«Темные начала»: замена Гарри Поттера

Книги серии «Темные начала» английского писателя Филиппа Пулмана на родине автора стали бестселлерами и заполучили престижные литературные награды. Критики то называют миры Пулмана достойной альтернативой Гарри Поттеру, а то и вовсе лучшим, что случилось с фэнтези после Толкиена. Рано или поздно «Темные начала» — вслед за «Хрониками Нарнии» и другими эпопеями для любого возраста — должны были стать высокобюджетным кинопроектом. За первый фильм — «Темные начала: Золотой компас» с бюджетом в 150 миллионов долларов и с Николь Кидман и Дэниелом Крейгом на борту — взялась студия New Line Cinema, ранее известная нам как производитель «Властелина колец». Действие «Северного сияния» — первого романа «Темных начал» (в Америке выходившего под названием «Золотой компас», перенесенным и на экранизацию) — происходит в одном из многих альтернативных миров нашей Вселенной, причудливо сочетающем физику и магию, сделанном в механистичной стилистике паропанка. Практически абсолютной властью над всеми сторонами жизни общества здесь обладает Магистериум — преследующая еретиков религиозная организация, развившаяся из католической церкви (скандалы, связанные с этой аналогией и атеистическим пафосом «Темных начал», — ложка дегтя в бочке меда, излитой на Пулмана критиками и читателями). Справка: Паропанк (steampunk) — течение в научной фантастике, зародившееся в 1980-е годы как пародия на киберпанк. Речь идет об альтернативных мирах, в которых главным двигателем цивилизации оказывались не цифровые технологии, а паровые машины. Визуально эти миры стилизованы под конец XIX–начало XX века, активно используются главные технические радости той эпохи: паровозы, электричество, первые автомобили. В небе над индустриальными пейзажами парят дирижабли. Научные чудеса граничат с волшебством. В качестве примеров паропанка в кино можно привести мультфильмы Хаяо Миядзаки или такие фильмы последних лет, как «Лига выдающихся джентельменов» и «Небесный капитан и мир будущего». Итак, в одном из колледжей викторианской Англии воспитывается девочка-сирота Лира Белаква (Дакота Блю Ричардс). Лира мечтает оправиться на Север вслед за своим дядей-исследователем, лордом Азриелем (Дэниел Крейг). На Севере происходят удивительные вещи. Там расположено королевство белых медведей-воинов, покрытых броней, выкованной из метеоритов. Шанс покинуть колледж представится Лире, когда загадочная миссис Колтер (Николь Кидман) предложит девочке отправиться с ней на Север в качестве помощницы. Добираться придется с приключениями — на лодке кочующих по морю цыган, на воздушном шаре, на спине белого медведя... На взгляд корреспондента НГС.РЕЛАКС, экранизация не смогла стать конгениальной тексту. Горьковатый привкус литературной основы сменился пряничной сказочностью. Ужасная суть того, что делают с похищенными детьми, основательно приглажена, как и прочие острые углы «Темных начал». Развязка книги, переворачивающая смысл всего предыдущего действия, в фильм не вошла. То ли ее решили перенести в продолжение, то ли сочли слишком жуткой для семейного кино. С детьми на фильм можно идти безбоязненно — здесь нет ни капли крови. Но главная проблема заключается в другом — значительная часть магии текста утекла безвозвратно, а объемный, живой, детально прорисованный манящий мир книги «сдулся» до плоской, прилизанной глянцевой картинки. Режиссер Крис Вейц («Американский пирог») — это вам не Альфонсо Куарон, вдохнувший живую душу в третьего «Гарри Поттера». И не Гильермо Дель Торо, смешавший сказку с недетской мрачной жутью (что было бы весьма актуально для «Темных начал») в «Лабиринте фавна». И уж тем более не Питер Джексон. В результате получился пересказ старательного «четверочника» — аккуратный, точный, но лишенный вдохновения и фантазии, которая нужна, чтобы воссоздать на экране полноценный сказочный мир. И даже бравурной музыке не удается восполнить недостаток жизни и огня в повествовании. Впрочем, это не означает, что от «Темных начал» нельзя получить удовольствия. Здесь хватает и впечатляющих спецэффектов (одна хищная морда бронированного медведя чего стоит!), и просто красоты — пейзажей, механизмов, говорящих животных... Все актеры, занятые в главных ролях, без промаха попадают в самое яблочко. И Николь Кидман в роли невозмутимой Снежной Королевы, и Дэниел Крейг, до смешного напоминающий самоуверенного Джеймса Бонда Викторианской эпохи... Ну а то что Ева Грин — ведьма, мы подозревали со времен «Мечтателей». Не меньше радует тринадцатилетняя дебютантка Дакота Блю Ричардс. И тем не менее за все, что действительно «цепляет» и запоминается, благодарить нужно литературную основу. Например, за одно из самых очаровывающих изобретений в миротворчестве Пулмана — дэймонов, представляющих собой нечто среднее между тотемным животным и воображаемым другом для одинокого ребенка. Справка: В описываемом мире душа человека находится не в его теле, а в постоянно сопровождающем его животном — дэймоне. Дэймоны детей способны принимать любой облик. Дэймоны взрослых навсегда выбирают одно обличье, отражающее сущность человека (будь то лев или маленькая шавка). С дэймоном нельзя расстаться ни на секунду, попытка отдалиться от него вызывает невыносимые физические и моральные мучения. Сама мысль о человеке, у которого нет дэймона, для людей этого мира так же ужасна, как для нас образ зомби или изуродованного обрубка человека, который каким-то образом продолжает жить. Дотронуться до чужого дэймона — табу даже для воинов в схватке. Елена Полякова