Семья истории «Мы в танке»: эти мамы разрешают своим детям всё, даже пить из водосточной трубы (бабушки в ступоре)

«Мы в танке»: эти мамы разрешают своим детям всё, даже пить из водосточной трубы (бабушки в ступоре)

Копаться в мусоре, есть песок, ходить босиком и строить шалаш из постельного белья — вот это жизнь

Если на детской площадке какая-нибудь мимо проходящая дама внезапно начнет давать советы, как правильно нужно воспитывать дитя, которое только что надело себе на голову ведро с песком, внутри молодой мамы тут же начнет расти буря негодования. Кто-то сдержит эмоциональный порыв, мило улыбнется и скажет спасибо, а кто-то не побоится надеть ведро с песком на голову советчика. Каждая мать воспитывает своего ребенка так, как считает нужным: хочет рисовать на обоях — пусть вырастет вторым Малевичем. Корреспондент SHE поговорила с сибирячками, которые воспитывают своих детей без строгих ограничений: этим детям можно практически всё, что не угрожает их жизни.

Ольга, 34 года, фотограф и Максим, 36 лет, работает в компании автозапчастей
Двое детей: Семен, 7 лет, и Алиса, 5 лет

«У нас с мужем нет определенной системы воспитания. Когда у нас появился Семен, мы, как и все родители, бегали по пятам, как бы чего не случилось. Со временем это стало сходить на нет, и мы стали позволять сыну больше, чем остальные. Мы связывали это с его гиперактивностью и таким образом позволяли ему расходовать свою энергию так, как ему это кажется необходимым. Мы для себя поняли, что медицинские препараты, название которых не выговорить, менее эффективны, чем такая модель воспитания.

В нашем доме разрешается всё, что не угрожает жизни. Запрещается только открывать окна, мы живем на 8-м этаже. Можно с легкостью сделать перестановку так, как этого захочет ребенок. Если ему хочется построить мост, мы можем притащить палки и доски, если необходимых материалов не окажется дома. Снег из бумаги, робот из кастрюль, обклеить стены рисунками и повесить часы на стену из пенопласта, снять матрас и положить его поперек комнаты, под него поставить табуреты, тюль использовать для балдахина. На втором этаже двухъярусной кровати построить кухню. Всё это с первого взгляда напоминает бардак, но нет — всё четко спланировано. Спать под стульями, например, — это же вагон поезда.

С появлением Алисы сила воображения удвоилась, порядок в нашем доме — редкий гость. Мы считаем, что со временем всё систематизируется и выльется во что-то хорошее. Мы разрешаем дома строить, разбирать и рисовать практически всё, что детям приходит на ум. Вне дома мы также не запрещаем то, что не угрожает жизни детей. Однажды мы приехали в детский лагерь на Алтай, там Семён с удовольствием из свалки собрал машину. Со стороны это выглядит жутко интересно, когда из груды мусора возрастает скульптура больше ребенка в несколько раз, и ты понимаешь, что это дело рук 6-летнего ребенка. Если бы запрещали ему, он не был бы таким интересным.

Разбирать можно всё, кроме дивана и электроприборов. Как-то раз Семена ударило током, теперь он не лезет. Это один из методов познания: когда что-то запрещается ребенку — он ни за что не поверит, пока не проверит. Однажды Семен попил из водосточной трубы, теперь он понимает, что это невкусно. Гаджеты — без них никуда, но они откровенно сужают мышление до размера экрана устройства, поэтому мы не запрещаем, но и активно не поощряем. Плавать в Обском море в начале мая тоже можно, если очень хочется, ребенок не заболеет.

У бабушек и дедушек не хватает терпения, потому что они привыкли к своему порядку — дети должны сидеть смирно. Мы стараемся не спорить. Были случаи, когда близкие люди пытались донести до нас, что мы неправильно воспитываем, когда дети скакали в машине, громко слушали музыку — в общем, кайфовали. Ох, и наслушались мы тогда… Нам говорят, что мы балуем детей, что мы будем плакать. Иногда я слышу, что наши дети дикие, но мне кажется, это говорят слабаки. Я же считаю, что так и должен расти ребенок: чем раньше он найдет себя, тем лучше. Мы именно за самостоятельное мышление и рассуждение; очень жаль, что нет таких школ и садиков — без системы. Зато есть, например, возможность погрузить ребенка в атмосферу творчества, где он может свободно проявлять себя. Такое место есть на Алтае, где в июле каждого года в относительно "диких" условиях с детьми занимаются художники и актеры, — мне кажется, это самое лучшее, что может быть для ребенка. У нас есть опасения, что наши дети будут бездельниками, несправедливыми и злыми людьми, мы боимся вырастить из них лентяев и трутней. Мы боимся, что наш сын не станет мужчиной, а Алиса — настоящей женщиной. Вот этого мы боимся по-настоящему».

Олеся, 31 год, помощник заместителя генерального директора на шоколадной фабрике, подрабатывает няней
Трое детей: Никита, 14 лет, Данил, 8 лет, Дима, 3 года

«Меня воспитывали методом кнута и пряника, я с таким не согласна. Когда готовилась стать мамой в первый раз, начала искать альтернативные методы, интуитивно понимая, что любовь — ключ ко всему. Детям свойственна взаимность, свойственно повторять модель, брать пример. Воспитание — это показать, как бы поступила я, показать с любовью, допуская право на ошибку.

Наша основная система ограничений — это то, что опасно для жизни и здоровья, это "нельзя": кипяток, розетки, острые предметы, срываться друг на друга. Всегда нужен третий человек — громоотвод, только через него можно решить вопрос, как через адвоката, если есть конфликт и агрессия. Нельзя врать и нельзя наказывать за правду, желательно не обвинять и не употреблять слово "должен". Мы говорим от себя: "Меня расстроило" и "Мне бы хотелось". Мы уважаем личные границы друг друга. Я не балую детей, я учу мыслить, оценивать ситуацию. Я всегда говорю: "Ты можешь быть не согласен, да. Но ищи оптимальный вариант".

Моим детям многое можно, ведь не попробуешь — не узнаешь. Бой подушками у нас допустим, шалаши из простыней тоже, у старшего сына научные эксперименты, а еще он плотничает и продает свои поделки через интернет. Я разрешаю рисовать на обоях, специально купили недорогие, белим сверху водоэмульсионкой, чтобы не тратить нервы. Ребёнку объясняем, что нужно рисовать на бумаге, но если он ошибся — не ругаем, просто снова повторяем, как нужно делать. До 3 лет почти все дети рисуют на обоях (сужу по своему опыту). Всё просто: уборка — это совместное занятие, а порча имущества неизбежна, если у ребенка есть свободное время.

Дети любознательны, это их природа. Если постоянно бить по рукам, интерес пропадет и ребенок начнет испытывать угнетенное состояние. Это значит сразу загубить в нем творческую жилу, огонь жизни, самобытность. Если забрать свободу и посадить в клетку, то ребенок привыкнет мыслить шаблонами, а мы ведь все хотим вырастить независимых предпринимателей, креативных личностей, да и просто счастливых людей.

Есть и критика, и помощь со стороны, но мы в танке. Я понимаю, что люди разные, разного уровня развития и сознания, поэтому гну свою линию. И дети всё равно больше возьмут именно из семьи, как ни крути, это как корни волос, которые, отрастая, всё равно будут натурального цвета. Единственный острый момент — выяснение отношений между взрослыми, это никогда не должно происходить при детях, иначе авторитет обоих будет убит».

Маргарита, 26 лет, ипотечный брокер
Дочь Вероника, 5 лет

«Я считаю, что ребенка нужно воспитывать так, чтобы в первую очередь я была для него другом, чтобы между нами было равноправие. Мы с дочерью разговариваем, договариваемся, ищем компромисс. Если я иду в магазин, спрашиваю ее, что нужно купить, мы вместе составляем список продуктов. Если я дома ей что-то не разрешаю, она приходит ко мне и говорит: "Давай обсудим", и мы приходим к общему мнению. Я стараюсь сделать так, чтобы она была самостоятельной. Однажды я заболела, она сама принесла мне градусник и стакан воды, а на себя надела маску, чтобы не заразиться, и позвонила папе, чтобы тот её забрал.

Я разрешаю ей быть ребенком. Все мы были детьми, бегали босиком по дворам, разбивали коленки и лазили по деревьям. Если она побежит и упадет — в следующий раз будет знать, что нужно быть более аккуратной. Конечно, я не разрешу ей на качели делать солнышко, это опасно. Когда она была совсем маленькая, на пляже начала есть песок. Я посмеялась над тем, как она скривилась и плевалась, спросила: "Тебе вкусно?". Больше не ест. У нас нет запретов, мы просто стараемся друг для друга делать так, чтобы нам обеим было хорошо. Я сама в душе ребенок — вместе с Вероникой могу кататься с горок, качаться на качелях и лазить по тоннелям. Я вспоминаю свое детство и учу ее каким-то играм.

Моя дочь — очень энергичный ребенок, и я считаю, что детям нужно давать выплескивать свою энергию. Гораздо хуже запрещать. Дома я с ней шучу и говорю: "Давай я возьму пульт, нажму на кнопку, ты остановишься". Она соглашается, но всё равно продолжает прыгать и скакать на диване. А однажды в Турции — я не знаю, что на нее нашло, в нее вселился маленький демон — я хотела лечь спать, а она то кричала мне в лицо, то смеялась. Мы свели всё к шутке, через 10 минут дочь успокоилась. Думаю, было бы гораздо хуже, если бы я начала ее ругать и запрещать.

К нам никто не лезет ни с советами, ни с рекомендациями. У нас очень дружная семья, никому в голову не придет критиковать друг друга. Моя мама воспитывала меня точно так же, как я воспитываю Веронику, — мы подруги. И если у меня что-то случается, я в первую очередь иду к маме. Я бы хотела, чтобы и моя дочь в будущем поступала так же.

Иногда мне говорят, что я балую своего ребенка, но редко. У всех детей случаются эмоции — надо вот здесь и сейчас. Я стараюсь её баловать в меру, стараюсь делать так, чтобы она понимала цену определенным вещам, чтобы она сама понимала, что правильно, а что неправильно, при этом помогаю ей, направляю.

Я постаралась сделать так, чтобы она относилась с уважением ко взрослым людям. Кто-нибудь может ей сказать, что опасно делать вот так, она не будет. У меня нет опасений, что моя дочь перестанет меня слушаться. Бывают моменты, когда она начинает капризничать, за это она может получить — нытье без повода не приветствуется. Я объясняю ей, что можно попросить нормально, зачем слезы, это приведет к ссоре. Если у нее нет настроения и она начинает реветь без повода, я начинаю считать до трех. Если не успокаивается, получает по губам легкий шлепок. Она, конечно, обижается, но через пять минут мы садимся обсудить ситуацию, обнимаемся, миримся и договариваемся жить в любви и дружбе».

Жанна, 27 лет, домохозяйка и Анатолий, 29 лет, индивидуальный предприниматель
Дочь Ксения, 4 года

«У меня ребенок сейчас в таком возрасте, что запрещать-то толком нечего. Для меня главное, чтобы она не доставляла дискомфорта окружающим, а в остальном запретов нет. Сколько людей — столько мнений, каждый решает сам, что можно, а что нет. У меня свои взгляды на воспитание. Был случай, когда она с другом изрисовала обои, — мы объяснили, что так делать нельзя. Больше таких случаев не возникало. Ксюша может ходить босиком, без носочков, но бабушка всё равно будет бегать за ней и опасаться, что она простудится.

Баловаться в одиночку ей неинтересно. Были случаи, когда она с друзьями решила сломать свои игрушки. Ругать за это бессмысленно, просто ей будет наука, что сломанная игрушка отправляется в помойку. Это для нее гораздо обиднее, чем я возьму ремень и накажу ее. Я стараюсь разговорами объяснить ей, почему нельзя поступать определенным образом, и я думаю, что Ксюша делает свои выводы. Пока она меня слушается, не знаю, как будет дальше.

Единственное, за что я ругаю ребенка, — это за манипуляции с помощью слез и криков. Угроза в виде ремня — это реальный способ начать реветь, помогает успокоиться. Мне никто не говорит, что я балую дочь. Скорее, муж и остальные родственники — она единственная».

Алёна Золотухина
Фото Ольги Скоропуповой (1–3), Олеси Альшанской (4–6), Маргариты Райм (7, 8), Жанны Домановой (9)

ПО ТЕМЕ
Лайк
LIKE0
Смех
HAPPY0
Удивление
SURPRISED0
Гнев
ANGRY0
Печаль
SAD0
Увидели опечатку? Выделите фрагмент и нажмите Ctrl+Enter
ТОП 5
Рекомендуем
Знакомства