«Я особенно не люблю, когда мне говорят "девушка"»: рассказываем о женщине в мужской профессии (репортаж)

Врач-хирург об отношениях с пациентами и коллегами-мужчинами Анне Загайновой 29 лет. У нее короткие светлые волосы, фигура и рост баскетболистки, целеустремленный взгляд, негромкий, но твердый голос. А еще она работает в типично мужской должности — хирургом-ортопедом в Красноярской краевой клинической больнице. В беседе с НГС.НОВОСТИ молодой ортопед откровенно рассказала о предвзятом отношении со стороны пациентов, работе молотком и любви к собакам. Про профессию Анна родилась в Братске и долго профессионально занималась баскетболом, отчасти именно из-за спорта и связала свою жизнь с ортопедией. Девушка думала стать спортивным врачом, но судьба сложилась иначе, о чем героиня совершенно не жалеет. — Моя старшая подруга по баскетбольной команде закончила медицинский раньше нас и была ординатором второго года. Она обучила нас и познакомила с доктором Ганушем Виталием Викторовичем, а он уже привил нам любовь к травматологии. Но я не подозревала, что свяжу свою жизнь с хирургией, — думала, будет спортивная медицина, ведь мне уже известна вся эта система. В задачи ортопеда входит работа с травмами давностью от года, различные деформации костей, в том числе врожденные. Часто приходится исправлять ошибки за других врачей. Любые непролеченные болезни также ложатся на их плечи. Про отношение к женщине в хирургии То, что женщины-хирурги встречаются намного реже мужчин, ни для кого не секрет. В своем коллективе Анна — единственная женщина, и своих мужчин она очень любит, а они любят ее. Поэтому доктор никогда не замечала к себе предвзятого отношения со стороны других хирургов, зато со стороны клиентов — постоянно. — Как правило, в день несколько пациентов считают должным сделать акцент на том, что я девушка, но сейчас вообще люди чудны́е. Бывает, заходят, удивляются: «Где же мужчина?». Но уже в ходе личного общения понимают, что перед ними все-таки специалист. Особенно я не люблю, когда заглядывают к нам люди и называют нас «девушки». Я сразу одергиваю: я доктор, никаких девушек, панибратства мне здесь не надо. Сразу дистанцируюсь. Работа ортопедом часто требует от Анны грубой физической силы: например, при эндопротезировании тазобедренных суставов нужно молотком забить металлический стержень внутрь кости. Но спортивное прошлое играет ей на руку, она справляется с задачей. Рассказывает, что если вдруг нужна грубая мужская сила — просит помощи мужчин, но такое бывает редко. — Случается и «командовать» мужчинами: на базе нашей больницы проходят практику интерны-мальчики. Они приходят в операционную, и там ими руковожу именно я. И с их стороны какого-то предвзятого отношения я никогда не чувствовала. Вообще, мужчины меня оберегают, но не слишком: я ведь прежде всего доктор. А уже потом все остальное. Коллеги об Анне отзываются хорошо, как о большом профессионале. Виталий Гануш — наставник героини — рассказывает, что она отличается упорством и тщательной проработкой вопросов. Особенно его удивило то, как еще в интернатуре она с головой погрузилась в изучение документации, хотя хирурги не особо любят работать с «бумажками». — Она долго и тщательно изучала принципы ведения документации, принципы движения пациентов, организационные вопросы. Работа с пациентом — это то, чему редко уделяют такое внимание хирурги, и я считаю, что она делала очень правильно. Со второго полугодия Анна уже начала оперировать. Она хороший хирург, делает работу качественно. Естественно, что порой в ортопедии нужна грубая физическая сила, но всем известно, что есть женщины футболистки, хоккеистки, метательницы ядра: нужны тренировки. Она знала, на что шла, легкой жизни ей никто не обещал. Дискриминации по гендерному признаку нет, со стороны пациентов разве что ей коньяк не дарят, а дарят что-нибудь другое. Про работу в хирургии и в поликлинике 6 марта, когда корреспонденты НГС.НОВОСТИ пришли к Анне на работу, у нее был не операционный день — она вела прием больных в кабинете в поликлинике. Уже через неделю хирург вернется к своей практике и снова попадет в родную операционную, где будет играть радио, а перед ней будет лежать пациент, который нуждается в помощи. — Я помню свою первую операцию. Пациенту поставили бурсит: в этом случае у больного отекает локоть, образуется шишечка из-за скопившейся жидкости. Бывает, что просто откачать ее недостаточно: нужно оперировать. Помню, как я очень волновалась, но мой наставник был рядом. Помню и первое протезирование: мы ставили протез женщине. Позже я ее встречала, она была очень довольна результатом. Эти первые ощущения я не забуду никогда, ведь можно тысячу раз увидеть, но без практики нужного опыта никогда не получишь. Типичный рабочий день в хирургии у Анны начинается с планерки. Потом есть час на выписки, подготовку документов, перевязки. Основная часть дня проходит в операционной, где хирург успевает сделать 2–3 операции. В ортопедии срочных операций нет — все плановые. В поликлинике работать легче, так как все четко расписано, пациенты приходят согласно расписанию, но оперировать Анна любит больше, хирургию она считает своим призванием. — Это абсолютное спокойствие, когда ты полностью растворяешься в том, чем занимаешься, когда ты любишь свою работу. Представить себя участковым терапевтом я уже не могу. Свой врачебный опыт Анна начинала с травмпункта на правом берегу, куда привозили весь правобережный контингент. Судя по рассказам хирурга, это работа не для слабонервных: пациенты бывали неадекватные, пьяные, разбивали баночки с растворами или буквально заползали в кабинет к врачу, куда их привезла скорая. К счастью, обошлось без нападений, а потом девушка попала в краевую больницу. Во время разговора с журналистами в кабинет к Анне забегает взволнованная пожилая медсестра, которая просит осмотреть мужа: он вернулся домой хромающим и вместо того, чтобы пойти в поликлинику по месту жительства, пришел на работу к супруге. Анна не отказывает в помощи, в кабинет заходит мужчина в возрасте. После короткого осмотра хирург отправляет мужчину на рентген: вероятнее всего, у него перелом. Остаток дня у Анны уйдет на осмотр повторных пациентов, все «новенькие» прошли в первой половине дня. Те, кто уже бывал на приеме у врача не единожды, относятся к ней с уважением: это видно по общению и манере держаться. Без лишних слов молодой доктор осматривает пациентов, дает рекомендации и указания. Еще часть рабочего дня займет бумажная работа. А потом Анна пойдет домой, где ее ждут любимцы — две собаки породы уиппет. Про личную жизнь — Уиппеты — моя давняя любовь. Я выбирала породу для квартиры, мне было важно, чтоб собака могла остаться дома одна и не быть слишком привередливой. Когда я искала щенка, читала на сайтах и форумах, что заведение собаки этой породы чревато тем, что вскоре в доме появится еще один уиппет. Так и случилось. Теперь у меня дома живут две девочки — Киара и Диор. И они отлично друг с другом уживаются, — с улыбкой делится рассказом о своих любимцах Анна. Она достаточно много проводит времени с ними вне работы. По выходным Анна много гуляет со своими псами, участвует в любительских соревнованиях. А кроме уиппетов девушка любит машины: вождение — ее страсть: «Я включаю музыку и просто еду: по делам или нет — не важно». Свободное время молодого хирурга занято спортом: фитнесом или бассейном. Без общей физической подготовки в ортопедии никуда. Но нужно уметь отдыхать, и в отпусках Анна порой путешествует. Она уже была в Таиланде, Египте, Турции, Израиле, последний раз — в Китае, а теперь хочется в Европу. Говорит, что поедет туда, как только заработает. Про здоровье и заботу о себе Ортопед рассказывает, что запущенные случаи костных болезней сейчас чаще связаны с тем, что люди на ногах переносят ангину или забывают вовремя вылечить зуб. Особенно этим страдает молодежь. Поэтому Анна Загайнова советует всегда лечиться и долечиваться. — Не так уж и сложно заботиться о себе: врачебный осмотр раз в год, обязательная ортопедическая обувь или стельки. Мне кажется, роль стопы и вред плоскостопия недооценены, а следить за этим нужно очень тщательно. Вы даже не представляете, насколько сильно ортопедические стельки могут облегчить жизнь вашим суставам. Доктор призывает отказаться от обуви на высоком каблуке, слишком плоская подошва — тоже плохо. В угги или кеды лучше поставить стельку, а самая хорошая обувь — на небольшом каблуке. Про пациентов и их болезни Врач отмечает, что с каждым годом благодарных пациентов становится все меньше, и дело не в качестве работы, а в том, что пациенты все больше относятся к медицине как к сфере услуг. Нет трепета по отношению к врачу, нет уважения: люди приходят в кабинет к доктору, предварительно погуглив, и уже лучше их знают, что им нужно, с сарказмом рассказывает Анна. Но хватает и благодарных пациентов, особенно в возрасте лет шестидесяти. Те, кто приезжают в Красноярск из районов, угощают медперсонал творогом, молоком, медом. К счастью, в практике Анны еще не было смертельных исходов, но печальных случаев все равно хватает. Особенно девушку огорчает, что страшные болезни все чаще поражают молодых красноярцев. — Огорчает, что сейчас очень часто костная онкология встречается у молодых. Сейчас я бьюсь за одного пациента и пока еще решаю, что с ним делать. Пришел молодой человек: он сломал ногу, упав с высоты собственного роста. В красноярской районной больнице его прооперировали, восстановили опорность конечности, внутрь вставили металлоконструкцию. Даже сделали гистологию — результат был отрицательный, но врачей должно было насторожить, что он получил такую травму, просто упав. Теперь все это может стоить ему жизни, если бы онкологию заметили сразу, его могла бы спасти простая ампутация. Сейчас счет идет на минуты, где и в какое время образуется метастаз — мы не знаем. Решаем, что с ним делать. А ему всего 24. Представляете?