Почему инженеры бегут из России

Недавно получил такое письмо, что интересно, его автор – девушка. «А еще есть к вам вопрос... Только вы можете на него ответить, наверное. Дело в том, что моя цель – разрабатывать двигатели или коробки передач. Я по профессии радиоинженер, но собираюсь выучиться на Automotive Engineering или применить опыт разработки электроники для электроники в авто. […] Понимаю, это объемная тема, но, возможно, вы сможете мне что-то посоветовать, например с чего начать (здесь, в Челябинске, или в России), какие навыки будут 100% нужны, может быть, какие-то подводные камни учебы и работы в этой сфере вы знаете у нас или за рубежом». На это письмо мне захотелось ответить подробнее, поскольку я сам когда-то донимал всех с похожими вопросами, и вообще мне нравятся люди, которые ставят перед собой такие цели – создавать. Я ответил: «Интересный вопрос, даже неожиданный. Когда-то у меня была такая же мечта. Я работал инженером крайне недолго, попутно защищая диссертацию, так что полноценным стажем это вряд ли можно назвать. Потому и ушел – особых перспектив не было, а пробиться на Запад без обучения в тамошних вузах сложно. На самом деле несколько лет я заваливал HR-отделы крупных иностранных компаний своим резюме, но ответ всегда был примерно одинаковым – вежливый отказ. Собственно, попасть в компанию, вроде Volkswagen или BMW, не так уж сложно, если выполнить два условия: получить качественное образование и иметь опыт работы в компании примерно такого же уровня (скажем, AVL или Riccardo). По моему опыту, российское образование не вполне подходит для прямого скачка на Запад. Его фундаментальная часть (высшая математика, термех и прочее) вполне серьезная – сказывается советская школа. Но проблема в прикладной части. Чтобы стать инженером на Западе, нужно знать их систему работы, их программное обеспечение, их методы контроля качества – все то, что у нас на втором плане. Работа современного инженера в крупной автомобильной компании зачастую узкоспециализирована и формализована. Мне представлялось, что став инженером, я буду создавать мотор, что называется, "с нуля", но сегодня такой практики нет. Инженер, особенно начинающий, обычно получает небольшую зону ответственности, грубо говоря, отвечает за верхнее маслосъемное кольцо, проектирует его, оптимизирует, анализирует результаты испытаний и т.п. Я немного утрирую, но примерно так. Половина работы – это использование умного "софта", который проводит необходимые расчеты или анализирует эмпирические данные. Это радикально отличается от того, чему учат в российских технических вузах. Как я понял, у вас уже есть опыт работы в радиоинженерной специальности, и если вы твердо настроены работать на крупную автомобилестроительную компанию, наверное, нужно задуматься о получении хорошего образования за границей либо же в Москве. Попутно пригодится опыт работы в компании, занимающейся инжинирингом, пусть даже не автомобильным. Можно, конечно, попробовать устроиться на УралАЗ или Ярославский моторный завод, хотя есть некоторая вероятность оказаться в тупике – не сказать, чтобы опыт работы на подобных предприятиях сильно котировался в остальном мире, а зарплаты могут разочаровать. Интересен вариант с АВТОВАЗом, который постепенно превращается во вполне современное предприятие. К сожалению, понятия не имею, нужны ли им специалисты и какого профиля, но поскольку завод контролируется альянсом "Рено"–"Ниссан", работа там наверняка может стать трамплином для большой карьеры в автопроме. Для инженера-двигателиста или трансмиссионщика, наверное, самая интересная работа – в Британии, колыбели автоспорта. Там больше зоны ответственности, больше личный вклад инженера. Плюс есть невероятное количество мелких компаний, которые делают автомобили с нуля под клиента, что развязывает руки инженерам. Альтернативный вариант – уехать туда на стажировку по одной из программ, вроде Internship или чего-то подобного. Опять же даже в этом случае, скорее всего, потребуется подтвердить свое знание предмета котирующимся дипломом или опытом работы в авторитетных компаниях. Это замкнутый круг: тебя не берут на работу, потому что у тебя нет опыта, но опыта нет, потому что тебя не берут. И как выйти из этого круга без "капитальных" вложений в свою карьеру (оплата образования, разъездов по миру и т.п.), я, честно говоря, не знаю. Собственно, у меня и не получилось. А вам желаю удачи, цель достойная, тем более сегодня, когда большинство мечтает торговать чем-нибудь. Если будут еще вопросы – пишите». Что интересно, девушка, похоже, настроена штурмовать двигателестроительный олимп всерьез, и в следующем письме написала, что рассматривает возможность обучения в одном из пражских университетов. Кстати, выглядит весьма мудрым решением: Чехия – страна автомобильная, не слишком дорогая и неплохо относящаяся к россиянам. Пока сочинял ответ, поймал себя на старой забытой мысли о тяжелой, почти трагической судьбе тех, кто родился в России созидателем, и в данном случае не важно, инженером, рок-музыкантом или писателем. Примерно одинаково хлебают все, в отличие, например, от «креативщиков», торговцев и «манагеров» всех сортов. И это огромная проблема и для созидателей, и для страны. Позывы к иммиграции возникают не только ради лучшего западного быта. Многие родились созидателями и хотят жить в месте, где их ценят. В России иной раз стыдно признаваться, что хочешь что-то творить, и даже образы созидателей исказились: если поэт – то бесштанный (или продажный), если золотые руки – то бухает, если инженер – то на задрипанном заводе. Быть созидателем в России рискованно, и если хотите простого обывательского счастья, нужно выбирать что-то связанное с обменом денег на товары, денег на мнения или денег на деньги. Для молодых творцов всех специальностей в России отсутствует «карьерная лестница», точка входа. Есть любители, а есть профессионалы, и между ними пропасть. Нет системы стажировок, нет конкурсов молодых специалистов, нет системы наставничества – это в равной степени относится к инженерам, писателям, художникам. Конечно, любой творец всегда может устроиться на промежуточную работенку, где он будет что-то зарабатывать и чему-то учиться, но такой путь резко замедляет прогресс, набранный в момент начального обучения. Будущий музыкант рискует навечно застрять в статусе тапера на свадьбах и банкетах. Но в ближайшие десятилетия нам придется серьезно менять свое отношение к созидателям. В том числе поднять их ценность в общественном сознании. А еще научиться коммерциализовать результаты их труда. Это отдельная проблема, ведь недостатка в идеях и смелых решениях в России никогда не было, но мы традиционно не умеем обращать удачные идеи во что-то полезное, монетизируемое. Это целая система, которую нам предстоит освоить. И «манагеры» – суть управленцы – должны менять свой менталитет под работу с созидателями, а не только с другими «манагерами» и лопухами-клиентами. Но хочется верить, что низшая точка пройдена и мы движемся к ситуации, когда созидатель сможет сказать: «Все в моих руках». И еще хочется верить, что автор письма получит образование в Чехии, а потом вернется обратно, в Россию, ведь именно здесь так не хватает квалифицированных созидателей.