9 декабря понедельник
СЕЙЧАС -6°С

«Я понимал, что был ничтожеством»: исповедь мужа-игромана. Как он смог всё исправить

Он проигрывал последние деньги на ставках и бил жену во время ссор, но изменился ради семьи

Поделиться

Красноярец рассказал, как его затянула игромания. Из-за азартных игр он чуть не потерял семью

Красноярец рассказал, как его затянула игромания. Из-за азартных игр он чуть не потерял семью

Тему домашнего насилия мы поднимали неоднократно. Мы уже рассказывали, как мать с ребёнком убегала от мужа, который замахнулся на неё ножом. Как женщина сбегала от ревнивца, который от ревности резал её одежду и бил. Мы разбирались с психологом, почему женщины терпят насилие и часто продолжают жить и рожать ещё детей от мужей-тиранов. Но ещё ни разу мы не давали слова второй стороне.

Мы не пытаемся кого-то оправдать. Всё, что вы увидите дальше — это честный разговор с мужчиной, который признался, что развалил семью, бил жену и бросил её с малышами без денег. Но у него получилось измениться и вернуть близких. Он попросил не называть его имени, но откровенно рассказал нам свою историю.

— Я познакомился с женой в 2015 году, были вместе в одной компании. Тогда она ещё жила с другим молодым человеком. Не знаю, какая у них была жизненная ситуация, но она мне сказала, что его разлюбила. Начали встречаться. Весной 2016 года я сделал ей предложение, и скоро у нас уже родился первый сын. А сейчас у нас уже два сына — младшему год.

Когда начались проблемы?

— Проблемы начались с лета 2018 года. Это никак не было связано с работой — я всегда работал сам на себя, проблем с этим не было... Но тогда всё свалилось в одну кучу.

У меня есть первая гражданская жена и ребёнок от неё. Она подала на алименты, а я их платить не мог. Скопился долг, меня начали прессовать приставы. Подали в суд. Суд отправил меня на обязательные исправительные работы.

И я просто начал разрываться с одной работы на другую. С одного конца города нужно было мчаться на другой. Бывало так, что обязательные работы проходили в Черемушках, а на основную работу приходилось ехать в Дивногорск. И так изо дня в день.

С моей зарплаты, а получал я около 40–50 тысяч на стройке, начали снимать и долги по алиментам, и выплаты государственные. В итоге денег почти не оставалось. Сил тоже. А надо было ещё семью кормить.

Мы жили вчетвером на съёмной квартире. Семью тянул я, жена сидела с детьми. Детей — обуть, одеть, игрушки, памперсы, ей тоже всего-всего нужно. Я понял, что один я просто не вывожу. Я понимал, что сам виноват, но легче от этого не становилось.

Дома начались постоянные скандалы: где деньги, почему нету одного, другого. В итоге всё это привело к жуткой депрессии.

Пили?

— Нет... Сильно не пил. Как обычный мужик мог бутылку коньяка себе взять, раз в неделю выпить. Меня затянула другая беда. Игровые автоматы и букмекерские конторы. Я думал, что там я действительно найду своё финансовое счастье.

Я пропадал там, зависал. Помню, как домой ехал с 10 тысячами рублей в кармане, а надо было за квартиру 18 платить срочно. Мне и так не хватало. А я ещё зашёл в эту букмекерскую контору и проиграл всё до копейки. Меня дома тогда не было три дня — я всё пытался отыграться: копейку выиграешь, тысячу потеряешь, и так постоянно. Я не мог остановиться.

Вроде бы головой понимал, а на деле просто напросто глушил депрессию таким способом.

Ваша супруга рассказывала, что вы поднимали руку на неё...за что? 

Я всегда старался сдерживаться, я вообще человек спокойный. Мог отвернуться и лежать молча, а жена продолжала на меня кричать. Говорила, как всё плохо, что я всё делаю не так… Я вставал, шёл к двери, чтобы уйти. Она вцеплялась в меня, спрашивала, куда собрался.... И да, бывало, тогда я срывался. Мог толкнуть, ударить… Я не отрицаю этого.

Видите, снова пытаюсь себя оправдать. На самом деле мне нужно было быть более терпеливым и уж точно не обвинять жену. Нельзя на женщину руку поднимать. Но, возможно, тогда мне просто не хватило её поддержки, а осуждения меня добили.

Как в итоге вы потеряли семью?

— Я ушёл от них сам. Я понимал, что оставляю жену и детей без средств к существованию, но ничего не мог поделать. Знал, что даже когда у меня эти деньги появятся, я снова их все проиграю. Если останусь в Красноярске, эти азартные игры никогда не кончатся, я в них погрязну.

Поймите, это хуже алкоголя, это как наркомания.

Ты проходишь мимо этих контор и тебя просто затягивает: «Одну соточку закину». А ты с этих ста рублей выигрываешь тысячу и тебе срывает крышу: «Так я и 10 тысяч выиграю, жену порадую». В итоге ты оставляешь там всё.

Поэтому я просто встал и уехал в другой регион к родным, с надеждой, что ещё не всё кончено.

Платить за жильё было нечем, с квартиры им пришлось съехать. Жену с сыновьями приютили в красноярском социальном центре.

Когда вы поняли, что сами семью разрушили... Много времени понадобилось, чтобы прийти в себя?

— Да я сразу это понимал, сразу плакал. Но просто подумал, что уехать и оградить себя от этих букмекерских контор — это единственный выход. Здесь, где я сейчас живу, таких нет. Хотя, конечно, мне было тяжело без семьи.

По детям скучали?

— Очень. Я своих детей очень люблю. Я же с ними был всегда, когда подрастали. Я вставал в 5 утра, чтобы маленьких их кормить с ложечки, я их купал, менял памперсы, подмывал, играл. Приходил с работы, оба сразу на мне. Я кого не спрашивал из мужиков, мало кто столько и так возился с маленькими детьми, как я со своими. Конечно, я столько раз корил себя. 

Я просил прощения и про себя говорил: «Прости меня, сына. Я такое ничтожество…». Но я понимал, что если не уеду — будет хуже.

С женой мы всё равно оставались на связи. Мы продолжали общаться всё это время по телефону. Я всегда звал её с сыновьями к себе. Главное для меня было выбраться из той азартной среды. И я вырвался.

Правда, тоже всё было нелегко. У меня обнаружили туберкулёз, на работу устроить меня не могли. Передо мной встал выбор — либо в тубдиспансер, а там сами представляете контингент: отсидевшие, выпивающие, да всякие, либо в реабилитационный центр при храме.

Я пошёл в центр. Жена тоже была не против, она у меня тоже человек верующий. В центре мне предстояло пробыть совсем без связи полгода. Я в итоге пробыл там полтора месяца. Болезнь отступила.

В церкви я постоянно думал о своих. Понимал, что жизнь в социальном центре — это не дело. Понимал, что детям нужен отец. Семье нужна финансовая стабильность. Поэтому мне надо было идти работать. Когда получилось заработать первые средства — 20 тысяч отправил на контейнер с вещами и на дорогу. И они приехали ко мне.

Пару дней прожили у мамы. За это время ещё заработал, и мы сняли квартиру, начали снова жить своей семьей. Конечно, жене спасибо, что вернулась. Я её тоже очень люблю. Мы просто оба поверили в то, что теперь всё будет по-другому. Ты не можешь знать наверняка, но ты просто веришь. И эта вера, она нас и воссоединила снова.

Вернуться в Красноярск не хотите?

— Нет, я пока не считаю себя ещё настолько окрепшим. Всё-таки это для меня всё равно будет искушение. А зачем рисковать? Родные со мной, я работаю. Только более или менее всё утряслось.

Знаете, хочется ещё сказать, насколько для мужчины важна поддержка женщины. Супруга должна быть за мужем, в буквальном смысле. Не тянуть всё на себе. Бывает, что мужчины оступаются, но не стоит подливать масла в огонь. Нам так важно, чтобы нам доверяли и нас поддерживали в любой жизненной ситуации. А когда бывает плохо, нужно, чтобы сказали: «Всё будет хорошо. Я в тебя верю».

оцените материал

  • ЛАЙК 0
  • СМЕХ 0
  • УДИВЛЕНИЕ 0
  • ГНЕВ 0
  • ПЕЧАЛЬ 0

Поделиться

Поделиться

Увидели опечатку? Выделите фрагмент и нажмите Ctrl+Enter