помочь. Арли был в тяжелейшем состоянии. Предположительно, тогда было сказано, что разрыв мочевого. Но я сразу сказала, что мы его спасаем до последнего. И вот его забрали на стационар, и, практически, четверо суток находилась в неведении, потому что он был в крайне тяжелом состоянии, у него постоянно откачивали кровь. Ему шесть часов делали операцию, собирали мочевой. Это были самые страшные часы в моей жизни. Но потом меня обрадовали, что он будет жить. Он пришел в себя. Он начал сам даже кушать. Жизнь нормализовалась. И еще полгода мы прожили просто счастливо. Мы покупали Арли новые игрушки, и он был счастлив, потому что даже обездвиженный, любил играть. А там уже возраст взял свое. В 14 лет его не стало. Серафиму срочно понадобилось переливание крови Анастасия, владелица кота Серафима: — Моему коту Серафиму в феврале делали операцию из-за камней в мочевом пузыре. Все прошло хорошо, но вечером его начало рвать, повезли его в дневной стационар. Пока ехали, он сильно плакал и кричал, хотя обычно спокойно все переносил. Я когда вышла из клиники тоже расплакалась, словно должно было произойти что-то очень плохое. Потом мне звонит ветеринар, говорит, что коту очень плохо, у него падает белок. И мы с мамой срочно бросились искать альбумин. Каким-то чудом его отыскали. Серафима прокапали. Ему стало лучше. Но это длилось недолго, к вечеру его состояние резко ухудшилось. Серафиму срочно понадобилось переливание крови. У меня подруга привезла своего кота, и ветврачи сделали переливание. И потом его приходилось делать еще два раза. Выхаживали его в течение месяца. Показатели то улучшались, то снова резко падали. В конце концов врач предложила сделать операцию по вскрытию брюшной полости. В общем, операция показала, что у кота была язва. Месяц мы пролежали в стационаре. Нам доктор присылала фотографии, как Серафиму нашли лежанку, которая ему понравилась. Потому что он там немного буянил: выбрасывал плед, как-то пытался украсть подстилку у соседа. Научился сам открывать дверь и выходил гулять, наводил везде свой порядок. Все уже шутили, что новый начальник в клинике, свой, маленький. Лечение прошло хорошо. Серафима выписали в стабильном состоянии. Сейчас мы ездим почти каждый месяц делаем УЗИ и смотрим анализы крови. Он кушает, активно играет, а у него обросло уже пузико, потому что перед операцией там все сбривали. И, конечно, для меня важно отметить не только профессионализм огромный доктора, но еще и какую-то безграничную человечность именно по отношению к хозяевам. Потому что я могла задавать любые вопросы, даже очень глупые, очень дурацкие. И она всегда отвечала в любое время и всегда готова была пойти на встречу и поддерживала именно нас, как хозяев. Относилась максимально бережно. Это, конечно, потрясающе.