«Шел, чтобы не уснуть и не замерзнуть» — потерявшийся красноярский сноубордист больше суток провел в горной тайге и выжил

На днях в 200 км от Красноярска в тайге Манско-Уярского округа потерялся красноярский сноубордист и опытный походник Владимир Киюцин. Он с группой поехал кататься на гору Аргыджек — место популярное у красноярских туристов. Но там нет связи и абсолютно никакой инфраструктуры. Владимир исчез больше чем на сутки. Его искали МЧС и волонтеры. Все обошлось, нашли. Он еще до сих пор приходит в себя после ночи проведенной в горной тайге ему придется долго восстанавливаться. Но корреспонденту NGS24.RU Алексею Тайганавту он рассказал подробности того, как выживал в зимнем лесу. Далее со слов Владимира.

— 31 января мы выехали из города примерно часов в семь утра. Наверное, часам к десяти тогда уже приехали на место. Благополучно все собрались и направились по тропе уже непосредственно к вершине, на Аргыджек.

В группе было семь человек, и не только друзья, знакомые: просто списались кому интересно было. Шли сноубордисты и лыжники.

Поднимались по основной тропе, по которой все обычно идут. Ну, как по тропе — это сильно сказано, скорее направление, потому что снега очень много было. Тропили через сугробы по колено где-то.

Нам повезло, температура была комфортная, то есть никто не замерзал, ветра не было. Солнце светило. Не знаю сколько часов мы шли, наверное, не меньше трех. Останавливались, где-то отдохнуть, где-то перекусить, чай попить.

Пошли через курумник непосредственно на вершину. Там, конечно, условия были суровее намного: сильный ветер, вплоть до того, что просто сносило с ног. Постояли пару минут буквально, зафиксировали, что находимся на вершине. И оттуда уже ушли в сторону точки, откуда стартовали на лыжах и сноубордах.

Стартанули все вместе одной компанией. Просто в моменте так получилось, что я немножко оторвался от группы Вперед немного уехал.

Остальные уже ушли в сторону. Я когда увидел, что они выше меня и в стороне, то попытался сначала также уйти в их направлении. Но пересечься с ними не получилось.

Уклон горы уже не позволял мне ехать непосредственно в их направлении. Ну и все, я ушел немножко ниже. Предполагал, что я выйду к тропе, по которой мы поднимались. Но заблуждался немного в этом, получается, и на тропу я не выехал.

После я уже доехал до пологого участка, то есть до полной равнины.

Помню, шел с надеждой на то, что я либо кого-то встречу, либо к тропе выйду. На тот момент у меня разрядился телефон (мобильная связь на Аргыджеке не работает), часов не было. Но до темноты точно оставалось еще много времени.

Это была уже тайга, лес такой плотный, никаких уклонов, чтобы скатиться. То есть пришлось выстегиваться и идти пешком.

Иногда приходилось доской себе помогать, откапываться из сугробов. Снега по колени, кое-где провалился еще больше. Вот так пришлось пробираться.

Шел интуитивно, можно сказать. Примерно подумал, что вот если идти в том направлении, то выйду всё-таки к тропе, либо встречу кого-нибудь из людей, туристов, может быть, своих встречу. Но мои надежды не оправдались.

Что было с собой? Да всего по минимуму. Я как-то не рассчитывал на такие приключения. Поэтому у меня были всего-то рация, фонарик, чай был — немножко, там на пару глотков в термосе — оставалась одна конфетка. Туристический складной ножик и зажигалка.

На мне была профессиональная горнолыжная одежда, поэтому я не замерзал, ветер никакой не пронизывал. Все хорошо шло. Еще до сумерек понял, что окончательно заблудился. Когда стемнело, подумал, что надо как-то быстрее выбираться, потому что я не планировал ночевать в лесу.

Но понимал, что если это вдруг и произойдет, то к этой ситуации надо отнестись рационально. И в любом случае пытаться что-то делать, искать выход, либо какие-то ориентиры. Или делать так, чтобы меня услышали и заметили.

В общем, с наступлением темноты, я уже однозначно понял, что ночевать придется в лесу. Я не поддавался никакой там панике, все тревожные мысли сразу отгонял. Рационально размышлял, что делать, какие действия предпринимать, просто был максимально собран.

Я был внизу и попытался подняться выше. Потом нашел место более-менее такое, где можно от ветра скрыться, попытался разжечь костер.

Чтобы согреться, отдохнуть, плюс, может быть, кто-то увидит огонь, поймут, где я. Но разжечь не получилось, потому что все ветки сухостоя покрыты мхом, а он промерзший. Не разжигались ни в какую.

Но я решил все равно немножко отдохнуть, прилег и понял, что меня начинает клонить в сон. Я себя взбодрил, сказал: «Так, нельзя спать, нужно идти дальше». И все. Постоянно шел, чтобы не уснуть и не замерзнуть.

Видел впереди гору и пошел на нее, чтобы оглядеться, найти хоть какие-то ориентиры. Потому что в темноте в лесу уже вообще ничего непонятно где, что, в какой стороне находится.

С трудом поднялся уже непосредственно на саму вершину и как раз оттуда увидел вдалеке фары машин, фонарики в лесу мерцали. Тоже попытался своим фонариком посветить. К слову, все время, пока поднимался, я кричал. На горе пытался звуковые сигналы подавать. Где-то ориентировочно в час ночи, плюс минус.

Но, видимо, все было настолько далеко, что ни они меня, ни я их не слышали и не видели. Я просто понял, в каком они направлении, и начал с этой горы спускаться туда. Дорога, конечно, чересчур тяжелая.

И, соответственно, пока я шел, уже рассвет наступил. К поисковикам я вышел где-то в районе 10—11 утра. Какое расстояние прошел? Даже сам не знаю, может не такое и большое, просто идти было трудно.

Насколько я понял они увидели меня или мои следы с дрона. Я, кстати, видел, что он летает. То есть, по большему счету, это они меня нашли. А я просто приблизился к ним, чтобы максимально быстро встретиться.

Ну, когда уже услышал, увидел людей, пришло облегчение, настроение поднялось.

Сказал всем, что рад вас видеть и слышать. Извинился за сложившиеся обстоятельства и сказал, что не хотел никому создавать такую проблему.

На самом деле, больше боялся и переживал за родных и близких, за тех, кто катался со мной. Это же для них новая стрессовая ситуация. Мне уже потом многие писали, как сильно испугались и переживали за меня.

По здоровью… Я бы не сказал, что сильно там застудился. Сейчас немного чувствую, что может горло где-то подстудил. Руки, ноги не отморозил. Усталость-то, конечно, само собой. У меня до сих пор болят все суставы, все мышцы, пока еле двигаюсь. Теперь пытаюсь восстановиться.

Получилось, что я был на ногах все это время, больше суток. Как мы с 10:00 утра заехали и до 11 утра следующего дня. Я ж понимал, что если я усну, то отморожу себе руки или ноги, а то и замерзну полностью.

Я проявил оплошность, потому что, во-первых, телефон у меня, видимо, недостаточно был заряжен. Плюс он быстро сел на вершине, где дул ветер и было холодно. И во-вторых, не взял с собой никакого навигационного оборудования. Теперь буду учитывать это всегда.

Первое, что сделал, когда вернулся, поехал, успокоил маму, родственников, увиделись, все хорошо. После этого поехал уже непосредственно к себе домой, к своей девушке. Она тоже очень сильно переживала.

Все, кто приехал со мной — они все участвовали в поисках. Ходили до самой темноты, потом съездили до Нарвы, вызвали спасателей. И продолжили поиски уже вместе с ними. Еще добровольцы приехали.

И вот всем, кто помогал в поисках, хочу сказать отдельное большое спасибо. Мою благодарность просто не описать словами. То, что люди отозвались очень сильно греет душу.

Пойду ли я еще на Аргыджек? Пойду, но как-нибудь потом, не в этом году точно. Так же, как и в другие походы — как ходил, так и буду ходить.