Сталинский ампир в секретном дворе: ведущая и гид показала такое правобережье, что вам захочется туда переехать

Городская туристическая тенденция в этом году — открывать для себя правый берег Красноярска. Его промышленные кварталы скрывают крутые истории из советской эпохи, считают экскурсоводы. Корреспонденты NGS24.RU Алексей Тайганавт и Маша Ленц вместе с красноярской телеведущей и гидом Натальей Варфоломеевой прогулялись по необычным местам правобережья.

— Давай на улицу Юности съездим. Там есть секретный двор, короче, сильно красивый двор. Супер просто: сталинский ампир, — говорит Наталья Варфоломеева.

Вместе с известной красноярской телеведущей Натальей Варфоломеевой отправляемся на правобережье, в район «ДК имени 1 мая».

— В том году водила группы по Вавилова: от ТЮЗа в сторону Крастэц, там через каждые сто метров арт-объекты — муралы, которые рисовали к фестивалю «Крась!» Теперь это, по сути, музей под открытым небом, это прямо хорошо. Потому что левый берег уже весь исходили. Экскурсии по правобережью тренд этого сезона. Здесь ты пойдешь по улице, на которой был уже не раз и будешь удивлен, — обещает Наталья.

Ей верим. Три последних года Наталья еще и профессиональный экскурсовод. Собирает народ в авторские туры по городским пространствам.

— Свою первую экскурсию я водила по Бограда. Кажется, что на ней может быть интересного? А там хорош каждый дом. Например, в этом жил Иван Ярыгин, когда у них с Натальей только зарождалась любовь. Внизу, в подвале, рассказывают жители, было отделение НКВД. И туда привозили пленных японцев. Они строили дома по своим технологиям. И потом, когда уже современные строители разбирали чердак, то целый месяц не могли оторвать балки, — рассказывает Наталья Варфоломеева, пока мы добираемся до места.

Идем по улице Юности — дома 40-х и более поздних годов постройки. Даже с потрескавшейся краской и осыпавшейся штукатуркой, старыми балконами, они не теряют свое «лицо» на фоне более современных. Колонны, лепнина, солидный фундамент, эркерные окна.

— Знаешь, зачем сейчас люди ходят на городские экскурсии — хотя и живут здесь же? — на ходу просвещает Наталья. — По классической версии, чтобы узнать что-то новое. Современные же экскурсоводы считают, что теперь горожане приходят поговорить. Им интересно пообщаться в группе, что-то рассказать. В эпоху онлайна живая беседа все больше становится востребованной….

А пока смотрим. На некоторых домах сохранились еще советские ящики — под толстым слоем свежей краски, проглядывает синева почтовой службы СССР. Если быть внимательным к окружающему и внутренним ощущениям — здесь в тишине правобережья, действительно можно, как говорят сами экскурсоводы, «раздвинуть стены». Когда привычный мир становится шире, а историческое прошлое настойчиво теснит настоящее.

— Вот тут случается чудо, смотри. Раз, заходим во двор и вот: настоящая машина времени — говорит Наталья Варфоломеева возле дома на ул. Юности, 9.

Территория этого и соседних 4-этажек огорожена от остального мира со всех сторон. Сразу у дома старые скульптуры: композиции зверей из русских сказок, в центре на постаменте совсем юный Ильич. С книгой в руке и легкой укоризной в гипсовых глазах. Как будто о чем-то догадывался про потомков.

— Ленин маленький! С кудрявой головой. Красота какая! Слушай, я вот только начала этим маршрутом заниматься, но недаром меня сюда тянет больше всего, — говорит Наталья.

Но главное в этом дворовом мини-парке — старейший фонтан Красноярска. Его установили в 1951 году. Изготовили и подарили ленинградские скульпторы. Бетонные фигуры дельфинов, рыб и ракушек, привозили по частям. Говорят, монтировали вручную, без экскаватора, под звуки граммофона копали котлован и высаживали деревья. Вокруг композиции из «морского царства». Выглядит все прочно и будто на века — как греческие античные колонны.

— Советская архитектура, в том числе и скульптура, она объявлялась наследницей античности. Потому что мы не хуже, мы преемники великой цивилизации. Дальше морская тема в Сибири, шикарный фонтан, для чего? Чтобы советский человек знал: он живет не только в труде благостном постоянно, а всегда что-то за это получает. Он ездит на море, в Сочи, Абхазию, Крым и т. д. Якобы, море нечто очень реальное для простого рабочего и крестьянина, — рассказывает Наталья. —  В то время в высших партийных кругах была идея, что наша советская архитектура должна быть радостная. Пусть и всему миру, и обычным советским людям, которые сейчас голодают, замерзают — будет понятно, что когда-то всё станет хорошо. Вот эту воплощенную радостность, сейчас мы и наблюдаем. Во дворе зайки, добрый Ленин, фонтан, и вообще дом высокой культуры быта. Она вся идеологизированная эта архитектура, серьёзно. При том, что в таких благополучных домах жили, в основном, партноменклатура, начальство заводов, крупные чиновники…

Похоже, советская магия действует и сейчас. Здесь, на ул. Юности, точно. Особенно, после того, как фонтан реконструировали и запустили.

— В августе приехали сюда на просмотр квартиры: тут все в зелени, фонтан работает, скамейки, цветы. Ребенок играет, мы с женой наслаждаемся, все красиво. Отсюда едем домой на Бакинских, где панелька, разбитый двор. И вот настроение сразу так катится вниз, — делится Сергей, житель одного из домов.

Со двора на Юности вместе с Натальей отправляемся на Ползунова, 13, еще один памятник советской архитектуры — дом культуры с колоннами. Построили его в 1948 году всего за 11 месяцев.

— Про его строительство, говорят, что здесь поставили огромный забор, по бокам — вышки с автоматчиками, загнали туда заключенных из Краслага и они очень-очень быстро все сделали. Но если опустить историю появления, то по архитектуре — это мой краш! Самый лучший ДК, на мой взгляд, надо сказать спасибо, что его так отреставрировали, так бережно сохранили. Внутри надпись, что «искусство принадлежит народу», пойдем посмотрим, — говорит Наталья.

Заходим в величественный «Центр культурных инициатив» — так теперь называется бывший ДК. Внутри красиво и атмосферно, и советское наследие процветает вовсю. Вахтер, охранник и двое работников культурного учреждения встают перед нами стеной.

— Мы ничего не можем вам показать. Вот если директор согласует, тогда только. Просто мы же как бы без директора жить не можем. Если вот он сейчас придет, то пожалуйста.

Ждем. Директор задерживался, его зам тоже. Как искусство принадлежит народу, мы не узнали. Зато общение, наполненное административной непосредственностью и синдромом вахтера, состоялось. По советским стандартам. Тоже неплохо. Идем дальше.

— Ты же знаешь, что молодое советское государство рассчитывало, что человек будет жить в квартире без кухни? Она будет общей на этаже, а еще общие гардероб и прачечная, — рассказывает Наталья Варфоломеева. — А некоторые идеологи шли дальше и предлагали: «Давайте сделаем одинаковую одежду, ты просто берешь ее в общем шкафу она всегда там есть». Вот такие были дела. А потом все, как-то это заглохло с приходом Иосифа Виссарионовича. Он такой, «не-не-не, подождите». И в архитектуре это сильно отразилось.

— Сейчас человечество во всем как-то поддерживает одноразовость. Машины на 5 лет, вещи на год и т. д. И с домами то же самое. Их в теории легко разобрать, а вот этот «сталинский» дом ты не разберешь. Видишь какой он монументальный. Он весь тебе говорит: «Я здесь навсегда, я здесь памятник эпохи», — рассказывает экскурсовод Наталья. — Здесь на правом берегу это все сохранилось. Не снесли, потому что он никому не нужен был. Не дошли руки до того, что считалось старьём. А теперь это классная история.

В парке ДК теперь стоят старые скульптуры, их свезли сюда, в том числе, с предприятий. Женщины советского производства выглядят особенно колоритно. Скрипка в руках, строгие черты лица, заряженный на ответ проискам мировой буржуазии образ.

— У нее широкие и крепкие трудовые плечи, сосредоточенность во всей позе. Эти женщины не для любви, а для труда. Посмотри, они все суровые очень. Ты не встретишь здесь фривольных улыбок, несмотря на открытые платья. Они повидали жизнь, — рассказывает Наталья.

Другой образец советской скульптуры с киркой в руках. Его привезли с химкомбината «Енисей» — смотрится уже «ближе к народу», только незрячие гипсовые глаза намекают о тщете нетрудового бытия.

— Архитектурное своеобразие той эпохи не отнять. Потом, конечно, весь этот сталинский ампир отменили. Типовые дома, строения. Я теперь всё время думаю: а что мы оставим потомкам, чтобы они вот так ходили и восхищались? — заключает Наталья.