«После ДТП рука сама била меня по лицу»: врачи разрушили пациенту часть мозга, чтобы это прекратить

Новосибирцу Анатолию Кукушкину 38 лет, из них восемь он борется за свое здоровье. В сентябре 2014 года после ссоры с женой он сел за руль и поехал в деревню к маме. Что произошло дальше, помнит лишь по рассказам. КАМАЗ сбил его машину, Анатолий получил тяжелейшую черепно-мозговую травму, три месяца пролежал в коме и проснулся с полной амнезией. После этого он начал терять контроль над правой рукой. Последние два года она совсем перестала слушаться. Тремор был такой силы, что рука сама била его по лицу, вырывала дверные ручки. Врачам с помощью операции на головном мозге удалось вернуть контроль над конечностью. Рассказываем эту удивительную историю. Посмотрите наш видеосюжет об Анатолии и нейрохирургах, вернувших ему руку. «Родился заново в 30 лет» Авария, изменившая навсегда жизнь Анатолия Кукушкина, произошла в 2014 году. Поссорившись со своей гражданской супругой, он сел за руль и поехал к матери в деревню. Признается: был на сильных эмоциях. — Не доехал до матери. Как что случилось — честно, не могу сказать. Мое личное мнение — произошел за рулем на фоне этой ссоры инсульт, я потерял сознание, и мою машину переехал КАМАЗ, — пожимает он плечами. — Три месяца комы, посткомное состояние. Амнезия. Анатолий забыл абсолютно всё. — Родившись заново в 30 с лишним лет, скажу, что это не очень простая ситуация и не очень легко. Не дай бог вообще кому-либо. Помню, как проснулся в первый раз. Комната с белыми стенами. И впереди стоит... Это сейчас я могу сказать, что это медсестра, а тогда я понимал — существо, которое от меня что-то хочет. А я не помнил элементарных вещей. Чувство голода у меня отсутствует до сих пор. Если я сам на время не посмотрел, не отследил, я могу день, два, три не есть, и я не чувствую, что я голоден, — добавляет Анатолий. — Я не мог разговаривать. У меня парез был одной связки и порвана другая, плюс трахеостома стояла. Я вообще звуков не произносил. Начинал я свою разговорную деятельность с того, что научился произносить «мяу», «ку-ка-ре-ку»... Дальше был долгий путь восстановления. Он учился заново говорить, ходить, двигаться, вязал маленькие носочки. Так он стал замечать, что правая рука дергается. Всё происходило постепенно. Тремор усиливался из года в год, и никакое лечение не помогало, врачи только разводили руками и предлагали смириться. Совсем невыносимо стало в последние два года. — Я ее не видел 5 лет. У нее были постоянные хаотичные движения, поэтому всегда ее держал за спиной и привычка настолько выработалась, что сейчас иногда тоже завожу за спину. Вот сейчас это моя рука. До этого она жила своей жизнью. Она вынуждала меня делать то, что скажет она. Могла меня же ударить, причем сделать удар такой силы, что слезы текли из глаз. Очки ломались постоянно. Ручек дверных сколько было оторвано, — улыбается Анатолий. — Контроля никакого не было над ней. Невролог отправила Анатолия на консультацию к нейрохирургам. Разрушили патологические участки в мозге В клинике Анатолию предложили операцию на головном мозге — радиочастотную деструкцию. Врачи разрушили с помощью электричества определенные участки головного мозга, которые и вызывали тремор. — У пациента был достаточно рефлекторный тремор. Безусловно, это серьезно снижало качество его жизни. Он не мог даже просто выпить воды из стакана. И обычные бытовые вещи вызывали значительные затруднения, — говорит Роман Киселев, заведующий научно-исследовательским отделом ангионеврологии и нейрохирургии, врач-нейрохирург НМИЦ им. ак. Е. Н. Мешалкина. — Увеличение активности по определенным путям в головном мозге и вызывает такой тремор. По сути, деструкция уменьшает выраженность этой патологической активности. Пациент во время всей операции находился в сознании. Врачам было важно отслеживать его состояние и держать обратную связь. Процедура длилась около 2,5 часа. Мартин Кильчуков, врач-нейрохирург НМИЦ им. ак. Е. Н. Мешалкина добавил, что эффект от такой операции пациенты чувствуют мгновенно. — Пациент, который постоянно находится в сознании, отмечает эффект операции фактически мгновенно. Во время проведения деструкции тремор, который был всё это время, фактически за считаные секунды перестал Анатолия беспокоить, — отметил врач. — Это, конечно, ситуация неожиданная для пациента. И ему трудно поверить, что всё прошло, что его это больше не беспокоит. Врачи попросили Анатолия написать несколько слов правой рукой — мужчина написал «мама» и «фамилия». «Мне руку новую сделали. Я заново, получается, всему учусь» Сейчас Анатолий учится заново пользоваться правой рукой и не перестает благодарить врачей. — Такой ошеломительный результат — у меня просто нет слов, — замолкает на минуту Анатолий. — Я помню тот момент, как ее заставили вернуться ко мне. Я лежал на операционном столе, у меня в голове электрод, и меня просят: «Напиши правой рукой что-нибудь». Я спокойно взял ручку и написал. Конечно, помню, всё четко помню. Лежу и правой рукой, которой я пять лет ничего даже взять не мог, из-за того, что она могла делать, что хочет, я взял ручку и написал слово. Мне руку новую сделали. Я заново, получается, всему учусь. Да, она берет, всё чувствует. Но остаточные явления остались. Анатолий не унывает и уверен, что у него получится восстановиться: — Хочу просто жить. Не существовать, как происходило после травмы и на протяжении 7–8 лет, а жить. Хочу свой организм привести в порядок. Я не сдаюсь и не сдамся.