24 июня понедельник
СЕЙЧАС +14°С
  • 21 июня 2019

    Новое приложение NGS24 

    Мы создали новое приложение. Оно стало гораздо быстрее и комфортнее.  

    Подробнее
    17 мая 2019

    Комментировать стало проще

    У нас хорошие новости для читателей, которые любят комментировать новости! Теперь не нужно подтверждать, что ты не робот и выбирать светофоры или витрины на картинках - наши разработчики избавили Вас от этих моментов.

    6 мая 2019

    Пишите автору

    Друзья! Теперь можно посмотреть подробности об авторах материалов - они стали кликабельны на сайте под текстами. 

    У каждого указана личная почта - пишите напрямую журналисту, которому доверяете!

    Еще

«Мне говорили, что зарабатываю на детях»: в гостях у семьи, где воспитали 23 приёмных ребёнка

Поделиться

Ребят, возвращающихся домой из школы или техникума, встречают все вместе

В семье Веры и Алексея Бутяевых — 28 детей: 5 кровных и 23 приёмных. В то, что такое вообще возможно, верится не сразу. Но это факт. В 1990 году молодые супруги с тремя сыновьями решились взять первых приёмных детей, прочитав трогательную историю о двух сёстрах в газете. Тогда ещё никто и предположить не мог, насколько большой станет их семья. За 28 лет случилось многое.

Мы пришли к ним в гости, чтобы поговорить обо всём: как дети приходили в семью, кто помогал и сколько громких обещаний остались забытыми, о словах благодарности и жестоких упрёках со стороны, о деньгах и затратах, о сложностях и радостях. Мы пришли своими глазами увидеть место, где 23 брошенных человека нашли дом.

Приёмная семья живёт в обычной панельной 10-этажке в «Северном». В их квартире 6 комнат. «В этой, — показывает Вера Фёдоровна на просторную комнату с двухъярусными кроватями, — живут мальчики, пятеро. Всю мебель делали на заказ. В этой — показывает на комнату напротив, — живут девочки. Здесь Алёнка, здесь старшая дочка, здесь Серёжа — он мальчик взрослый уже, здесь — мы…» — продолжает женщина, проводя нас по длинному коридору, увешанному семейными фотографиями. 

Большую квартиру семье дали, когда у Веры Фёдоровны уже было четверо родных детей, а 5-й она была беременна. До этого они все вместе жили в 4-комнатной.

Длинный коридор украшен семейными фотографиями. На снимках свадьбы, дни рождения, портреты. «А вот ездили в Великий Устюг к Деду Морозу, и Алёнка выигрывала на конкурсах и мы всей семьёй».

Так выглядит комната мальчиков

Сейчас в семье воспитываются 10 несовершеннолетних детей в возрасте от 3 до 16 лет. Собрать всех вместе — задача сложная. Троих самых маленьких с утра увели в детский сад, школьники учатся кто в первую, кто во вторую смену, поэтому одни приходят, другие уходят. 

«Первым у нас всегда встаёт Рустам. В 5 часов, боится опоздать в детский сад (улыбается). Ему 3 года, в садике сейчас. А часиков в 7 уже все на ногах», — говорит Вера Фёдоровна. «Садик вам сразу, наверное, дали?» — «Нет, конечно. Мы ждали, как все, как положено».

Мы застали ребят в пересменок: кто-то уже вернулся с первой смены, кто-то собирался уходить. 

Первых приёмных детей супруги взяли в 1990 году, когда Вере было всего 25 лет, а её мужу Алексею — 30. «Страха не было. Мы были молодые, всегда активные, энергичные. Спокойно ко всему относились. Знаете, когда пришли за первыми двумя девочками, нам сказали, что у них, оказывается, ещё маленький, годовалый братик. Подумали, что, конечно, заберём всех вместе. Где 5 детей, там и 6 (улыбается), — рассказывает Вера Фёдоровна — Я всегда над детьми, как говорят, с гиперопекой, но всегда со строгостью. А папа у нас, наоборот, более мягкий».

Дети семьи Бутяевых. Сейчас у супругов уже 15 внуков. Все дети называют приёмных родителей мамой и папой. Старшей дочери уже 41 год.

Когда семье присвоили статус «семейного детского дома» у них было 10 детей. Со временем старшие дети вырастали, поступали в техникумы и университеты, создавали свои семьи. А супруги продолжили брать к себе детей из детских домов и домов малютки. Также у них родилось ещё две своих дочерей.

«Поймите, когда ребёнок уходит, становится тяжело. Ты уже без этого не можешь. Вот кто-то и одного сейчас не хочет воспитывать, а я просто детей люблю. И люблю, когда их много. И знаю, что есть силы помочь». 

Последний раз детей в семью взяли в 2015 году — четверых братьев, младший был совсем крохой

Приоритет в семье, по словам Веры Фёдоровны, всегда отдают самому младшему ребёнку, так как именно ему в этот момент больше всего требуется и внимания, и заботы. «Самый любимый для меня возраст — маленькие дети, до 3 лет. Когда я могу вложить в ребёнка по максимуму. 

Помню, в 2001 году приезжали в Сосновоборский Дом малютки, показать первоклашку нашу Ольгу, которую когда-то тоже забирали оттуда. И там встретили нашего Димку — ему был годик всего, он и не ходил толком.

Он как только увидел девчонок (Ольгу и Свету), опустил руку воспитательницы, закричал: «Ляля», побежал к ним и не отпускал минут 40. Мы кроме него уже никого не видели. Я сразу поняла, он наш, — рассказывает Вера Фёдоровна. — Практически сразу в семье появились и Таня с Ваней. Им было всего 3 и 1,5 года, когда их одних бросили на остановке с запиской».

Ева играет с куклой. Все дети знают, что приоритет в семье отдаётся самому маленькому

«А Таня с Юрой, которых взяли в семью уже подростками, познакомились с нашими детьми в больнице… Летом и детдомовские дети, и обычные отдыхали в одном лагере. Там подхватили кишечную инфекцию. И их всех вместе привезли в больницу, положили в одну палату. Таня заметила, что я то с одними ребятишками приезжаю, то с другими. Спросила у наших: "У вас что, много детей?". Они и рассказали, что у нас семейный дом. Таня пишет мне записку, выкидывает мне её в форточку. Написала, что мама и папа умерли, что живут они с братом в детском доме. Я с этой запиской приезжаю вечером домой. Мы узнаём, в каком они детском доме, и приезжаем туда.

Показываем заведующей записку. И просим: "Дайте нам детей". Сначала детей нам разрешили взять на выходные, потом на каникулы осенние. После каникул дети наотрез отказались возвращаться. Мы привозим их со слезами: "Дети хотят жить в семье! Дети не хотят жить в детском доме». В итоге все документы оформить удалось.

Сейчас Таня самая старшая в семье, ей 19. Её мама называет помощницей

У каждого, кто за эти 28 лет оказался в семье, своя история. Кому-то кровные родители оставили тяжелейшие заболевания. Однако Вера Фёдоровна об этом говорит с неохотой — сейчас все дети под постоянным контролем мамы и врачей. Но соглашается, что некоторые дети, попавшие к ней, в своей прошлой жизни видели много плохого.

«В 5 лет дети знали, что такое самогонка, что такое водка, что такое сигареты и даже разбирались в разных марках пива, потому что родители пили. Матерились...Мы с этим боремся постоянно». 

У тех, кто воспитывался в детском доме, поначалу замечали иждивенчество. Был случай, когда ребёнок порвал куртку, а маме заявил: «Возьмёшь у завхоза». 

Как жить обычной домашней жизнью, тоже знали не все. «Они дома порой не знают, как чай попить. Им же ставят в детском доме на стол стакан готовый, всё накрыто. Я говорю: "Наливай чай, пей", а мне в ответ: "А как?". Вы можете себе представить? Я наливаю заварку, чай. Ставлю сахар. Говорю: "Ты насыпай себе сколько нужно". Он так и насыпал 6 ложек, пока не остановила...».

Мама Вера листает семейный альбом

— Одного-то ребёнка сейчас затратно вырастить, а как вам удавалось растить всех?

— Знаете, до 2003 года, когда у нас был статус «семейного детского дома», мы вообще не знали никаких забот. У нас было посметное финансирование: подготовка к школе, одежда, обувь, — всё финансировалось. Могли на базу поехать и на определённую сумму взять по оптовым ценам нужные вещи. В то время были даже магазины для многодетных и в виде исключения семейные дома получали провизию два раза в месяц. Мы получали батоны колбасы, гречку, сливочное масло, сахар, компоты, сладости, рыбу, консервы. Плюс наш папа всегда работал на двух работах. 

В статусе «семейного детского дома» и мне как руководителю от государства платили зарплату, и ему как помощнику воспитателя. Нам хватало абсолютно. Я получала очень большую зарплату, в пределах 15–20 тысяч и у папы — тысяч 10–12.

Помню, ездили в Новосибирск на рынок, покупали вещи коробками, упаковками по всей ростовой линейке. Так было заведено, что если у меня ребёнок из чего-то вырастает, я открыла шкаф и достала новое. Кладовка всегда была забита.

Фотография с дня свадьбы Веры Фёдоровны и Алексея Алексеевича

— А что было потом?

— У нас забрали статус «семейного дома» и дали новый — «приёмная семья». В тот момент мы потеряли всё.

Мы сели на голое детское пособие: у младшего, например, — 4 тысячи рублей в месяц. Как его прокормить и одеть на эти деньги? Сами мы очень долгий период времени получали зарплату в 6,8 тысячи. Вот здесь-то стало несладко. Был момент, когда было очень тяжко: все дети у нас прописаны и плата за квартиру достигала 20 тысяч в месяц без каких-либо льгот. Чтобы обеспечить и кормить семью, помимо основной работы, муж занялся грузоперевозками, — вспомнила Вера Фёдоровна.

В прошлом году зарплаты в таких приёмных семьях, по словам женщины, увеличили: за воспитание семерых детей Вере Фёдоровне платят 26 тысяч рублей, её мужу — 17 тысяч за троих. Чтобы снизить коммунальные платежи, в квартире поставили счётчики. К тому же супруги добились 50%-ной скидки для многодетных семей. 

Пока мы разговаривали с мамой, дети свободно устроили чаепитие...

И собрались в школу

— Вера Фёдоровна, а вы когда-нибудь слышали упрёки в свой адрес? Вам не говорили, что вы зарабатываете на детях? 

— Было такое. Мне в глаза даже такое говорили, и не один раз. Я всем отвечала: «Возьми, и я посмотрю. Одного-двоих…». Ребёнок, когда он выходит из семьи — ему ничего не положено. Но мы стараемся, чтобы детям было куда идти. Наташе нашей, которую первой брали, купили гостинку, сделали там ремонт, обставили мебелью, чтобы могла жить самостоятельно.

А ещё говорят: «Вот она, ящиками возит». Ну извините, я не могу пакет яблок привезти, мне нужен ящик. Пакет — это только по одному яблоку в день раздать.

Раньше переживала из-за таких слов, плакала. Обидно. Многие люди этого не осознают и не понимают. Это не просто так жить — мы всегда на виду. Нам за каждый рубль, полученный за ребёнка, нужно отчитаться. Финансирование даётся только на питание и одежду, обувь. А как же дополнительные занятия? Как ребёнку развиваться? Об этом никто не думает.

Сейчас я уже повзрослее стала, перестала обращать внимание. Уже никому ничего не объясняю. Я единственное говорю: идите, возьмите, никто этого не запрещает. Столько детей без родных...

«Ссоры бывают, куда без них. Но уже временем проверено: старшие дети до сих пор поддерживают связь»

— Когда было туго, вам помогали?

— Конечно, за всё это время многие нам помогали. Детский фонд красноярский нас курировал: иногда бизнесменов подтягивали, с баз что-то для нас брали. Помню, как самолёт прилетал из Америки с их фондами — то зубную пасту подкинут, то зубные щётки. Была тогда акция американская бесплатная, когда они сюда привозили врачей: детям нашим зубы сделали. Мешками нам чечевицу привозили, сахар, крупу.

Местные предприниматели в Красноярске тоже хорошо помогали. Случались у нас задержки финансирования, многомесячные задержки зарплаты, мне приходилось идти по базам и просто просить продукты.

Всегда о нас беспокоится центр «Эдельвейс» от соцзащиты, собрали канцелярию для школы в этот раз. Они всегда с подарками к нам в День семьи.

Хотя и обещаний несдержанных тоже было очень много: и продуктами обещали помочь, и деньгами, и одеждой, и обувью, и балкон застелить, и даже дом обещали. А потом просто пропадали.

Вера Фёдоровна рассказывает об урожае в деревне. 

— Лето проводим в деревне. На материнский капитал купили дом с участком в 100 км от Красноярска. Все туда приезжают, и дети наши, и внуки уже. Папа наш сделал трактор себе из «Запорожца». Там у нас и огород, — женщина показывает большой урожай огурцов, помидоров. Огромная свёкла едва помещается в большую тарелку на столе. 

Соленья и овощи с собственного дома и участка

— Ребята помогают по дому?

— Естественно. Старшие свои обязанности давно знают, а младшие помогают по мере своих возможностей — и игрушки убирают, и пыль могут протереть. Сейчас все вместе поедем в деревню. 

Недавно был случай, когда мы детей отпрашивали на картошку, на огород. А у детей сразу спрашивают: «Вы что, работаете?». И меня вызывают и высказывают: «Вы знаете, что нельзя?». Макаренко и Сухомлинский, наши педагоги приучали детей к труду, а почему я сейчас не могу? Они не для меня это делают, не на продажу. 

И да, дома тоже ребята убираются. <...> Если мы их здесь не научим, где они научатся? Кушать приготовить, пришить, связать? Кто девочек научит, чтобы они, выйдя за пределы дома, не терялись?

Это лишь малая часть семьи Бутяевых. Все вместе они собираются на Новый год, на дни рождения родителей и, конечно, 19 сентября. В этот день супруги Бутяевы взяли первых приёмных детей и теперь справляют День своей семьи.

— Как решаете вопрос с машиной? Как куда-то выбираетесь все вместе?

— Автобус у нас, «Газель». Специальные сидения прикрепляются для малышей, плюс дополнительно сами сделали ремни безопасности поясные для всех.

Вы её купили сами?

— Это долгая история… Свой личный микроавтобус мы продали, чтобы добавить нашей девочке, которую воспитали, на квартиру. В конце 1990-х, когда Александр Иванович Лебедь вручал всем семейным домам «Газели», мы тоже были в списке. Нас пригласили на праздник, мы с детьми радостные приехали на такси. Но в итоге нам машину не вручили, вышли на улицу и поняли, что для нас «Газели» нет. Сказали просто: «В следующий раз». Мне, конечно, было очень обидно.

Я тогда дала слово, что мы до Нового года сами купим машину для нас и детей. И мы сдержали слово. Купили у предприятия автобус «ПАЗ» на семью. А потом, когда из-за кризиса в стране всё начинает рушиться, мы были вынуждены продать этот автобус за бесценок, чтобы детей просто собрать в школу — 13 учеников.

Но нам всё-таки помогли. Мы хорошо были знакомы с замом Лебедя Надеждой Ивановной Кольба. Когда она узнала, что нам не дали автобуса, она дала указания, чтобы из министерства нам выделили деньги на автобус. Мне их перечисляют на счёт. Я снимаю, еду выбирать. А тут опять скачут цены. Нам перечисляют 170 тысяч и нам не хватает ещё 75. Мы заняли у друзей и купили эту «Газель». Самое интересное, что она в ГИБДД она зарегистрирована на частное лицо, но стоит на балансе у госимущества. Продать мы её не можем. Но зато колёса, страховка, бензин, техобслуживание — за наш счёт.

Международная премия детского фонда «Благородному родительству от благодарного детства», которую семья летала получать в Москву. В Красноярске такая награда только у них

Мы спросили у многодетной мамы её мнение по поводу идеи правительства «ужесточить» требования к кандидатам в приёмные родители, а также ограничить число приёмных детей до двух. 

«Мне такая инициатива не нравится. Почему? Вот у меня четверо братьев. Как их разделить? Они родные все. Вот у меня трое — Геля, Ева, Денис — брат и сёстры. Получается, что дети лишаются возможности попасть в семью.К тому же это ведь издревле было, что большие семьи никогда ни в чём не нуждались на Руси, потому что все были приучены к труду и к порядку. Я так скажу: тяжело с одним — с тремя уже проще». 

Алёнка с младшим братом

Я была и против программы, разрешающей брать детей на выходной. Потому что ребёнок побыл у тебя выходные, и он уже ждёт, что ты его заберёшь. А кто-то берёт вот так «поиграться», как игрушечку, и отвёз назад. И не подумал, что он Тебя ждёт, а никого другого. У ребёнка начинается недоверие к людям, он начинает лгать, а что дальше будет?».

О достижениях семьи рассказывают и десятки благодарственных писем на стене

— А как вы относитесь к закону «Димы Яковлева», который запрещает иностранцам усыновлять российских детей. Это тоже шаг назад?

— Конечно, это шаг назад. Я бы хотя бы позволяла увозить детей-инвалидов. Там есть возможность реабилитации. Нет проблем даже с теми же протезами. У нас это практически невозможно сделать, а на тот момент, когда вышел закон, таких возможностей и подавно не было. У нас порой лекарств таких нет. Детям на операцию мы собираем средства всем миром. 

Школьных столов для выполнения домашних заданий дома хватает. Делают уроки обычно по очереди. Школа — в соседнем дворе

Дети разбежались делать уроки. Вера Фёдоровна рассказывает, что кто-то делает без напоминаний, за кем-то приходится строго следить. 

«Каждый учится в меру своих способностей. У нас нет цели, чтобы каждый академиком стал. Главное, чтобы хорошим человеком ребёнок вырос. А рабочие стране тоже нужны, мы сами из обычной рабочей семьи». 

Радостные ребята попросили фотоаппарат и решили отточить мастерство. С улыбкой увлекли в процесс и фотографа 

— Часто можно услышать мнение, что приёмных детей никогда не будешь любить как родных. Это так?

— Неправда всё это. Всё зависит от человека самого, как он настроен на этих детей. Получается иногда, что ты к этим детям стараешься ещё лучше относиться, потому что ты знаешь, что они пережили, что они перетерпели. 

Наши дети воспитываются все вместе, они все родные. Я им часто рассказываю эту притчу про веник. О том что по одиночке прутик переломить легко, а если мы вместе — нас переломить невозможно. И да, конечно, бывают мелкие ссоры. Но я вижу и я знаю, что друг за друга, если что случись, они встанут горой. 

Наталия Ермакова
Фото: Артём Ленц

Новости, красивые фото и прямые эфиры в нашей группе «ВКонтакте».
Новости и фото отправляйте 8–999–315–05–05 (WhatsApp, Viber
, SMS)

Поделиться

Увидели опечатку?
Выделите фрагмент и нажмите Ctrl+Enter
СЭМ
12 сен 2018 в 19:15

Дай бог здоровья и благополучия этой семье. Всё правильно мать говорит. Всю жизнь детям посвятила!

Фото пользователя
12 сен 2018 в 20:19

Вот о таких людях надо писать и показывать по телевизору!!! Такие люди заслуживают уважение!!! Здоровья им!!!

з.в
12 сен 2018 в 21:20

С огромным уважением к семье Бутяевых!Здоровья и много сил!Выносливости!Понимания!Поддержки!Благодарности!Всех благ родителям, детям и внукам!