Полторы тысячи случаев в год, единицы — в новостях: сколько детей покусали собаки в Красноярском крае

Бродячие и хозяйские собаки в Красноярском крае за 2025 год покусали 1 561 ребенка в возрасте до 17 лет. Всего за год в крае зарегистрирован 4 191 случай укусов людей собаками. То есть пострадавшим оказался ребенок более чем в каждом третьем случае. Данные приводятся в ежегодном докладе уполномоченного по правам ребенка Ирины Мирошниковой со ссылкой на краевое управление Роспотребнадзора.

В среднем получается больше четырех укусов детей в день, по всему краю.

Большинство этих случаев в новостях не появлялись. Резонанс за год получили буквально несколько эпизодов, и почти все они попали в доклад Мирошниковой. Истории из Каратузского округа, Иланского района и Сосновоборска за пределами доклада уполномоченного публичной огласки не получили.

В Каратузском округе пес, которого хозяева держали во дворе без цепи, выбежал на улицу и напал на тринадцатилетнего мальчика. Подростку разорвало колено.

В Иланском районе по дороге в школу на второклассницу набросилась бродячая собака. Она схватила девочку за руку и потащила в придорожную канаву. Школьницу спас прохожий, отогнавший пса.

В Сосновоборске двенадцатилетний мальчик гулял во дворе и решил погладить бездомного пса. Собака бросилась на ребенка и повредила ему лицо. Школьника доставили в больницу проходившие мимо люди.

Самой громкой историей года стала гибель 10-летнего мальчика в СНТ «Теремок» Березовского района. 25 октября ребенок шел через поле к знакомому пастуху, чтобы вместе пасти скот, когда на него напала стая бродячих собак. По свидетельствам жителей СНТ, в стае было до двух десятков животных. Среди них были собаки с бирками, то есть отловленные, привитые и официально выпущенные обратно.

После этой трагедии в крае впервые всерьез заговорили о смене подхода. 20 ноября 2025 года Заксобрание приняло новый региональный закон. Он ввел понятие «немотивированной агрессивности» у собак и впервые разрешил эвтаназию здоровых животных в четырех случаях: при неизлечимой болезни или травмах, особо опасных болезнях, документально подтвержденном нападении на человека и при выявленных признаках немотивированной агрессивности. Закон вступил в силу 1 марта 2026 года.

Мирошникова в докладе пишет, что сам по себе новый закон проблему не решает. По ее словам, бирки на собаках не снижают их агрессивности и не обеспечивают безопасность граждан. Уполномоченный обращает внимание, что в «Теремке» на мальчика напали именно биркованные собаки. Это значит, что животные уже проходили через систему отлова и были возвращены на улицу.

По новому закону отловленные собаки помещаются не в приюты, а в пункты временного содержания на 30 дней. Дальше специальная комиссия из ветеринара, кинолога и представителей муниципалитета должна проводить тест на агрессивность и решать, что делать с животным. Неагрессивных возвращают прежним владельцам или выпускают обратно на улицу.

Что закон не работает в полной мере, видно уже сейчас. Еще в феврале Мирошникова обращалась к главе администрации Центрального района Красноярска и в городской департамент муниципального хозяйства с просьбой обеспечить безопасность детей в поселке Солонцы, который недавно вошел в состав Большого Красноярска. Сигнал не сработал: в начале февраля стая собак загнала там ребенка на дерево, мальчик провел на нем несколько часов, пока животные не ушли.

Эффект нового закона на статистике укусов 2026 года станет понятен только в следующем докладе уполномоченного. Пока же по «Теремку» вынесено первое судебное решение, и это решение по гражданскому иску прокуратуры о компенсации семье.

Уголовное дело о халатности рассматривают отдельно. 18 мая краевой СК сообщил, что материалы в отношении главы КРООЗЖ «Мой пес» Ирины Музыки направлены в суд. Музыке, по версии следствия, ставят в вину гибель не только мальчика в «Теремке», но и 48-летнего жителя Красноярска в 2023 году.

Березовский районный суд в конце апреля частично удовлетворил иск прокуратуры и взыскал с администрации Сосновоборского муниципального округа компенсацию по 1,2 миллиона рублей в пользу матери, отца и брата ребенка. Также суд обязал администрацию возместить семье расходы на похороны. Прокуратура требовала взыскать в пользу семьи 12,5 миллиона.