Красноярский ученый протестировал древние стрелы сибиряков

Красноярский ученый, сотрудник АНО «Археологическое исследование Сибири» Андрей Петренко уже много лет подряд изучает древнее оружие. Буквально то, с которым бегали наперевес наши очень дальние сибирские предки. В этот раз он протестировал наконечники стрел охотников из палеолита. Для реконструкции древнего оружия Андрей Петренко старается использовать только аутентичные материалы: те, что были в нужную эпоху. Того же принципа, по возможности, придерживается и в инструментах, с помощью которых конструирует свои изделия. «Что было в арсенале? Составные наконечники моей работы из кости, рога, обсидиана, кремня. Использовали луки очень архаичные, которыми стреляли в древности» — рассказывает Андрей Петренко. Вместе с коллегой изучал специфику образования ран вкладышевыми наконечниками — по тем временам использование таких стало для охотников прорывом. — Суть в том, что в отличии от обычного наконечника, этот наносит колото-резанную рану, то есть серьезно повышал эффективность охоты. Любую кабаргу, любого оленя можно застрелить запросто. В нашем случае, мишенью стал свиной реберный бок — он достаточно толстый, как раз подошел для наших тестов. Результаты этого «мясного» эксперимента лягут в основу моих будущих научных статей, — говорит Андрей Петренко. До этого Андрей Петренко тестировал деревянные наконечники стрел, а еще сделал вкладышевый нож — реплику тех, которые были в ходу в Сибири с палеолита. Изготавливал варианты с разным камнем, чтобы понять, насколько успешно они справляются с разделкой добычи. — Проведенные эксперименты доказали, что мясо такие ножи режут без проблем. Конечно, не как современные стальные, но свою задачу выполняют хорошо. Мы нарезали лосиное мясо вкладышевым ножом, это получалось даже у детей, — рассказывает Андрей Петренко. — Это интересно и с исследовательской точки зрения и для популяризации науки. В конце концов, многие выживальщики изготавливают своими руками реплики древних орудий, чтобы пользоваться ими в походах. Год назад мы уже рассказывали про увлечение Андрея Петренко, совмещенное с работой археологом. Тогда вместе с ним испытывали копьеметалку: древнейшее метательное приспособление. Андрей одним взмахом отправил дротик метров за 50. — Ее я сделал чисто из спортивного интереса. Никакой научной ценности в ней нет. Но по своей значимости для древнего человечества копьеметалка — одно из главных орудий. Древний аналог автомата Калашникова, — говорит Андрей Петренко. В его коллекции нефритовые топоры, луки, чеканы (короткодревковое оружие с ударным элементом), ножи, стрелы, бумеранг и еще какие приспособления. — Это ангарский неолит, нефритовые топоры. Эти все мои — сделал собственными руками. Мне было интересно, сколько времени займет изготовить такой топор, — поясняет Андрей Петренко. — Ушло часа 4 на шлифовку нефрита. Вручную. Ну и часов шесть на весь остальной процесс. Получается, около 10 часов на один топор. — Что им рубить? — Рубит он хорошо, но есть специфика. Он очень капризен к вибрации, я как-то таким срубал пенечек березовый, он тонкий, ходил ходуном и лезвие сломалось. Понятно, что камень уступает железу, но рубить им можно вполне себе неплохо. Красиво, чистенько, без проблем. Рубились по-настоящему на железяках — С чего взялась такая реконструкция? — Я начинал с работы в детском археологическом клубе, а подросткам ведь надо что-то руками поделать, чтобы голову напрячь. Мы тогда пошли с самого простого: лепить из глины сосуды, затем стали обрабатывать кость, камень. Вот всё помаленечку оттуда вышло, — говорит Андрей Петренко — А потом как-то, знаете, наложились ролевые игры начала 90-х. Вы же в курсе, что первую ролевую игру провели в Красноярске? И её организатор, кстати, ныне жив и здравствует, руководит клубом любителей фантастики. Это были первые хоббистские игрища по книге «Властелин колец». В 2000-х, правда, это дело развалилось, — продолжает Андрей. — В науке тоже есть реконструкция, как метод. — Да, здесь мой научный интерес и увлечение толкиенизмом совпали. И начали развиваться в этом направлении. Мы там плели кольчуги, шлемы ковали, все по-настоящему было. Турниры проходили в Красноярске, рубились прямо по-взрослому на железяках. Вот, к слову, доспехи спасают. На самом деле травматизм был очень невысокий, как ни странно. Хотя работали в фулл-контакт. Это вполне боевая вещь — Что теперь у вас по оружию? — Ну вот смотрите, чекан тагарской эпохи (VIII–III века до н. э.). Это абсолютно точные копии — сделанные с оригинальных вариантов. Убойное оружие в те времена. Один большой и два маленьких. У археологов считалось, что маленькие делали только для погребения. Я сделал копию и стало понятно, что это вполне боевая вещь. Серьезное оружие, на самом деле, спокойно пробивает ребра, лопатку, позвоночник. Мы тут с лаборантами опробовали его на куске свинины — жестко пробивает. В те времена в наших краях еще доспехов не было. Сейчас я несколько статей по этому поводу написал, про их реальное применение. — Вижу бумеранг. — У нас на тагарских писаницах есть ребята вот с такими закругленными изображениями. Явно это бумеранг. В чем преимущество бумеранга? Не в том, что он возвращается, это вообще фигня, а в том, что он имеет ровно два вида движения. Первый вид движения — это просто полет. Мы его бросили и он летит вперед. И второй — это вращательное движение. Причем мы его закрутить можем насколько угодно быстро. И при попадании в мишень эти два движения налагаются. Если этот бумеранг попадет в грудь, два ребра у вас вылетит только так. — Пробовали? — Пробовали, но не на людях, слава богу, нет. Но фанеру восьмимиллиметровую сосновую пробивает легко. То есть, на мелкую животинку наши предки им запросто охотиться могли. Ну про копьеметалки я вам рассказал — это страшное оружие, наши предки завоевали с ним весь мир. Факт. Повыбивали с его помощью видовых конкурентов. — Какой самый древний воспроизведенный инструмент есть? — Наверное, скребок. Вот эти ножи, набор костяных ножей. Шкуры снимать, рыбу чистить. Можно картошку чистить. Надо понимать, что человек очень активно начал делать орудие не только из камня. Он же использовал дерево, но оно до нас не дошло. И кость. Она все-таки иногда до нас доходит. Это африканские еще вещи и наиболее примитивные. — А технология изготовления какая? — Знаете, все зависит от ситуации. Есть разные подходы. Если вам нужно исследовать только функцию предмета, то вы можете его хоть на эпоксидку клеить. А если понять, как делали тогда, то придерживаешься только возможных по тем временам способов и материалов. Ну например, клей тут: смола с воском и песком. — Торгуете «оружием»? Что по цене? — Иногда продаю, да, для частных коллекций. Ну, например, нефритовый топор — 5000 рублей стоит, бронзовый чекан — 3500. Но в основном у меня заказчики музеи, конечно. Мои работы во многих их археологических коллекциях по Сибири представлены.