10 лет «Хромой лошади»: как самый страшный пожар в России оборвал 156 жизней и 15 чиновничьих карьер

Десять лет назад, 5 декабря 2009 года, в Перми сгорел ночной клуб «Хромая лошадь». Этот пожар в России до сих пор считается крупнейшим по числу жертв: погибли 156 человек — это каждый второй, кто был в заведении в ту ночь. После случившегося в Перми уволили чиновников пожарного надзора, а краевое правительство ушло в отставку полным составом. Виновники получили сроки и уже отсидели их. Пострадавшие восстанавливаются до сих пор. Пожар случился в ночь с пятницы на субботу во время празднования восьмилетия клуба. Собрались почти 300 человек — гости и персонал. В зале запустили фейерверк, искры ударили в потолок, началось возгорание. Огонь быстро пошел по потолку, отделанному пластиком и прочими горючими материалами. Ведущий праздника объявил о пожаре, гости попытались выбежать через фойе, но застряли в узком коридоре. О запасном выходе через кухню знали только сотрудники клуба. Впоследствии почти половину погибших нашли в проходе и у основного выхода. Пожарные прибыли уже через несколько минут, но тушить огонь сразу не смогли из-за сложной эвакуации людей. В результате пострадали 238 человек: 156 погибли, выжили 82. На следующий день правительство Пермского края объявило о сложении полномочий, под увольнение попали еще 7 чиновников пожарного надзора — в общей сложности должностей лишились 15 человек. Подобное не случилось даже после пожара в ТЦ «Зимняя вишня» в Кемерове, где погибли 60 человек: там в отставку подал только губернатор. Следствие рассматривало несколько версий, среди которых неисправность проводки, нарушение правил пожарной безопасности. Виновными признали 9 человек. Наши коллеги — пермский портал 59.RU — сделали документальный фильм. Мы публикуем его и пять историй свидетелей трагедии: очевидца, пожарных, сотрудника «Хромой лошади», пострадавшей и главного виновника трагедии. «Люди из толпы заглядывали в лица лежащих, искали знакомых» В 01:08 начался пожар, в 01:10 пожарные приняли вызов и через несколько минут были на месте. Машины скорой помощи подъехали в 01:18. Вытаскивать людей и размещать их там же, подстелив ограждения, медикам помогали прохожие. Фотограф Александр Вассар подъехал к «Лошади» после начала пожара и пробыл до утра. — Скорые не успевали увозить пострадавших, их было слишком много, нескончаемый поток. Поэтому пожарные просто выносили людей и укладывали рядом с клубом. С ходу было не понять, живы они или нет, если дыхание и было, то очень слабое из-за отравления. Пока не появилось милицейское оцепление, к лежащим постоянно подходили люди из нарастающей толпы и переворачивали их, заглядывая в лица, искали своих знакомых. А я ходил следом и переворачивал обратно на бок: лежать на спине в таком случае нельзя, если начнется рвота, человек может задохнуться. Также пожарные вместе с другими людьми срывали с «Хромой лошади» обрешетку из прутьев и делали из них импровизированные лежаки. — Одна девушка всё пыталась прорваться за оцепление, когда его сделали: «Пустите! У меня там…», — вспоминает фотограф. — Я подошел и резко крикнул ей: «Вы видите, сколько пострадавших? Неизвестно, живы они или нет». Она притихла. Меня милиционер потом поблагодарил, сказал, что они никак не могли успокоить эту девушку. Позже я читал много обвинений в адрес скорых, что их не хватало. Но это масштабное ЧП, скорые просто не могли увезти всех разом в такой ситуации. В машину можно взять одного-двух и попытаться их спасти. Или толпу — и все умрут по дороге. Мы уехали уже в пятом часу утра, видели, как людей развозили по больницам. В конце приехала большая машина медицины катастроф, как я понял, в нее загрузили тела погибших — люди не дышали. Меня тогда сильно терзал сам факт, что пришлось фиксировать фотоаппаратом эти события. Сомнения развеяли друзья: «Это надо, Саша. Чтобы люди помнили, думали впредь и не забывали…» «Между столами лежала гора тел... Распутывали их по одному» Смена пожарного Дениса Кольцова в тот день должна была начаться в 08:00, но во втором часу его вызвали к «Хромой лошади» — практически как и всех пожарных Перми. — Когда мы подъезжали к ресторану, я увидел, что в районе перекрестка улиц Куйбышева и Советской лежат тела, — говорит Денис. — Видимо, люди в шоковом состоянии выбежали из «Хромой лошади» и, сумев добраться только до перекрестка, упали. Отравились веществами, выделившимися при горении потолка из пенополистирола. Три или четыре человека на этом перекрестке лежали, все погибли. Другой пожарный Андрей Андреев вспоминает, что люди были похожи на зомби. — Они двигались как зомби. Я не могу подобрать других слов. И сейчас я не знаю, живы ли они остались. Шли босиком, одежды на них почти не было, я видел, что к телу прилипли синтетические лохмотья. На голове — обожженные остатки волос. Они шли к нашим синим маякам на машинах с квадратными глазами и только шептали: «По-мо-ги-те...» Напарник Андреева, спасатель Владимир Тарасов, работал внутри здания: он до сих пор помнит, как с потолка капало что-то кипящее, очагами горел огонь. Стояли гарь, дым, а на полу без сознания лежали люди. — Увидел: слева на коленях стоит девушка, ее голова была опущена. Она как будто молилась... Я думал, что она жива, но как только коснулся ее, она упала. Я сделал к ней шаг вперед, и у меня перехватило дыхание: за ней между четырьмя столами лежала гора тел... Чуть ли не до потолка. Молодые мужчины, женщины, они все были переплетены между собой. Я выскочил на улицу: «Там столько людей, одному не справиться». Ко мне присоединились другие спасатели, мы стали разбирать тела. По одному их распутывали, — вспоминает Тарасов. На пожаре погибли друзья Владимира. Вытаскивая людей друг за другом, он их не узнал. «Если бы я не знал, куда двигаться, я бы точно не выбрался из этого лабиринта» Десять лет назад Андрей Кострулев подрабатывал аниматором. В «Хромой лошади» он встречал гостей и дарил им подарки, а в разгар вечеринки стоял у сцены. Когда ведущий произнес «Дамы и господа, мы горим!», Андрей пошел за сцену — там находился запасной выход. Но никаких табличек с указателями мужчина не видел. Коридор, через который нужно было пройти, превратили в кладовку: везде стояли коробки, бутылки, вещи. — Вообще не было никаких ориентиров. В темноте я запнулся о столик, не удержался и упал, — вспоминает Андрей. — Вдруг я услышал, что рядом кто-то тоже пытается выбраться через кухню. Этот человек открыл эту массивную дверь, ведущую во двор, я пополз на звук. Вдруг понял, что нахожусь как раз на лестнице, которая ведет на улицу. Как-то начал карабкаться, ближе к выходу меня схватили в охапку и вытащили на улицу. Это были наши танцоры. У «Хромой лошади» Андрей пробыл до утра, а когда мать дома спросила, почему он весь в гари, не смог ответить. Просто включил телевизор, где в новостях показывали «Хромую лошадь». — На паре, которая была на следующий после пожара день, преподаватель стала рассказывать студентам, что произошло в городе этой ночью. И началось обливание грязью сотрудников «Хромой лошади». Звучали реплики: «Они, что, не могли вывести людей через запасной выход?» Я понимаю, что проще всего обвинить кого-то. Но назвать это запасным выходом у меня язык не поворачивается. В моем понимании он должен быть простым и обозначенным. Мне просто повезло выжить, потому что ранее я был там пару раз. Когда позвали на подработку, приходил туда через этот служебный вход, чтобы посмотреть на то, как проводят вечеринки. И если бы я не знал, куда двигаться, на ощупь я бы точно не выбрался из этого лабиринта. Десять лет борьбы за жизнь: история Ирины Пекарской На день рождения «Хромой лошади» Ирина Пекарская пришла вместе с мужем Сергеем Колпаковым, дома с бабушкой остались двое сыновей. Когда начался пожар, в клубе была только Ирина — муж вышел покурить. Он не сразу понял, что происходит, а когда люди стали в панике выбегать из здания, кинулся искать Ирину, но не нашел в толпе. Девушку нашли в больнице в состоянии комы. У Ирины на 60% были обожжены легкие, токсическое поражение мозга и челюстной перелом. Началось медленное и мучительное восстановление, которое длится до сих пор. Сначала Ирину лечили в Германии, с 2011 года ею занимаются врачи Перми. Муж активно помогал: нашел деньги на реабилитацию, занялся строительством центра помощи жертвам «Хромой лошади» — эти подробности уже рассказывает мама Ирины, потому что в 2014 году Сергей Колпаков пропал. Сначала реже навещал жену, а потом вовсе уехал. Позже его уличили в финансовых махинациях и связях с владельцем «Хромой лошади» Анатолием Заком. Он скрывался от полиции, а сейчас живет с новой семьей. Ирина Пекарская эти годы находится в паллиативном отделении Березовской краевой больницы. Она не встает с кровати десять лет, не может разговаривать и самостоятельно питаться, не узнает своих близких. Состояние последнее время стало ухудшаться. Недавно психологи рекомендовали больше не приводить в палату сыновей — дети должны запомнить Ирину такой, какой она была десять лет назад. Не приходит в больницу и мама Ирины: из-за проблем со здоровьем женщина не может выходить из дома. Она говорит с дочерью по телефону — просит медсестер поднести трубку к уху дочери, и та начинает плакать. — Я ругаю ее, что не послушалась меня и в Пермь уехала. И она плачет. «Нужно объяснять, почему я остался живым, а они — нет» Виновниками признали пиротехников Игоря и Сергея Дербеневых, экс-сотрудников Госпожнадзора Владимира Мухутдинова, Наталью Прокопьеву и Дмитрия Рослякова и руководителей клуба: исполнительного директора Светлану Ефремову, арт-директора Олега Феткулова и фактических владельцев Константина Мрыхина и Анатолия Зака. Последнего следствие считало главным обвиняемым в гибели 156 человек. Зака задержали наутро после трагедии — он спешил в аэропорт Екатеринбурга, чтобы улететь из страны. В 08:00 автомобиль Зака остановили в 145 километрах от Перми. Около 12:00 силовики доставили задержанного в следственное управление. В тот же день Анатолий Зак дал первые показания, вот они. «Из ресторана "Хромая лошадь" я оказался на улице после того, как выломал деревянную перегородку, а также решетку на одном из окон. Поняв, что срочно нужны пожарные, я побежал в пожарную часть, которая находится за рестораном "Хромая лошадь", после чего пожарные приехали на пожар. Вместе с ними я вернулся обратно и пытался более часа оказывать первую медицинскую помощь людям, которых вытаскивали пожарные из ресторана. Из-за всего этого я решил спрятаться от всех, убежать от себя, а также от возникших проблем по поводу объяснений перед родственниками пострадавших, а также родственниками погибших друзей, поэтому я попросил Бермана и Негашева увезти меня куда-нибудь. В этот момент у меня дома каким-то образом оказался мой водитель Сергей Косых, с которым я дружу уже около 20 лет. При этом я собрал необходимые мне вещи и взял свой заграничный паспорт, который попался мне под руку. Никуда скрыться я не хотел, в голове у меня было много мыслей, хаос. В этот момент мне было без разницы, куда деться, хоть на Луну. Я пригласил много своих близких друзей посидеть со мной. Произошла трагедия, в ходе которой погибло много моих друзей, в связи с чем я испытывал страшный шок от того, что мне нужно будет объяснять их женам, почему я остался живым, а они — нет». Анатолий Зак провел в колонии почти девять лет и в сентябре прошлого года вышел на свободу. После освобождения Зак планировал поправить здоровье в Израиле, вернуться домой и снова заняться бизнесом. Цикл материалов о пожаре, воспоминания очевидцев и о судьбах выживших читайте на 59.RU.